anlazz (anlazz) wrote,
anlazz
anlazz

Украинизация прогресса. В мире...

«Перемога» и «зрада», упомянутые в прошлой части, навели меня на мысль о том, как называть происходящие сейчас процессы в мире. Помогли новости из соседней страны, в которой нет так давно произошла известная «Революція гідності» - а точнее, вооруженный переворот, совершенный националистическими силами при содействии олигархов. Впрочем, обсуждать тут данное событие я не намерен, а хочу обратить внимание на тот воздействие, которое данный переворот принес в украинскую научно-техническую мысль. На самом деле, скачок, который совершила эта отрасль в постмайданное время, поистине велик. Ну что еще недавно (скажем, лет пять назад) было известно об украинской науке, или, хотя бы, технике. Разве что то, что Советский Союз оставил в данной стране огромную научную базу – Украина не только имела свою Академию Наук, но и выпускала значительную часть высокотехнологической продукции СССР. Причем, не только в «бытовом» плане – значительная часть ракетостроения, авиастроения, судостроения, электронной промышленности, включая предприятия ВПК, находилась именно тут.

Так вот, чем занимались все эти заводы и НИИ в течение десятков лет, было непонятным. Хотя чего там непонятного – тем же, чем и на всем постсоветском пространстве: руководство, прямо или косвенно, расхищало все, до чего могло дотянуться – от банальной сдачи оборудования на металлолом, до не менее банальных распилов всех выделяемых средств. Ну, а «рядовые работники» не менее банально пытались выжить на перепадающие им крохи. И только иногда, в очень благоприятных условиях, эти самые заводы и институты могли «выдавать» что-то полезное – в основном «перелицованные» советские образцы. Впрочем, и эти самые «образцы» имели, скорее, ритуальное значение – поскольку реальной потребности в высокотехнологичной продукции у украинской элиты не было. Реальные деньги делались в иных местах, а той потребности в обороне, что позволила хоть как-то выжить российскому ВПК, для Украины просто не существовало – всем было абсолютно понятным, что никто нападать на данную страну не будет не сейчас, не в будущем. (По причине ее абсолютной никому не нужности.)

Впрочем, это было «ДО» известных событий. «После» же ситуация изменилась совершенно противоположно. Наверное, если брать ситуацию с наукой и техникой в разных странах, то именно на Украине за кратчайший срок произошли колоссальные перемены. После Майдана эта страна буквально «взлетела в небеса» из унылого болота существования. Вначале появились известия о неких работах т.н. «волонтеров» - т.е., лиц, которые оказывались способными за короткое время создавать такие изделия, которые тот же российский ВПК мог разрабатывать годами. К примеру, революционные модели беспилотников, бронетехники и даже боевых роботов. (К сожалению, не огромных человекообразных.) Изображения и видеозаписи некоторых из подобных изделий даже попадали в Интернет, вызывая массу энтузиазма у сторонников свободы, а так же массу раздражения у «путинских рабов». Самые наглые из последних осмеливались даже заявлять о том, что на указанном уровне исполнения у «рыцарей света» нечего не получится. Что только унылые дедушки из советских КБ, знающие какие-то там нормы, технологии, формулы и типовые решения могут реально создавать боевую технику по бешеной цене – а из бытовых видеокамер, моторчиков от игрушек, стального листа (вместо какой-то там особой стали) и деревянных брусков ничего сделать не получится.

Но для настоящих сторонников рыночной свободы все эти совковые ГОСТы не указ. Правда, по какой-то странной причине, реальные военные действия на Украине ведутся с помощью более чем замшелой советской техники чуть ли не 1950 годов выпуска, а попытки создания чего-то нового, даже такого простого, как миномет, приводят к постоянным провалам. Но на самом деле, это все лишь происки агентов коварного Путина, что мешает невиданному инновационному взлету «Цеевропы». Потому, что вслед за волонтерами, новейшими разработками стали радовать уже «официальные лица». То новейшую программу развития флота примут, то Луну колонизировать собируться, то построят самый совершенный танк в мире, то какие-то там невиданные ракеты, по сравнению с которыми все российские разработки являются прошлым веком. В общем, какой-то фейерверк инноваций, по сравнению с которым российское Сколково кажется захудалой дырой. Правда, при этом старые советские предприятия и институты сокращают свою работу или вообще закрываются – но так им и надо, отбросам «совка». На самом деле, указанные сенсационные изделия создают ведь не они, а молодые, активные, евроориентированные граждане, для которых свобода лучше несвободы…

