anlazz (anlazz) wrote,
anlazz
anlazz

Еще раз об Апокалипсисе - или об опасностях мнимых и реальных.

Когда говорят об опасности гибели человечества, не важно, «природной» или рукотворной, то неявно подразумевают, что как раз этот момент важен для каждого из нас. Просто потому, что жизнь человечества означает и жизнь каждого отдельного человека. Это значит, что предотвращение данной опасности является главной необходимостью для каждого жителя Земли, будь то европеец, африканец или эскимос. Однако при этом забывается главное – то, что для каждого человека в отдельности все эти «всечеловеческие» проблемы на самом деле выступают отнюдь не самыми большими опасностями в жизни. Потому, что реально, конечно, ничто не мешает каким-либо космическим или геологическим факторам, вроде падения небесного тела или взрыва супервулкана уничтожить нашу цивилизацию, оставив от человечества лишь ничтожное количество людей. Более того, ничто не мешает какому-нибудь глобальному процессу, вроде падения суперастероида или взрыва Солнца, полностью уничтожить жизнь на Земле. Т.е., все это, конечно, вполне возможные события.

Только с небольшой поправкой -  вероятность их наступление в ближайшее время не сказать, чтобы велика. Реально явления космического масштаба определяются совершенно иными временными интервалами, нежели мы привыкли использовать в своей жизни.
А значит, если действительно принимать данные опасности во внимание, то хотя бы соотнося их вероятности с вероятностями чего-то более реального. К примеру, с опасностью быть убитым на той же войне. Причем,  совершенно не обязательно войне ядерной. Скорее, наоборот – неядерная война намного вероятнее хотя бы потому, что для ее начала существует гораздо больше причин, а «ограничителей» от данного процесса намного меньше.  (Собственно, на примере Ирака, Ливии  Сирии и т.д. мы можем наблюдать поразительную легкость начала неядерных войн.) На самом деле, страх перед ядерной войной – следствие не столько огромной разрушительной силы данного оружия, сколько особенности геополитической ситуации середины XX века. Когда стало ясно, что советские ракеты могут достать любой точки земного шара, то, разумеется, многие из тех личностей, которые желали отсидеться в тылу при «кровавом месиве» на фронтах, неиллюзорно поняли, что именно они могут стать жертвами войны. Не безликие Джоны и Фрицы, а именно они, «сверхценные хозяева мира». Реальный страх элиты и был «оттаранслирован» на всю страну, а затем – и на весь мир. Впрочем, СССР от этого стало только легче – поскольку у наших врагов уже не возникало желания легко решить свои проблемы за счет очередных «недочеловеков».

Что же касается реальных военных потерь, то более 40 млн. убитых в последней Мировой войне прекрасно  иллюстрирует тот факт, что и без применения «супероружия» можно достичь высоких результатов. На самом деле, если считать по «локальностям», то уже в Первую Мировую были достигнуты весьма впечатляющие результаты. К примеру, в печально известной «верденской мясорубке» - сражениях под Верденом с 21 февраля по 18 декабря 1916 года погибло с обеих сторон более 400 тыс. человек. И это безо всякой атомной бомбы. Что же касается гибели мирных жителей, то тут, разумеется, «лидирует» вторая мировая. К примеру, во время бомбардировок Дрездена 14 февраля 1945 года погибло порядка 30 тыс. человек при населении в 600 тыс. (каждый двадцатый). Но это, разумеется, не предел. Бомбардировка Токио 10 марта 1945 года зажигательными бомбами унесла более 80 тысяч. Для сравнения - от взрыва ядерной бомбы в Хиросиме умерло порядка 100 тыс. человек. Сравнимые цифры объясняются просто – большая часть погибших представляют собой не столько жертвы самой «бомбы» (т.е., ударной волны), сколько жертвы вызванных взрывом пожаров. Последние из-за особенностей застройки японских городов возникали мгновенно и оказывались практически нелокализуемыми.

