January 10th, 2018

О важности «исторического оптимизма» и его роли в жизни людей. Часть третья

Итак, биологическая эволюция развивается в направлении повышения адаптивности организма к изменениям окружающей среды. Только и всего. Но именно это, в конечном итоге, приводит к появлению явления, которое мы привычно называем разумом. То есть – особого способа взаимодействия с этой самой средой, состоящем в том, что будущие действия организма вначале моделируются в некоей виртуальной модели реальности, выстраиваемой в человеческом сознании. И лишь потом реализуются в «физическом пространстве». Подобный метод взаимодействия именуется труд, и является первым базовым свойством разума, как такового. Из этого первого базового свойства, впрочем, вытекает и второе – а именно, тот факт, что развития «виртуализации» окружающего мира в конечном итоге позволяет перейти от индивидуальных моделей (т.е., существующих в отдельно взятой голове) к моделям «многопользовательским». Т.е., охватывающим некоторое множество разумных существ, соединенных общей системой коммуникации. Причем, первоначально даже невербальной. (Характерным примером подобного можно назвать пресловутые «ритуальные танцы» первобытных племен, на самом деле выступающие моделью будущей охоты – и приводящие к отработке слаженных коллективных действий.)

То есть, существование человека с самого начала оказывается неразрывно связано не просто с трудом, а трудом коллективным. Именно этот метод взаимодействия с миром и делает его, по сути, «царем природы», позволивший данному, биологически довольно слабому, виду занять самый верхний этаж пищевой пирамиды, проникнуть практически во все экологические ниши (вплоть до циркумполярных) и увеличить продолжительность жизни в разы относительно «экологической нормы». (А численность – вообще, на порядки.) Поэтому можно сказать, что человек, по сути, и есть коллективный труд – а коллективный труд и есть человек. И совершенно естественно, что отсюда вытекает теснейшая связь жизни подобного существа и способа его коллективной организации. То есть – первичность социальности в человеческой жизни.

* * *

Однако подобная особенность – согласно диалектичности нашего мира – порождает не только огромные возможности. Она же ведет и к противоположному – к тому, что человек начинает испытывать помимо страданий «природных» (т.е., связанных с его принадлежностью к биологическому миру) еще и страдания социальные. Возникающие от необходимости тесной интеграции в систему описанного общего труда. Дело в том, что биологически homo sapiens – как можно легко догадаться – вряд ли может рассматриваться, как существо, оптимизированное под коллективные действия. «Естественная» социальность приматов, в целом, не очень велика – и за пределы нехитрых действий по совместному продолжению рода обыкновенно не выходит. (Тут даже многие хищные млекопитающие, с их методами коллективной охоты, оказываются более развитыми.) В результате чего, вытекающее из подобной особенности противоречие приводит к необходимости полного подавления всех «естественных» моделей поведения. То есть, пресловутых «инстинктов» - которые, разумеется, формально не инстинкты, но именуются именно так – которые заменяются на некоторые «искусственные» практики. (Те самые тотемы и табу, а так же на иные элементы мифологии.) Надо ли понимать, что это так же приводит к росту Инферно – на этот раз «психологического». (Который, впрочем, ниже, нежели уменьшение Инферно биологического.)

Впрочем, это все еще ничего по сравнению с главным источником страданий, связанных со взрывным ростом разделения труда, приводящего в конечном итоге к возникновению классового общества. Одно обращение человека в раба - instrumentum vocale – чего стоит!Collapse )