anlazz (anlazz) wrote,
anlazz
anlazz

К предыдущему - или об основной проблеме законности.

Прошлая часть - где был приведен «парадокс казнокрада» - поможет нам разобраться с основной проблемой «культа законности». А равно – выйти на понимание основ того «общества хронических неудач», в котором мы существуем сегодня. Но сначала давайте еще раз вернемся к указанному «парадоксу» - поскольку он касается не только казнокрадов, а вообще, всех «социальных паразитов». То есть, лиц, желающих жить за счет средств общества, ничего не давая ему взамен. Собственно, деструктивность подобного поведения довольно очевидна – и поэтому все общества, с самого начала своего существования, всегда занимаются тем, что всячески борются с применением подобных «стратегий». Поскольку те из них, что этого не делают, кончают обычно очень плохо. А точнее сказать, не только кончают, но вообще, «не начинают» - то есть, не могут выйти на более-менее приличный уровень сложности, пожираемые паразитами на этапе становления.

Все это давно известно – и поэтому указанная борьба закономерно считается одним из основных элементов социальной деятельности. А основывается она, в свою очередь, как раз на пресловутой  «законности» - особой социальной подсистеме, представляющей собой некий свод правил, обязательный для соблюдения всем членами общества.  Иначе говоря, законы выступают особой формой структурирования социума, должной блокировать появление опасных для него процессов – в том числе, и социального паразитизма. Впрочем, на самом деле законность нужна не только для этого – но в общественном сознании именно данная ее функция воспринимается, как основная. Можно даже сказать, что именно она «легализует» данную подсистему, заставляет граждан примиряться со всеми ее недостатками. (Поскольку опасность «социального паразитизма» является довольно очевидной – и прекрасно понимаемой большей частью человечества.)

Однако в реальности очень часто оказывается, что, несмотря на данную систему, количество паразитов не падает. А скорее, наоборот… Тут, конечно, можно было бы задуматься над эффективностью выбранного пути. Но увы, с точки зрения обыденного мышления, данная проблема может решаться только одним способом. А именно – через расширение и увеличение системы законности, через идею превращения ее некую «суперзаконность», определяющую все и вся. Подобная концепция довольно древняя, и неоднократно предлагалась мыслителями самых разных веков. Правда, в наша время «суперзаконность» может столкнуться с другой популярной концепцией – идеей «тоталитарного общества». То есть, общества «абсолютного угнетения». Но, во-первых, последняя – все-таки, довольно новое явление, возникшее в послевоенное время. До этого «тоталитаризма» никто не боялся. А главное -  в реальности основной проблемой «законности» и «суперзаконности» выступает вовсе не мифический «тоталитаризм»…

* * *

Главной проблемой тут становится та самая положительная обратная связь, о которой говорилось в прошлой части. То есть, базовая закономерность социальных систем, состоящая в том, что чем больше нарушается закон, тем меньше становится вероятность для его нарушителя получить заслуженное наказание. Впрочем, подобную особенность заметили так же очень давно. Еще в те времена, когда мелкому воришке, укравшему шиллинг, грозила виселица, а крупные казнокрады могли ее увидеть только в окно своей кареты. (Правда, для них существовала иная реальная опасность попасть в руки палача – это проиграть в конкурентной борьбе. Но тут хоть будь сто раз праведником и бессеребренником, раздавшим все свое состояние нищим – это ничего не изменит.) Поэтому известная максима: «укради буханку хлеба – попадешь в тюрьму, укради миллиард – станешь депутатом» - является универсальной и присущей практически всем известным государствам и народам. Да, реализуется она в разные времена по-разному: когда-то можно было просто подкупить судью, а теперь приходится пользоваться более хитроумными механизмами. (Вроде пресловутых «благотворительных фондов». Интересно, существует ли в мире хоть один «благотворительный фонд», используемый для чего-нибудь, кроме финансовых махинаций?)

Но в любом случае главным остается одно: любой преступник есть человек, который стремиться получить от общества некоторые ресурсы, ничего не давая взамен. Поэтому не стоит удивляться, что субъект, выбравший данный путь, оказывается гораздо более свободным и успешным по сравнению с теми, кто предпочитает честно зарабатывать себе на хлеб. А значит, он всегда может использовать имеющуюся «свободную энергию» для эффективного улучшения своих действий. Можно даже сказать – да почему можно, нужно – что социальный паразит, по определению, более свободен, нежели честный труженик. Даже мелкий воришка – и тот: ведь ему не надо вкалывать целый день, подчиняясь сложному ритму трудового процесса. Как говорил известный герой фильма – «Романтика! Украл, выпил – в тюрьму!». И ведь это не иносказание – а реальное описание процесса…  А что же говорить о ворах крупных, о тех, кто ворует миллионами? Их свобода на несколько порядков выше свободы обычного человека, а возможности практически безграничны...

