anlazz (anlazz) wrote,
anlazz
anlazz

Смысл игры. К предыдущему.

Так почему все-таки GAME OVER? В смысле, почему завершение периода господства классового общества можно рассматривать, как конец игры? Это название может показаться просто риторическим приемом, однако в реальности оно несет важный смысл. А именно – изменение одного из важнейших свойств общества, являющегося фундаментальным даже не в социальном, а в более «глобальном», можно даже сказать, космическом плане. Для того, чтобы это понять, следует, прежде всего, указать, что под игрой тут подразумевается вовсе не детская забава, состоящая в подражании «взрослой» реальности при помощи «подручных средств». Как раз в этом значении игра никогда не закончится, поскольку выступает необходимым условием человеческой личности. Речь идет о несколько ином значении «игры» - о том, которая напрямую связана с т.н. азартными играми, с получением «большого куша», с «выходом из грязи в князи», т.е., в элиту, в число лиц, распоряжающихся чужими жизнями. Т.е., о том, которое неразрывно связано с понятием «удача».

Именно «удача» и есть понятие, которое можно назвать базовым для классового общества. На самом деле, именно ради нее и существует весь этот механизм конкурентной борьбы, как мясорубка, «прокручивающий» миллиарды человеческих жизней и триллионы долларов общественных богатств, и превращающий все это в прах. Ради того, чтобы ничтожная часть из «верхушки» смогла насладиться своей «победой». Разумеется, временной, поскольку, как замечали еще римляне, Фортуна – богиня крайне переменчивая. Сегодня ты Цезарь – а завтра наступают мартовские иды… Собственно, именно поэтому смена данного типа общества на что-то другое и является главным барьером, разделяющим некую «предысторию» (т.е. то, что мы считаем историей), и настоящую историю человечества, в которой не будет места данным гекатомбам, приносимых на алтарь удачи. А человечество снова вернется в состояние, когда определяющим фактором станет совместный труд – т.е. создание, а не уничтожение ценностей.

Собственно, именно переход к «эре труда» от «эры удачи» и может рассматриваться, как достижение человечеством своей «зрелости», перехода его к по настоящему стабильному состоянию – в отличие от бесконечного числа «гибнущих царств» классового периода. На самом деле разница между игрой и трудом фундаментальна. Дело в том, что труд построен ни на чем ином, как на … предсказании будущего. Это может показаться странным – ведь действительно, данное свойство издавна предписывалось лишь некоторого рода «эзотерическим» силам. К примеру, колдунам, жрецам, оракулам, пророкам и т.д. Да и до сих пор пресловутое «предвиденье будущего» входит в джентельменский набор разного рода «магов» и экстрасенсов. Поэтому связывать данное шарлатанство с привычным процессом труда было бы странно.


* * *

Однако, на самом деле, это лишь поверхностное представление. Дело в том, что в реальности процесс предвиденья будущего не только не имеет ничего общего с указанным выше шарлатанством, но напротив, выступает базисным признаком человеческого разума. Любого человеческого разума – а вовсе не некоторых «просветленных». Более того, этим самым признаком человек пользуется практически всегда – вопреки обыденному представлению. Другое дело, что к пророчеству в привычном нам понимании – т.е., к возможности получить «картинку», указывающую на то, как изменится нынешнее состояние в будущем, это самое предвиденье не имеет никакого отношения. Перемещаться во времени человек не может – и скорее всего, не сможет никогда. Однако он может построить в своем сознании некую модель реальности, т.е. выявить такие закономерности мира, которые позволят ему предположить, как будут развиваться события при тех или иных действиях. Несмотря на то, что сама мысль о «моделировании реальности» выглядит достаточно футуристично (и для нашего современника почти всегда вызывает ассоциацию с построением т.н. «компьютерных моделей», а в последнее время – с пресловутой «виртуальной реальностью»), на самом деле, это очень древнее и распространенное умение. К компьютерам не имеющее почти никакого отношения.

