anlazz (anlazz) wrote,
anlazz
anlazz

Уроборосы постсоветского мира. Продолжение.

В прошлой части был разобран самый известный пример формирования общественного самоподдерживающегося мифа – идеи о «всемогуществе телевизора». Однако только им количество подобных явлений в нашем современном мире не ограничивается. Напротив, «телевизионный миф» представляет собой лишь наиболее характерное и очевидное явление данного плана. Действительно, было бы странно, если пропагандисты, имея у себя некое средство воздействия на человеческое сознание (эффективное или нет – другой вопрос), не стали бы его использовать в своих прямых целях. А именно – для повышения собственного благосостояния и прочих полезных вещей. Ведь именно это и является основной задачей для каждого члена современного общества - все же остальное, в том числе и «манипуляция сознанием», выступает лишь как средство для данной цели.

Ну а если основной задачей выступает именно получение денег, то вполне логично потратить все силы не на пресловутую работу, а на убеждение того, кто эти деньги платит в собственной значимости. В принципе, этот путь не только проще, но очевиднее того, к которому все привыкли (т.е. стараться выполнять работу, как можно лучше). Причем, этого не отменяет даже пресловутая конкуренция, которая – по мнению того же большинства – просто обязана выступать надежным «предохранителем» против подобных разводок. Однако это мнение не имеет ничего общего с реальностью – напротив, в условиях высокого конкурентного давления именно обращение непосредственно к выдающей средства инстанции становится самой выгодной стратегией. Действительно, зачем тратить силы на что-то полезное, если их можно применить для «запудривания мозгов» руководству или иной ответственной за выделение средств инстанции?

Именно поэтому указанные «уроборосы» возникают в самых неожиданных местах. Возьмем, в частности, массовую культуру. Во время новогодних праздников очень многие блоггеры возмущенно писали о том, что по всем телевизионным каналам мелькают одни и те же лица. Одни и те же популярные певцы, одни и те же артисты и юмористы старательно извлекают из себя одни и те же песни и шутки. Все это давно уже напоминает закольцованную запись, причем составленную из «товара» далеко не лучшего качества. И это при том, что количество талантливых исполнителей в стране крайне велико. Одних музыкальных школ в ней более трех тысяч – и в каждой из них есть отделение вокала. Да что там музыкальные школы – в стране 11 консерваторий, где готовят специалистов экстра-класса. Если учесть еще и массу всевозможных студий и т.д, то становится реально непонятно, отчего на нашем экране тусуются эти помятые временем и приевшиеся до изжоги лица.

* * *

Однако ларчик открывается удивительно просто. Дело в том, что конечным потребителем данного, простите, «продукта» (так и хочется написать «вторичного») выступает вовсе не телезритель. Нет, конечно, зритель данные разновидности «произведений искусства» так же потребляет посредством просмотра с экрана – но деньги за него платит не он. Вопрос о том, кто и сколько получит за свои дела, решает телевизионное руководство, от телезрителя оно же надеется получить лишь пресловутую «прибавку рейтинга». Впрочем, и рейтинг, особенно в плане праздничного эфира, так же достаточно слабо вариабелен – особенно если не задумываться о методах его получения. Что бы ни случилось, опросы всегда дадут высокое число зрителей центральных каналов, даже если там показывать одну Аллу Пугачеву на пару с Филиппом Киркоровым. Просто потому, что испортить «вековую традицию» еще надо суметь…

Да и вообще, большая часть населения воспринимает все эти песни и пляски исключительно в качестве музыкального фона, пригодного для поглощения салатов и легкого дерганья под ритм, именуемого отчего-то танцами. А в этом плане разница между каким-нибудь Биланом и Карузо или, скажем, Муслимом Магомаевым, отсутствует. Скорее наоборот, чем примитивнее исполнитель, тем меньше сил уходит у него на свою деятельность – а значит, тем больше актов исполнения можно уложить на единицу времени. Поэтому падение исполнительского уровня современной «эстрады» является совершенно логичным явлением. Собственно, аномальным является обратная ситуация, существовавшая в СССР, но она требует отдельного разбора. Нам же пока, в рамках указанной темы, важно то, что в данном случае то, то обычно представляется самым важным (исполнение), на самом деле оказывается вторичным. Как раз этот момент выступает основным в плане понимания сути «уроборосов», и мы к нему еще вернемся.

И разумеется, одной эстрадой дело не ограничивается. Практически все, что сказано выше, мы можем применить к любой разновидности того занятия, которое посвящено развлечению населения. Тем же путем идет, скажем, массовый кинематограф или массовая литература. Это можно увидеть по тому, какое значение для них представляют всевозможные премии и фестивали. Ведь, казалось, какая разница – кто и когда дал тому или иному произведению тот или иной приз, потому, что размер данного приза ничтожен по сравнению с той прибылью, которая будет получена от зрителя или читателя. Но в нынешней ситуации все обстоит иначе: как раз эти формальные оценки оказываются важными для постройки отношений с инстанцией, распределяющей средства. Единственным исключением из этого правила выступают проекты, которые изначально создаются указанной инстанцией (телеканалом или издательством). Вот тут еще сохраняется некая ориентированность на «конечного потребителя» - именно поэтому, например, современные телесериалы очень часто выглядят  лучше, чем «полноразмерное кино».