* * *

Впрочем, можно подумать, что все это написано с целью посмеяться над Украиной, и так находящейся в очень тяжелой ситуации. Но нет, смысл всего вышесказанного совершенно иной, и, по большей мере, относящийся к гораздо более фундаментальным вопросам, нежели проблемы одной небольшой страны. На самом деле, практически все вышесказанное можно почти полностью применить и к состоянию научно-технической мысли России. Собственно, единственная разница тут состоит в том, что тот процесс, который не шатко-не валко идет у нас в течении десятилетий постсоветского периода (и шел на Украине), после пресловутого «майдана» оказался ускоренным в разы. (Впрочем, это касается не только указанной темы – на самом деле, можно говорить об известном явлении «десоветизации», которое является «визитной карточкой» постСССР в течение последних десятилетий.) Именно в его рамках у нас, так же, как и у наших соседей, происходит постепенное замещение оставшихся еще с советских времен структур всевозможными «Сколково» - «новыми» технопарками, ориентированными на совершенно иные ценности.

Собственно, если бы не «майдан», то указанный процесс можно было бы назвать «сколкизацией» - по названию того самого технопарка. Но раз случилось то, что случилось – то «украинизация» будет самым подходящим тут словом. Смысл ее очевиден – а именно, он состоит в замене «старой» научной и технической мысли, ориентированной на практический результат, на «новую», ставящую во главу угла исключительно презентацию и рекламу. Причем, это явление стоит отделять от похожей внешне пропагандистской деятельности, известной с глубоких времен. На самом деле, разница тут фундаментальна: пропаганда всегда является внешним по отношению к любой деятельности. Даже в форме рекламы – до определенного момента – или государственной агитации. Нет, конечно, пропаганда могла раздувать малейшие достижения до небес, она могла даже придумывать их – но при всем этом никто не рассматривал пропаганду или рекламу, как инновационную деятельность, как таковую. Да, это был обман, была манипуляция – но в любом обмане, как правило, есть две стороны. Обманывающий и обманываемый. Жулик и лох. При этом всегда подразумевается, что жулик – в отличие от лоха – знает правду, и руководствуется ей. Отчего и находится всегда в выигрыше.

Современный же мир все больше смещается в совершенно иное состояние. В ситуацию, когда описываемая разница пропадает. Т.е., обманывающий чем дальше, тем меньше воспринимает свои действия, как обман. А надобность в отдельных органах пропаганды вообще исчезает. Точнее, они остаются, но лишь как дань прошлым представлениям, все более превращаясь в банальных проедателей затрачиваемых средств. Поскольку само производство инноваций давно уже превратилось в чистую и неприкрытую пропаганду вместе с рекламой «в одном флаконе». Наличие «специальных людей», которые обязаны из непонятных массам незначительных на первый взгляд достижений науки и техники делать яркие образы на потеху публике стало излишним. Поскольку подобный процесс происходит уже в процессе создания инноваций: те новации, которые не являют яркими и понятными, просто не имеют возможностей «пробиться» через «барьер понимания», отделяющих их от «лиц, принимающих решение». А значит, не важно, идет ли речь о ядерной физики, порошковой металлургии, кардиопротезировании, методах фотолитографии, системах управления ракетами или выращивании патиссонов – самым главным принципом становится «Show Must Go On». (Мне порой становится непонятным, как это вообще делается: скажем, предприятие занимается той же ракетной электроникой. Какое там может быть шоу? Как это вообще может выглядеть, если продукция представляет собой коробку, покрашенную молотковой эмалью, с разъемами на торце? Но, тем не менее, участвуют на выставках, фото показывают – там длинноногие девицы и все дела… )

Но, разумеется, те, кто может представить не коробку, пусть даже в обрамлении дамских ног, а что-то более искрометное, оказываются в выигрыше. Поэтому, как бы этого не хотелось, но среди инноваций происходит неизменный отбор в пользу наиболее «сенсационного», «не имеющего мировых аналогов», «уникального» и т.д. Тем более, что реальное изделие, как правило, предоставлять не надо – представить себе ЛПР, выезжающих на полигон из теплого офиса, невозможно. (Да и не нужно – поскольку сами по себе данные лица должны быть там, где делаются «реальные дела» - т.е., то, что на самом деле определяет их состояние.) Поэтому гораздо лучше выглядит всевозможная «медиапродукция» - картинки, презентации, видеоролики (желательно 3Д) и т.д. Можно и выступление поп-певцов заказать – будет еще лучше. Поэтому неудивительно, что чем дальше, тем больше с «непосредственного» аспекта научно-технический прогресс «смещается» на аспект медийный. Хвост реально начинает вилять собакой – а точнее, теряется всякая разница между «собакой» и «хвостом». Пиар перестает быть пиаром, и становится единственным смыслом любого действа.