В общем, все просто: практически любое человеческое действие должно иметь гарантированное завершение. Каждая вещь, которая делается нами, делается ради своей цели: к примеру, когда мы идем, то делаем это, в большинстве своем, не «ради любви к процессу», а для перемещения в заданном направлении. И разумеется, начиная данное действие, мы для себя примерно представляем, как это будет происходить. И разумеется, выбираем для себя наиболее выгодный вариант. К примеру, никому в голову не придет лезть в овраг или перелезать через забор – поскольку известно, что данный способ действия почти неизбежно приведет к лишней трате сил. Впрочем, если будет известна с достаточной гарантией информация, что данный способ передвижения приведет не к тратам, а к выигрышам – то полезут и через забор. Т.е., человек даже в таком простом случае выстраивает довольно сложную «мысленную модель».

Конечно, при этом можно возразить, что называть данным вариант взаимодействия с реальностью «предсказанием» неправильно – ведь нет 100% гарантии того, что все завершиться так, как было задумано. Это замечание абсолютно верное. Однако если сравнить количество благополучно завершенных «походов», и тех из них, в которых «что-то пошло не так», то можно увидеть, что число первых намного больше. Если бы, скажем, такой процент предвиденья случался в карточных играх, то можно было бы сразу говорить о том, что имеем дело с ясновидящим. Или с шулером – о чем, впрочем, будет сказано несколько ниже.

Пока же стоит отметить, что если для «обыденной» жизни человека подобный способ «предвиденья» может быть отнесен к большей части деятельности, то для того, что мы привыкли называть «производством» данное свойство может рассматриваться, как базовый признак. Все-таки, человек может гулять, идя «куда ноги несут» (т.е., не задумываясь о последствиях). Но в деле труда подобные вещи невозможны. Подобная деятельность вся пронизана четким целеуказанием – все тут делается не просто так, а для того, чтобы получить гарантированный результат. Только так становится возможным объединить столь разнородные технологические операции в единое целое. Ведь даже если взять производственную деятельность первобытного общества, скажем примитивное сельское хозяйство, то можно только поразиться, как сильно она зависит от возможности предвиденья. В самом деле, надо взрыхлить землю, бросить в нее зерна, потом пропалывать ее от сорняков (мотыжная обработка не переворачивает пласты, поэтому прополка является важной частью сельхозработ), наконец, сорвать колосья, обмолотить их, отделив зерна от плевел, и наконец, сохранить часть урожая для последующего посева.

Понятно, что подобная технологическая схема может существовать только в более-менее предсказуемом мире. Если бы крестьяне не были уверены в том, что брошенные в почву зерна прорастут, многократно увеличив в итоге свое число, то для них не было бы смысла возиться со всеми этими тяжелыми процессами обработки земли. Можно было бы просто все съесть – и уйти на поиск нового источника пищи. Собственно, так и поступают неразумные животные. Однако, понятное дело, подобный путь не позволяет человеку существовать сколь либо благополучно – как животное он слаб и может жить лишь во влажных тропических лесах. Даже загонная охота – основа существования первобытных племен до появления земледелия – уже требует «осмысленных действий», т.е., действий, осуществляемых по заранее разработанному плану. Т.е., работать с указанным предсказанием. Собственно, именно поэтому даже подобную охотничья деятельность можно считать полноценным трудовым процессом – пускай в данном случае «глубина» предсказания и ниже, нежели при производящей экономике.