* * *

Однако самое неприятное состоит в том, что указанные особенности не ограничиваются одной массовой культурой. Ориентация на самопрезентацию пронизывает всю ту область человеческой деятельности, которая именуется культурой вообще, не делая разницы между «низкими» и «высокими» жанрами. Вернее, разница как раз есть – только не такая, какую следовало бы ожидать. Вопреки привычным представлениям, как раз та разновидность, которая именуется «высокой» или «элитарной», оказывается поражена этой напастью намного сильнее. Если массовая культура, как сказано выше, хотя бы дает «необходимый продукт», пусть и минимального качества – все эти песенки, сериальчики, книжечки, которые, при минимальной брезгливости, еще можно потреблять «под салат оливье» то от ее «высокой» части даже этого ожидать не приходится.

Скажем, кто вообще читал  писателей, которые скрываются в категории «литература». Не «коммерческая» (фантастика или, скажем, детектив) - а то, что, по умолчанию, «пишется на века». Кто-нибудь вообще слышал имена этих людей в контексте, отличном от того или иного литературного мероприятия? Кто-нибудь воспринимает этих писателей, не как получателей очередных премий, давателей интервью (как правило, крайне бредового и русофобского) или заявителей очередного политического бреда – а как автором, книги которых стоит читать? Думаю, ответ тут очевиден… Собственно, в отличие от «коммерческих» произведений, которые выпускаются хотя бы в минимальной надежде на то, что найдется человек, способный не только взять их в руки, но даже отдать за них некую сумму, произведения «настоящие» давно уже не создаются с подобной целью. Давно уже единственной их задачей становится презентация автора в некоем клубе, который и представляет собой ту самую  «литературу», как таковую, единую в производстве и потреблении…

Получается идеальный «уроборос»: писатели пишут книги, которые сами же и оценивают, раздавая ярлыки гениальности или таланта, заседая в жюри  - так что тут замкнутость системы еще выше, нежели у пресловутой эстрады. То же самое можно сказать, простите, про художественное творчество. Или, точнее, про то, что под таковым понимается – ибо, к привычным картинам и скульптурам, все эти творения имеют крайне отдаленное отношение. Тут указанная проблема, кажется, превосходит вообще все разумные границы: если в остальных областях еще сохраняется какая-то связность с «исходными функциями» творения (связанном с необходимостью что-то донести до конечного потребителя), то по отношению к работам современных художников этого сказать давно нельзя. Их произведения даже такую функцию, как «закрывать дырку на обоях» исполнять не могут, поскольку зачастую вызывают исключительно отрицательные эстетические чувства. И это еще без учета «акционистов» - а если рассматривать и их, то все «художественное творчество» уходит далеко в «абсолютный минус», становясь явной «антиценностью» для всех, кроме «автора».

* * *

Таким образом, можно сказать, что в пресловутый «уроборос» к настоящему времени превратилась вся культура, как таковая. Принцип «авторы оценивают авторов», аналогичный известному «кукушка хвалит петуха…» давно уже пронизал ее насквозь, задавив все остальные критерии оценки. Причем своего наивысшего развития он достиг как раз там, где всегда считалось важным именно «свобода творца», независимость его от «внешнего мнения» и важность прямого обращения автора к потребителю – в «высоком» искусстве. Теперь там этого нет – а есть исключительно ориентированность на «тусовку», превосходящая в разы ориентированность «попсы» на заказчика. (Поскольку заказчик «попсы», все-таки, в отдаленной перспективе еще думает о том, как воспримет все это потребитель, а вот «тусовке» данный момент полностью безразличен.) Именно поэтому сейчас с чистым сердцем можно сказать, что никакого «высокого искусства» на постсоветском пространстве не существует, а то, что подразумевается обыкновенно под этим понятием, представляет на самом деле некую закрытую тусовку, живущую за государственный счет.

А значит, та функция, которую эта самая культура должна исполнять – а именно, выступать «генератором образов» для общества – не выполняется, буквальным образом «повисая в воздухе». И, разумеется, это стало ясно довольно давно – по крайней мере, в последнее десятилетие о ней не говорил только ленивый. Однако, как правило, при ее рассмотрении основной упор делается на идею сознательного уменьшения «уровня культуры», якобы необходимого современной элите для повышения управляемости масс. При этом игнорируется тот факт, что до самого недавнего времени основной тренд был как раз обратным, несмотря на то, что элита, по сути, была той же. Да, массовая культура все время своего существования не блистала особо высоким уровнем – однако т.н. культура «высокая» развивалась довольно успешно. Можно вспомнить ту же историю литературы или живописи. Да и вообще, идея «понижения» именно «высокой» культуры ради повышения управляемости масс выглядит довольно странной.

Разумеется, высказываются и альтернативные версии, вроде естественного процесса деградации, но и они выглядят весьма странно, тем более, если учесть культурное развитие, происходившее до недавнего времени. Впрочем, если учесть сказанное выше, то становится понятным, что искать истоки проблемы надо в другом месте. А именно – в том процессе, который привел к указанному образованию замкнутых систем, тех самых «уроборосов», которые, в конечном итоге и свели всю творческую деятельность к современным «междусобойчикам». Именно ответ на этот вопрос автоматически становится ответом на проблему культурной деградации. Но не только на него. Вопрос о том, почему же возникают подобные паразитические зацикливания, крайне важен и в других областях человеческой деятельности, поскольку он позволяет найти корни многих серьезных современных проблем. Но об этом будет сказано в следующей части…
Tags: 1990 годы, Российская Федерация, антиконспирология, антисоветизм, культура
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 24 comments