* * *

Но это еще не конец, а только начало конца. Тут, как уже говорилось, еще сознается разница между придуманным и реальным, между презентацией и созданием. Но дальнейшее движение по этому пути (в Ад) неизбежно. Чем больше инноваторы становятся презентаторами, тем больше они начинают уделять внимание внешним аспектам своей работы, тем менее очевидным становится для них изначальная суть инноваций. А именно – «преодоление природы», поиск новых способов решения тех или иных задач. Зачем вообще нужна эта «природа», с нее денег не получишь – а без денег никакой презентации не будет. Поэтому нужно искать исключительно возможности выйти вперед в жесткой конкурентной борьбе с иными соискателями «титула инноватор». Собственно, это и есть настоящая работа, приносящая прибыль. А с природой пускай совки воюют – им денег не надо, им «боярышника» достаточно…

В итоге все – да, практически все – начинают верить, что та деятельность, которой они занимаются, и есть создание инноваций, как таковых. Что получение грантов – не важно, от «сколковского фонда», «от президента» или от неких международных организаций – и есть основной критерий, который отличает «настоящего инноватора» от ненастоящего. Впрочем, что тут говорить о каком-то там «Сколково», когда во всем мире «реальный рейтинг» «настоящего ученого» определяется тем, сколько его цитируют в «высокорейтинговых журналах». )Впрочем, то же самое относится не только к отдельным исследователям, но и научным центрам - и какой-то там заштатный американский вуз уже реально воспринимается «круче», нежели, к примеру, Московский Университет. Основной принцип тут один: не важно, кто и чем занимается, важно – кто и где публикуется…)

Рейтинги, рейтинги, рейтинги, рейтинги – заполняют все и вся, рейтинговые агентства оказываются единственными, кто реально определяет суть прогресса – и при этом, что самое смешное, наверное, самыми ориентированными на пиар организациями. В итоге в текущей реальности та самая «природа» не просто уходит на второй план – а вообще исчезает. Получается почти классический «симулякр». Почти – потому, что реальные причины его возникновения отличаются от таковых в привычной для нас концепции «симулякра». Но внешне все выглядит практически так в концепции Бодрийяра – разумеется, до поры, до времени. Если бы не это «до поры, до времени», то указанный момент можно было бы честно назвать «торжеством постмодерна». Но в реальности скрыться от реальности невозможно (такая вот тавтология), и значит, чем дальше, тем больше мы будем иметь дело с достаточно неожиданными эффектами. Да, по сути, уже сейчас имеем.

Впрочем, об этом надо говорить отдельно. Тут же, возвращаясь к выбранной теме, стоит указать на то, что единственным ограничителем от полного провала в «Матрицу» в настоящее время оказываются те остатки советского периода, которые еще не до конца «переломали» «десоветизаторы». Собственно, именно поэтому и можно говорить об «украинизации прогресса», а не об «эрэфизации». (Помимо всевозможных «сколковоподобных» технопарков в РФ остаются еще очаги «не додавленной» советской научно-технической мысли, те самые КБ и НИИ, что могут заниматься чем-то, кроме получения грантов. Хотя, если честно, эта самая зараза пробралась и сюда.) На самом деле, это сохранение указанных «элементов» СССР в РФ является не совсем случайным – как может показаться на первый взгляд – а выступает следствием очень фундаментальных механизмов, того самого «крота Истории» - но это, разумеется, будет уже совершенно иной разговор. Тут же, завершая тему, стоит отметить только то, что антисоветчина, как таковая, будучи безусловно инфернальным явлением, неизбежно разрушает сама себя – как бы не хотелось многим обратного.

* * *

На Украине подобное следствие, кстати, чем дальше – тем очевиднее становится (хотя прошло всего лишь два с половиной года оголтелой десоветизации). В РФ пока еще держится иллюзия того, что все идет так, как надо. (Хотя, при внимательном рассмотрении, суперкризис так же очевиден.) Во всем мире же подобное понимание придет довольно нескоро – хотя так же болезненно, как и на постсоветском пространстве. Вернее, еще болезненнее – мы еще застанем такой удар по самолюбию «белого человека», которого мир еще не видел. Но в данной теме «спойлерить» не буду – хотя, конечно, не удержусь, и напишу о том, что будет, где-нибудь отдельно…


Tags: Украина, наука, постсоветизм, развитие и деградация, теория инферно, футурология
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 43 comments