* * *

Но, как уже можно догадаться, это самое предсказание может быть применимо к достаточно ограниченному числу процессов. Конкретно – к тем, которые допускаю существование долговременных закономерностей, определяющих их развитие. К примеру, если бы брошенные в землю зерна не давали гарантированных всходов – то никакое сельское хозяйство было бы не возможным. Собственно, именно поэтому сама возможность распространения данного способа производства оказывалась тесно связана с совершенствованием технологических приемов работы. Изначально сельское хозяйство могло существовать лишь в особо расположенных к этому районах – зоне «плодородного полумесяца» или подобных зонах на севере Индии или в Юго-Восточной Азии. Именно тут обеспечивалась достаточная для выращивания сельхозкультур стабильность условий, что позволяло реализовать данный процесс в крайне инерционных поздненеолитических обществах. И лишь по мере того, как в процессе развития – в том числе и инфернального классового – были найдены агрономические приемы, для которых нестабильность оказывалась неважной, стала возможным распространение сельского хозяйства за пределы этого ареала.

Собственно, тут можно увидеть главную особенность человеческого развития, ту самую, которая и позволяет выделить прогресс в качестве одного из важнейших его индикаторов. А именно – по мере увеличения человеческого знания (в самом широком смысле), становится возможным осуществление запланированных действий в более широких областях. Т.е., становится возможным вовлечение этих областей в человеческую трудовую деятельность. Однако, из всего этого можно понять и то, что существуют процессы, которые подобной особенностью не обладают – т.е., выстраивать на их основании производственные цепочки является невозможным. В них найти какие-либо закономерности не представляется возможным – по крайней мере, при имеющихся объемах знаний. Подобные процессы именуются «стохастическими», и охватывают значительное количество областей. В том числе, и крайне важных для человеческой жизни. На самом деле, создание уже не раз упомянутой «искусственной среды обитания» и служит для того, чтобы если не приручить данные процессы, то, по крайней мере, на какое-то время изолировать человека от них. Хотя, понятно, что сделать это полностью не удается никогда – и судьба каждого человека неизбежно заканчивается «возвращением» его в область мирового Хаоса.

Однако к подобной особенности мироздания можно подойти и по другому. Если сколь-либо гарантированную стратегию на основании подобных процессов построить невозможно, то это не значит, что они полностью бесполезны. На самом деле, там, где вступает в дело стохастика, мы переходим от области труда в ту самую область игры. Ведь случайность может быть не только «отрицательной», но и «положительной», т.е., привести не только к потере, но и выигрышу. Собственно, именно на этом основаны «классические» азартные игры, хотя по ним можно понять и то, что количество проигравших всегда превышает количество победителей. Однако сам факт того, что можно сразу приобрести все без особых затрат, неминуемо привлекает людей в подобную область. Это касается не только азартных игр – но вообще, всего, что связано со «стохастикой». На самом деле, именно эта особенность издавна привлекала людей: скажем, поход с целью грабежа соседей имеет на порядки большую производительность, нежели честный труд. Хотя, конечно он рискованнее – могут и убить. (Правда, в данном случае вопроса «а нас то за что» не возникало – судьба воина представлялась достаточно ясно, и человек открыто мог выбирать путь или тяжелого, но безопасного труда, или относительно легкого, но опасного грабежа.)

Собственно, этот момент – а именно, то, что отнять намного проще, нежели произвести, хотя и опаснее – и явился «психологическим» основанием для возникновения классового общества. (Экономические, т.е., системные причины, приведшие к нему, рассматривались в прошлой части.) В дальнейшем данная система трансформировалась в то, что мы привыкли называть государством: т.е., из «разовой акции» пресловутый грабеж превратился в норму – собирание налогов, изъятие прибавочной стоимости –прикрываемую разговорами о некой великой миссии, осуществляемой грабителями. Ну, типа – защитой от иных любителей изъятия благ, более жестоких и алчных. Впрочем, во многих случаях, это так и было – «свой» князь или царь мог стараться оставить крестьянам хоть часть произведенного ими продукта, чужой же «выгребал» все. Но не всегда – достаточно часто именно «свои» доводили народ до нищеты. Более того, очень часто к указанному изъятию прибавочного продукта «подключались» откровенные паразиты, вообще ничего никому не дававшие.