Но, как это не странно звучит, массированные обстрелы и ковровые бомбардировки – не самое страшное, что может произойти. К примеру, во время расправ над жителями Нанкина и пленными китайскими солдатами в декабре 1937 года было уничтожено  свыше  200 тыс. человек за шесть недель! При этом не использовались особо технологичные средства – самым распространенным методом уничтожения было применение личного оружия, в том числе и холодного. (Так что Нанкинская резня – это резня в прямом смысле этого слова. Так же было изнасиловано порядка 20 тыс. женщин – но это уже так, мелочи.) Все это прекрасно показывает, насколько серьезным может быть самые банальные военные действия. Впрочем, что тут говорить про войны минувшего, производимые массовыми армиями, оснащенными по последнему слову техники. На самом деле, существует пример, по сравнению с которым все воюющие во Второй Мировой войне нации выглядят, как котята. Речь идет об относительно недавнем случае геноцида,  случившимся в Руанде 1994 года. Тогда за 100 дней было уничтожено порядка 1 000 000 человек (прописью – одного миллиона человек). Это можно сравнить со знаменитым Холокостом, в котором за 12 лет было убито от 4 000 000 до 6 000 000 (по разным данным) евреев. Однако Холокост – это следствие целенаправленной политики, а тут просто толпы бандитов со стрелковым оружием/ Так что резня в Руанде прекрасно показывает, что убивать миллионы можно, не обладая никаким Wunderwaffe.

* * *

Впрочем, зачастую и оружие, как таковое не требуется. Человек, как это не удивительно, может умереть и просто от неудовлетворения его жизненных потребностей.  Кстати, возвращаясь к «экологической катастрофе», для этого вовсе не требуется полное или даже частичное разрушение биосферы Земли. Скорее наоборот – как раз естественная биосфера практически везде, за исключением небольших сверхблагоприятных зон в тропическом и субтропическом климате, непригодна для обитания человека. Особой неблагоприятностью в этом смысле выделяется территория нашей страны, где проживание вне искусственной биосферы возможно не более двух-трех месяцев в году – и это для минимального числа людей. Однако и иные привычные для нас ландшафты так же не «страдают дружелюбием». В частности, даже в условиях средиземноморского климата смерть от голода или холода (да, похолодание до 8-10 0 С для человека без соответствующих приспособлений – это верная смерть) до самого конца XIX, а в некоторых местах и до середины XX века была обычным явлением. Что же тогда говорить о болезнях, которые могли выкашивать целые города – и все это при отличной «экологии».

И это при том, что все возможности для нормальной жизни у общества имеются. Последнее, понятное дело, и является самым неприятным: ведь если бы человек был просто «не готов» к выживанию в данных условиях, то он, понятное дело, вряд ли в них оказался. А тут, напротив, при имеющейся возможности счастливой и относительно долгой жизни – страдания и ранняя смерть, не менее нелепая, нежели смерть солдата в очередной войне. И причина всего этого – существование классового общества, которое, при наличии массы ресурсов, определяет чудовищное неравенство в доступе к ним. В итоге в течении тысячелетий уровень жизни был намного меньше того, что обеспечивался в древних общинных поселениях, типа Чатал Гуюка, несмотря на то, что производительность труда выросла в разы. Потому, что все созданное человеком, как правило, уходило на растущие потребности сильных мира сего. Причем, не столько на личное потребление – хотя и оно было немалым, можно вспомнить хотя бы дворцы древних владык или поместья крупных феодалов. Однако еще более важным было обеспечение непрерывной грызни элитариев за власть, одним из проявлений которых и являются кровопролитные войны.

Но не только. На самом деле, бесконечные столкновения господ во всем, начиная с роскоши собственного платья (дворянину нельзя ходить в простой одежде, даже если нечего есть) и заканчивая необходимость «идти в политику» (не важно, имеется ли тут речь стать «младшим подмывальщиком» царя или выборы в парламент), на которую выбрасывается огромное количество средств. Но альтернативы нет: если ты не идешь в политику, политика идет к тебе - к примеру, в виде объявления тебя еретиком с соответствующим финалом в Средние века, или в виде установки невыгодных (для тебя) тарифов и пошлин при капитализме. Собственно, именно поэтому «КПД» классового мира крайне невысокий: вопреки популярным заблуждениям, большая часть открытий становится достоянием человечества «не с первого раза». Тот же тяжелый конный плуг был известен еще в Античности, но массовое его применение вместо «легкой» сохи началось только в Новое время, а канализация и водопровод, «сработанные» не «рабами Рима» даже, а известные со времен Мохеджо-Даро, стали массовым достижением лишь в XIX века (а значительная часть населения Индии - вот ирония истории! – до сих пор не имеет к ним доступа), сила пара, вращающая «геронову турбинку» стала реально применяться лишь в XVIII столетии и т.д. В итоге, большая часть реальных открытий и изобретений благополучно исчезла в «водоворотах времени», имея смысл лишь тогда, когда оказывалась способной иметь значение в вечной конкуренции владык.

