March 13th, 2018

Судьба "Русского Мира"

Понятие «Русский Мир» вошло в нашу жизнь где-то в начале 2000 годов, ну, может, чуть раньше. Разумеется, это не значит, что до этого оно было неизвестно – в качестве исторического феномена этот самый «мipъ» существовал еще с дореволюционных времен. Само появление понятия связывается с деятельностью славянофилов и вызванного ими определенного славянофильского течения во власти. (Изобретение данного конструкта приписывается чуть ли не графу Уварову –  тому самому, который придумал «православие, самодержавие, народность».) Собственно, именно из того времени  происходит и само словосочетание, в свою очередь, являющееся калькой с известного «Pax Romana». (Исторический период в жизни Римской Империи где-то со времен Октавиана Августа и до Марка Аврелия, в который указанное государство достигало максимального могущества, полностью определяя жизнь Средиземноморья.) Данное время настолько контрастировало с тем, что было «потом», что возникающие впоследствии империи неизбежно сравнивали себя с «Великим Римом».

Так появилось, например, «Pax Britanica» - аллегорическое изображение Британской Империи, как некоего идеального «мира народов», в котором индус радостно сосуществует вместе с ирландцем. (Хотя в реальности и те, и другие от Империи видели только усиление гнета.) После Франко-Прусской войны и на фоне эйфории от объединения немецких княжеств во Второй Рейх появился и «Pax Germanica» - переосмысление немецкого единства в духе указанного выше «Pax Britanica». Правда, в отличие от последнего, включавшего реально объединенные единым государством народы, германский «Pax» представлял собой, скорее, концепцию будущего «немецкоговорящего единства». И, прежде всего, единства Второго Рейха с Австрией. (Правда, тут была проблема с австрийцами, особо не желавшими превратиться во «второй номер».)

* * *

Собственно, чем-то подобным стал и «Русский мир», придуманный в рамках той же «римскоцентричной» (даже для славянофилов) концепции. Впрочем,  он очень быстро трансформировался в «Мир славянский». То есть – в гипотетическое объединение всех славян «под скипетром Русского царя». Однако практическая реализация «Pax Slavia» не заладилась: освобождение Восточной Европы от турецкого владычества, на которое возлагались такие надежды, в реальности привело к совершенно иным последствиям, нежели ожидалось. В том смысле, что славянские народы, получив свободу, тот час же употребили ее на начавшуюся грызню между собой, с выяснением, кто на что имеет законные права. Закончилось все печально: болгары, например, российскому скипетру предпочли немецкий – в виде династии Гогенцоллернов. (И, соответственно, обе Мировых войны воевали против России.) Сербы, правда, оказались верны первоначальному выбору – однако, будучи убежденными в том, что они есть самые «славянистые славяне», они переругались со всеми остальными славянами. Результат этого так же был крайне печальным. В общем, Балканы очень быстро превратились в «пороховую бочку Европы».

Поэтому указанную концепцию потихоньку свернули – хотя идея объединения славян сохраняла определенную привлекательность до самого конца Российской Империи. Однако чем дальше – тем актуальнее для последней становилось встраивание в формирующуюся «европейскую экономическую систему»Collapse )