Так что же может помешать этим людям успешно использовать свою «свободную энергию» в плане успешного противодействия любому правоохранительному механизму? В итоге, все попытки общества поставить им запрет, неизбежно приводят к провалу: это для обывателя сложная система законодательства кажется непреодолимой - поскольку он 99% своего времени и сил тратит на работу. А для мошенника, жулика или вора любые законы выступают лишь  временными препятствиями, которые можно обойти – при определенных затратах, разумеется. Но эти затраты для жулика – как инвестиции для «нормального» бизнесмена. Ведь если последний решит - по какой-то фантастической причине - работать честно, то для него естественным будет вкладывать полученную прибыль в станки и иное оборудование. Поскольку это в будущем может дать еще больше прибыли. Так же и для жулика естественным будет потраться, скажем, на хороших юристов, позволяющих разработать хитроумную схему вывода денег в оффшор, на подкуп (а точнее, на «вовлечение в работу») лиц, призванных бороться с подобными схемами, ну и вообще, на любые способы, позволяющие успешно «перегонять» государственные деньги в частный карман. Надеяться, что какой-то закон сможет помешать ему это сделать, так же глупо, как думать, что знак ограничения скорости способен остановить сынка богатых родителей от желания погонять...

* * *

В общем, можно сказать, что в указанном соревновании законодательства и воровства последнее всегда будет иметь «фору». Кстати, при этом следует учитывать еще один отрицательный эффект. А именно – то, что с законами имеют дело и те самые «обычные граждане», о которых говорилось выше. Да, их столкновение с данной областью является на порядок более редким, нежели у социальных паразитов  (по крайней мере, до определенного времени). Но ведь и сил со средствами у них намного меньше – поскольку, как было сказано, они тратят их на полезную работу. А значит, те проблемы, что у паразитов вызывают лишь усмешку, для нормальных людей могут выглядеть весьма неприятно. Это, например, можно увидеть в т.н. «антинаркотической борьбе», в результате которой распостранители наркотиков прекрасно себя чувствуют, а обычные люди испытывают проблемы с приобретением нужных лекарств. Или, к примеру, разного рода борьба с «отмыванием средств» - которая самим «отмывателям», похоже, вообще до лампочки. Да и вообще, чем «мощнее» и запутаннее становится законодательство, тем больше «достается» от него законопослушным. И – меньше тем, против кого все это делается.

Таким образом, надежда на то, что некая идеальная система законов сможет ограничить явление социального паразитизма, оказывается мнимой. В конечном итоге, вся эта сложнейшая система в лучшем случае способствует отсечению «мелочи» - то есть, самых мелких и слабых из паразитов. Что, конечно, лучше, нежели нечего – но при этом абсолютно не решает поставленную задачу. Поэтому в плане «подстройки» под существующее законодательство как раз паразиты получают однозначное преимущество. В конечном же итоге, как можно увидеть на многочисленных исторических примерах, они оказываются настолько могущественны, что сами начинают определять законы страны. Это период, как правило, называется «разложением» или «закатом», и предшествует грядущему разрушению социума. В этом состоянии часто можно увидеть одновременное существование крайне разветвленной системы законодательства, в совокупности с огромным числом надзирающих и контролирующих органов. И не меньшую систему разнообразного воровства и мошенничества, а равно – и иных способов обогащения отдельных граждан за общий счет. При этом обе системы не только не мешают друг другу, но, скорее, помогают – имеется в виду тот момент, что котроллеры и надзиратели, если сами не занимаются указанными действиями, то в значительной мере, работают на них, помогая перекладывать казенные средства в личные карманы. (И охраняя эти карманы от обычных граждан.)

* * *

Все это вызывает закономерный вопрос: так есть ли вообще способ защититься от паразитов? Или они неискоренимы, как вид. На самом деле, тут можно ответить: и да, и нет! (То есть, ситуация полностью диалектична.) «Нет» - потому, как было указано выше, вряд ли возможно полностью закрыть все «лазейки» для субъекта, по умолчанию обладающего высокой социальной свободой и имеющего «свободную энергию». То есть, любая работа с «законностью» оказывается бесполезной. Однако можно ответить и «да» - поскольку все-таки существует возможность  паразитов победить. Но она будет разобрана отдельно несколько позднее. Тут по этому поводу можно только отметить, что решать указанную проблему можно только одним способом – способом «динамического реагирования» на попытки прикарманить общие блага. То есть, о необходимости «инсталлирования» в каждый элемент социума механизма борьбы с указанным паразитизмом, делающий данную борьбу, во многом, «автоматической» и динамической.

 Такая борьба становится паразитам не по зубам – поскольку в данном случае количество ресурсов на нее оказывается сравнимым с общим числом общественных ресурсов. Т.е., паразит лишается самой возможности обрести «могущество», превосходящее «могущество» противостоящей ему силы. Но, понятное дело, к законности, как таковой, эта ситуация оказывается имеющей крайне отдаленное отношение. Поскольку тут, вместо четко установленной и «выделенной» системы законов, главным оказывается указанный. Ну, и заодно, вместо особых «органов», занятых «антипаразитической борьбой»,  в данной модели этим делом занимается все  все общество. Которое не подкупишь и не запугаешь! Впрочем, об этом, а равно, как и  о многом другом, будет сказано несколько позднее…

(Хотя «проспойлерю»: тут описано явление, которой можно обобщенно назвать Советской властью. Правда – с выходом за пределы собственно, Советов, да и государства, как такового.)



Tags: капитализм, классовое общество, прикладная мифология, теория инферно
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 33 comments