То же самое касается и огромного числа создаваемых материальных ценностей – мало что из них что-либо значило для обычного человека. Возводились дворцы и храмы, строились корабли и вооружались многочисленные армии, совершенствовались искусства и науки – а земледелец пахал почти так же, как пахали его предки. Прогресс в  сфере «первичного производства» шел несравнимо медленнее, нежели там, где определялись интересы владык (в военном деле и производстве предметов роскоши). И смог ускориться только тогда, когда этот процесс целиком оказался в руках крупных землевладельцев – т.е., когда основная масса производителей оказалась разорена и превращена в бесправных рабочих. (Т.е., когда это самое «первичное производство» было включено в указанную «грызню владык».)

* * *

Получается, что все великолепие цивилизации не слишком помогало среднему человеку. Скорее уж напротив, оно позволяло хозяевам мира крепче удерживать его в своем ярме, причем чем дальше, тем сильнее. Что поделаешь – развитие подчиняется диалектическим законам, а значит, для того, чтобы получить максимальную свободу человек должен был пройти через Инферно классового расслоения. Но только так он оказывается способным выработать те навыки и построить те механизмы, которые позволят ему в будущем стать настоящим властелином Вселенной. Однако пока этого не произошло, стоит понимать, что для хозяев мира нет никакой разницы до того, хорошо или плохо существует простой человек, и существует ли он вообще. И единственный смысл, который представители правящих классов видят во всех остальных, состоит в том, что эти люди могут сыграть какую-то роль в их борьбе друг с другом: в качестве дешевой рабочей силы ли, или в качестве не менее дешевого пушечного мяса – в зависимости от того, как далеко зашла борьба.

Поэтому стоит понимать, что все ужасы «уничтожения человечества», которые столь популярны в современном медиапространстве, не стоят и ломаного гроша по сравнению с настоящей бедой человечества – с его разделением на «могущих» и «подчиняющих» и вынужденных подчинятся… Не в ужасе непонятно чем вызванной «гибели человечества»,  не в адском пламени Последней битвы или зловонной помойке экологической катастрофы, а в непрерывной, неизбежной и все возрастающей (после гибели СССР) эксплуатации, полностью подчиняющей волю большей части людей, состоит основная беда человека всех времен и народов. Впрочем, для нашего современника все это усиливается тем фактом, что совсем недавно он жил в совершенно ином мире, который, как тогда казалось, вырвался за рамки этой проблемы. Но оказалось, не до конца…

В итоге, в то самое время, когда огромное количество людей пугалось возможности падения астероида и готовы были платить за то, чтобы бороться с данной опасностью, на планете Земля случился очередной акт геноцида. Причем речь идет не об уже указанной резне в Руанде, где менее чем за треть года убили население целого мегаполиса. Речь идет о «либеральных реформах» в России. Именно к этим событиям и относится начальная картинка. России, можно сказать, повезло. В отличие от многих постсоветских республик, указанный процесс не привел к появлению массовой национальной резни и прочих «милых» процессов. Чечня с самого начала оказалась локальным явлением, весь Северный Кавказ по счастливому стечению обстоятельств «не вспыхнул» (хотя мог бы) – поэтому, в принципе, ее можно опустить.

Однако при всем этом данный процесс привел к многочисленным жертвам и разрушениям для нашей страны. Россию никто не бомбил, не расстреливал из дальнобойных орудий, не поливал напалмом. Ее жителей никто не гонял на пулеметы, даже полноценного голода, как такового – и то не было. В общем-то, для рядового гражданина – если он не входил в преступные «бригады» и не воевал в Чечне – т.е., для подавляющей массы, все происходящее мало чем отличалось от того, что было ранее. Ну, может быть, не хватало денег. Однако в статистике этот период отразился практически военным характером сверхсмертности. А именно – эта сверхсмертность коснулась, прежде всего, мужчин трудоспособного возраста (от 18 до 60 лет), как это обычно происходит при военных действиях. (Опять-таки, замечу, что это не связано с чеченской компанией: потери РФ в Первой чеченской войне составляли 5552 человек по официальным данным, и порядка 17 тыс. человек по сильно завышенным данным боевиков. Во Второй – меньше 1000 человек.)