* * *

Впрочем, этой особенности классового общества были посвящены прошлые части. Нам тут более важно то, что подобное положение, связанное с «высокорисковой стратегией», неизбежно провоцировало порождение «высокорисковых стратегий второго порядка». Иначе говоря, привилегированное положение верхушки, как уже не раз отмечалось, неизбежно вело к тому, что количество лиц, стремящихся туда попасть, намного превышало количество мест, которые могли бы прокормить «низы». Поэтому основной задачей «элиты» всегда являлась защита своего положения от активно добивающихся его претендентов. Более того, именно подобная ситуация – когда на каждое «место» наверху всегда претендуют множество субъектов – неизбежно вела к «концентрации» этих мест в одних руках. Это понятно – чем больше власть, тем больше возможностей по защите от конкурентов. Данная особенность уже на начальных этапах развития классового общества привела к построению пресловутых деспотий, основанных на личной власти царей. Правда, в реальности оказалось, что эволюция общества до подобного состояния так же требует огромных усилий, идущих на указанную борьбу – и может существовать лишь при очень благоприятных условиях. Поэтому до подобного состояния «доживало» очень малое число социумов – большая часть их банально «выжиралось» элитой и разрушалось, не доходя до подобного «уровня».

Однако, несмотря на это, до определенного уровня классовые общества развивались довольно успешно. Собственно, именно поэтому-то и было столь значительное число претендентов на вхождение в число «элитариев»: ведь, если не брать действительно длительные временные периоды, быть аристократом или богачом в любом случае оказывалось более приятным, нежели быть крестьянином или ремесленником. Подобная особенность существования классовых обществ может показаться странным, если рассматривать их в указанном контексте «игры». Ведь, как уже не раз говорилось, удача, как таковая – вещь крайне эфемерная. Количество «проигрышей» должно быть, как минимум, выше, нежели выигрышей. Однако это означает малую устойчивость классового общества, намного ниже, нежели на самом деле. Что же означает подобная ситуация? Что существует возможность «обуздания стохастики», сиречь возможности управления хаотическими процессами конкуренции? Или чего-то иное?

На самом деле, подавляющее число апологетов «разделенного мира» в том или ином смысле уверено в первом. В том, что пресловутая элита – это «люди иного склада», могущие делать то, чего не доступно другим. В самом крайнем варианте прямо говориться о сверхчеловеках, об «атлантах», на которых держится мир. Причем, подобные версии не являются особенностью нашего времени – как известно, древние цари практически все, поголовно, относились к «избранным богами». Некоторые же вообще объявлялись представителями божеств, т.е., субъектов, находящихся за пределами «наших» причинно-следственных связей. И хотя сейчас известно, что это реально не так – все цари и императоры со 100% уверенностью относились к роду человеческому (сторонников идей об «рептилоидах» надо прямо посылать подальше, как ненормальных) – но все равно, определенное благоговение перед «успешными» продолжает существовать. Но, может быть, оно имеет под собой некое основание? И, следовательно, отказ от классового разделения в реальности может привести к утрате одного из важнейших механизмов работы человеческого разума – от возможности пользоваться «стохастикой»?

Но, на самом деле, все намного проще. В самом начале уже говорилось, что человек, который открывает карты «без промаха» является либо пророком, либо шулером. Именно поэтому человек, который достаточно длительно участвует в игре, т.е., в полностью непредсказуемой сфере, без значительных потерь, может рассматриваться или как первый, или как второй. Но так как возможность существования ясновидящих у нас находится под вопросом – по крайней мере, существующее представление об устройстве мироздания не позволяют человеку «напрямую» видеть сквозь время – то вероятность того, что человек, подчинивший себе стохастику, на самом деле где-то мухлюет, оказывается на порядки большей. Именно это и является самым важным из всего, что мы должны знать об игре – поскольку оно касается каждого из нас. Но о том, какое шулерство совершают пресловутые игроки, будет сказано в следующей части…


Tags: история, классовое общество, теория инферно
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 67 comments