anlazz (anlazz) wrote,
anlazz
anlazz

В завершении "чудиновской темы".

Итак, наконец-то мы переходим к самому главному. А именно – к вопросу о том, что же реально стоит за «культом законности»? И почему, собственно, мы должны рассматривать это, как деструктивное явление? Ведь декларируемая цель законности, как известно, однозначно благая – она состоит в борьбе с социальными паразитами разного рода. (Так, по крайней мере, публично объявляется.) Так что, казалось, ничего плохого в этом нет. Однако, как все то, что «производится» на основании антисоветизма – а «культ законности», как уже было сказано, является одним из элементов антисоветской идеологии – это самое явление имеет «двойное дно». А именно – некую деструктивную основу, скрывающуюся за внешне благородной цель. Есть она и у указанного «культа». В прошлой части мы уже несколько затронули ее, когда вели речь о проблемах, связанных с реализацией главной функции законности. (Пока еще законности, а не ее культа.) Эта проблема связана с тем, что разного рода преступники – социальные паразиты - как правило, обладают избыточной социальной энергией для того, чтобы успешно обходить поставленные против них ограничения.

В результате барьеры, кажущиеся непреодолимыми – и являющиеся таковыми для законопослушных граждан – рано или поздно ими все равно обходятся. А затем - и начинают использоваться в качестве инструмента для перекачки общих средства в частный карман. Так было в древности, так продолжает быть и сейчас, когда изощренное и дорогое антикоррупционное законодательство непременно соседствует со столь же сложными и «дорогими» методами коррупции. Причем, не только в России – в США, Европе или Азии коррупционеры чувствуют себя не менее вольготно. Поэтому чем дальше, тем больше становится понятным, что вряд стоит надеяться на то, что будет выстроена такая идеальная законодательная система, которая позволит обществу одним махом избавиться от явления социального паразитизма. А раз так – то вряд ли данное явление имеет право возводиться в культ.

* * *

Но раз «культ законности» существует, то значит, он кому-то нужен. Точнее – выглядит нужным. Причина подобного явления проста. Дело в том, что для большей части людей указанное выше явление – а именно, возможность социальными паразитами обхода любых законодательных барьеров – является неочевидным. Более того, для обыденного мышления нормальным является обратная трактовка ситуации – а именно, указанный момент торжества паразитов неизменно связывается с тем, что законодательная система имеет слишком малую «мощность», что она слишком несовершенна. Эта уверенность приводит к мысли о том, что ее следует усложнить и увеличить, а так же, ужесточить. Именно отсюда проистекает популярная идея о необходимости смертной казни, как действенного инструмента ограничения преступности (вопреки всем существующим примерам, доказывающим обратное), а равно – идея придания максимальной власти судебным органам.

Именно такая «судебная утопия» и показана в «Победителях». Император там выступает, прежде всего, в качестве главы судебной власти, обеспечивая т.н. «верховенство закона». Что, на самом деле, является не чем иным, как переложением популярной лет двадцать назад концепции «диктатуры закона». Если кто помнит, то она очень популярна была во времена Ельцина – в период господствовавшего тогда правового нигилизма считалось общепринятым, что именно в этом направлении следует «работать» для уничтожения повсеместного торжества паразитов. Собственно, и нынешнего главу России поддерживали, во многом, как раз потому, что видели в нем идеального исполнителя «диктатуры законов». При этом о том, что законодательство может быть заточено исключительно на паразитизм, по какой-то причине не задумывались.

Впрочем, как раз в этой самой «какой-то причине» и заключен самый «сок», самая суть ситуации. Дело в том, что постсоветские люди, реально живущие в «лихих 1990», среди бандитов и мошенников, в рамках общественного сознания продолжали оставаться в периоде «позднего СССР». Да, кругом творились непонятные дела - кого-то взрывали, в кого-то стреляли у подъезда собственного дома, где-то лупили из установок «Град» по еще недавно мирным поселкам. В Сибири и на Дальнем Востоке отключали от отопления целые города, а подавляющая часть населения страны выживала лишь благодаря собственным огородам. Но все это казалось, было лишь временным явлением, лишь некоторым отклонением от «нормы», существующей в сознании людей. Недаром именно тогда зародились, и получила широкое распространение т.н. «русская имперская утопия». Причем, путь «превращения в империю» мог быть различным – это и приход к власти некоей «идеальной силы», как правило, персонифицирующейся в военных или представителях спецслужб. Или же данная утопия, как и уже не раз помянутые «Победители», прямо отсылала к отказу от советского периода, представляя историю будущей Империи, как прямое преемство с Империей Российской.

* * *

Главным тут было одно. А именно – представление об обществе, как о полностью завершенной системе. Как об акме, которое настолько совершенно, что любое отклонение от него есть зло. (Кстати, эта уверенность в возможности достижения указанного состояния у антисоветчиков настолько велика, что они и коммунизм – являющийся для них враждебным явлением – все равно воспринимают подобным образом. И на основании этого задают коммунистам кажущийся каверзным вопрос: а чем при этом обществе вообще будет заниматься человек?) В этом смысле, сословная монархия – а большая часть «идеальных обществ», формируемых антисоветчиками, относится именно к данной категории – оказывается самым подходящим строем. Собственно, эта самая монархия и ранее обосновывалась подобным образом: так как «земное общество» виделось всего лишь, как переложение «небесных» порядков на Землю, а значит, любое его изменение выглядело, как посягательство на «божественную гармонию». Правда, для современных моделей подобного рода используется иное обоснование – но сути это не меняет. Равно как не меняет ее и использование иных названий – вплоть до «социализма» - поскольку реально основа данного общества остается той же самой: это общество людей, разделенных по неким «качествам», причем, более «качественные» получают больше и власти, и ресурсов.