Что же тогда убило миллионы российских мужчин? Водка? Наркотики? Криминальные разборки (на самом деле, количество членов «бригад», как уже говорилось, так же не было особенно велико)? Болезни? Рост суицидов? Назвать конкретную причину тяжело – на самом  деле, в подобных случаях принято говорить об общем ухудшении социально-экономической обстановки. Это явление, кстати, прекрасно «детектируется» социологами, которые при одном взгляде на экономические сводки понимают: вот сейчас на такой то процент поднимется количество самоубийств. Вот сейчас на столько то вырастет количество преступлений. Вот с этого момента надо ждать роста сердечнососудистых заболеваний. И т.д., и т.п. В любом случае можно сказать одно – подобный рост смертности является неизбежным следствием увеличения «либеральности» экономики, росту конкуренции в ней – подобная зависимость достаточно четко определяется в самых разных странах. (И напротив – рост социальной защищенности, как правило, ведет к уменьшению смертности.). А значит – любая «либерализация» неизбежно значит реальную опасность для большей части граждан.

* * *

Впрочем, на самом деле эта самая «либерализация» представляет собой ни что иное, как один из вариантов «грызни владык», позволяющие лучшим забирать все у проигравших. Поэтому неудивительно, что от нее («либерализации») люди начинают больше умирать – на самом  деле, как это не раз говорилось, смерть «холопов» ради господских игрищ - это естественная роль, уготованная им в классовом обществе. Пока могут, пускай вкалывают – не могут, пускай дохнут! И единственное, что может помешать подобному – это сопротивление самих низов. Таковыми были крестьянские восстания Средневековья или классовая борьба рабочих Нового Времени. Именно страх перед подобными выступлениями – пускай, во многих случаях, и опосредованный – это главный механизм, способный хоть как-то ограничить разрушительную роль указанной «грызни». Надеяться, что «лучшие» исполняться сочувствием к «низам» и снизойдут до их интересов, превратят их из средств решения своих задач в равноценных субъектов, нельзя. Поскольку любого «доброго элитария», не важно, рабовладелец он, феодал или капиталист неизбежно «сожрут» «злые элитарии», которые тянут из своих эксплуатируемых «все соки», и как следствие, имеют больше сил и средств на конкурентную борьбу.

Поэтому без остановки данной борьбы никакое справедливое – т.е., ориентированное на интересы большинства – общество невозможно. А значит – никакого «общего», точнее, «общечеловеческого» блага и общечеловеческих интересов быть не может. Поскольку под «гуманистическими» декларациями о нем, как правило, скрывается все та же извечная «грызня лучших» за лучший кусок. Вплоть до самых нелепых вариантов, типа «гуманитарных бомбардировок» и «демократических» бандитов. Жители Сербии, Ирака, Афганистана, Ливии, Сирии и т.п. мест не дадут соврать. Десятки тысяч жертв бесконечных «локальных войн», миллионы жертв голода и болезней (кстати, самая опасная болезнь, уносящая миллионы жертв по сей день – малярия, лекарство от которой открыли еще в позапрошлом веке) – и все это при «официальном» мире и декларируемом «спокойствии и процветании». Удивительно, но одновременно происходят и «общечеловеческие форумы», посвященные, к примеру, всемирному потеплению или еще чему-то, торжественные приемы и заседания, вручение премий «за мир» или, скажем «за защиту окружающей среды» или еще за какой-нибудь «гуманизм». А при этом где-то просто не хватает еды. А еще где-то – стреляют по детям, поскольку кто-то решил, что надо «свергнуть тоталитаризм». А еще где-то готовят отмену пенсий, желая всем «здоровья и хорошего настроения» - и т.д., и т.п.

В общем, стоит понять, что представление о мире, как о непрерывной «войне всех против всех», не так уж далеко от реальности. Ну, за исключением может быть того, что речь идет именно о классовом обществе – те структуры, что лишены классового расслоения (к примеру, семья, или социосистемы в «доклассовом» или «послеклассовом» состоянии) существуют по совершенно иным правилам. Но в целом, опасности, создаваемые классовым обществом – включая неядерную войну – намного превышают все остальное. А значит – именно его стоит считать главной проблемой современности – с соответствующими выводами…




Tags: исторический оптимизм, классовая борьба, классовое общество, теория инферно
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 63 comments