Собственно, вот тут-то мы и подошли к ключу от многих современных проблем. К идее «статичного мира», который является неизменной частью антисоветского общественного сознания. Впрочем, это гораздо более широкое явление, выходящее за пределы привычного «антисоветского ареала», охватывающее большую часть «цивилизованного мира». Но именно на постсоветском пространстве оно достигает своей максимальной «мощи», полностью вытесняя все остальные виды миропредставления. Собственно, сюда относятся все разновидности «местных» политических программ - начиная с пресловутых «духовных скреп», и заканчивая либеральной утопией про «атлантов, которые расправляют плечи». Сюда же можно отнести все разновидности националистических моделей мира. А так же, как это не странно прозвучит, т.н. «поп-сталинизм» - некую фантазию на «сталинскую тему» - с высотками, спортсменками и мундирами. (Но без базовых принципов социализма) Поскольку объединяет все данные концепции одно – то, что все они являются исключительно статичными и неизменными, возникающими из «ниоткуда» по желанию создателей. (Но иначе быть просто не может – поскольку никаких реальных предпосылок для возникновения данных обществ в настоящей реальности просто не существует.)

Именно для социосистем подобного рода оказывается актуальным «культ законности», поскольку в них просто запрещается образование разобранных ранее положительных обратных связей, и, как следствие, неизбежное превосходства «социальных паразитов». Более того, в данных моделях вообще никаких обратных связей быть не может по определению – ни положительных, ни отрицательных. Поскольку эти самые миры возникают исключительно по воле некоего Творца – кстати, не обязательно «небесного». (К примеру, как уже было сказано выше, в т.н. «имперской фантастике» популярным является сюжет, в котором «новый порядок» устанавливается неким «великим героем» или группой героев, происходящих из спецслужб или армии. К реальным военным, а уж тем более, «службистам», эти самые образы, как можно легко понять, имеют самое отдаленное отношение.) То есть, это абсолютно «волюнтаристические миры», миры, подчиняющиеся некоей «благой воле», а так же, противостоящие воле «злой».

* * *

То есть, речь идет о чистейшей метафизике, восходящей к мировой борьбе добра и зла. (Кстати, тут можно упомянуть и о самом популярном «метафизике» в современном постсоветском мире – С.Е Кургиняне. Он тоже плоть от плоти антисоветской идеологии, несмотря даже на то, что постоянно пытается от нее отмежеваться.) Эта самая метафизика в совокупности с волюнтаризмом и представляет собой тот самый «код апокалипсиса», ту самую основу современных неудач – в противовес советской всепобеждающей диалектике, которая позволила СССР в свое время выжить и развиться в самых, что ни на есть тяжелых условиях. Но одновременно именно эта самая диалектика, по сути, и породила указанную выше метафизику. (Такая вот диалектика, простите за невольный каламбур.) Да, как не странно это звучит, наша «неудачливая» современность представляет собой не что иное, как следствие удивительного успеха человека «Золотого века» - периода максимального расцвета цивилизации.

Ведь именно тогда было создано главное условие для зарождения вышеприведенного мировоззрения – стабильная среда. И пресловутый образ «статичного мира» происходит именно оттуда, из недавнего прошлого. Даже широко известная концепция «России, которую мы потеряли», на самом деле, отсылает вовсе не к XIX веку, и даже не в начало века XX. А к гораздо более позднему времени – к тому моменту когда в обществе уже были побеждены основные проблемы традиционного общества – начиная с эпидемий и заканчивая голодом – но еще сохранялись развитые элементы Традиции. (Вроде многодетных семей, уважения к старшим и т.п.) Понятно, что это состояние не было стабильным – оно просто не могло быть стабильным по определению – но в краткий миг своего существования (1950-1960 годы) эта самая «советская традиция» выглядела довольно привлекательно. То же самое можно сказать и про остальные «модели статичного общества». Их реальный генезис в той или иной форме связан с довольно кратким периодом – периодом между остановкой развития социализма, и его гибелью. И всевозможные «сословные монархии» на самом деле представляют собой всего лишь вариацию на тему советских представлений «о том, как это могло быть раньше». Основанные на фильмах про Наташу Ростову (обобщенно, поскольку сюда входит и поручик Ржевский из «Гусарской баллады») и книгах «про мушкетеров» (так же обобщенных). А главное – на уверенности в том, что существующий «порядок» эпохи Застоя и есть пример исконных, примордиальных отношений между людьми.

Хотя на самом деле это – очень краткий, и очень специфический момент человеческой истории, вероятность повторения которого равна нулю. (Впрочем, указанные представления несколько перекликается с более ранними моделями подобного толка, имеющими совершенно иную природу. Но именно перекликается, а не совпадают, и, не в коем случае, не порождаются ими.) Но не стоит отчаиваться – как известно, отрицательный результат эксперимента так же является результатом. Поскольку он позволяет отбрасывать неработающие гипотезы – и тем облегчить поиск нового. А значит, появление в модели подобного «статичного», метафизического общества является хорошим маркером, показывающим ошибку в рассуждении. То есть, везде, где «вылезают» те или иные виды «сословных монархий» - там обязательно будет кардинальное несоответствие реальности. (Имеются в виду, разумеется, сословные монархии «современного вида», с танками и самолетами, столь популярные в «русской фантастике». Исторические примеры сословного общества, разумеется, вполне реальны – вот только жить в них вряд ли кто согласится. Даже в роли высших сословий.)

* * *

А поиск оптимальных решений для современного общества и его проблем стоит вести, разумеется, в совершенно ином направлении. Впрочем, вопрос о том, в каком и как – это тема отдельного разговора…


Tags: капитализм, постсоветизм, прикладная мифология, теория инферно, фантастика
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 97 comments