?

Log in

No account? Create an account

anlazz

В действительности всё не так, как на самом деле

Продолжение разговора о системе Макаренко. Часть вторая
anlazz
Итак, Макаренко в рамках своей педагогической трудовой системы смог решить одну из сложнейших проблем педагогики. А именно – проблему мотивации. В том смысле, что указанная модель объединения воспитанников вокруг совместного производства оказалась способной объединить совершенно разнородных людей в качестве членов единой команды. Команды, «заточенной» не просто на существование – а на результат. На решение поставленных задач. Эта самая инновация, кстати, оказалась неожиданной для самого Антона Семеновича – который, как гуманист, разумеется, ждал чего-то подобного, однако как конкретно будет реализовываться данная особенность, разумеется, не предполагал. Поэтому начальный этап строительства того социума, который впоследствии стал «колонией имени Горького» производил практически вслепую - зная только направление движения.

За подробностями, впрочем, отсылаю к «Педагогической поэме» - прекрасному произведению, показывающему, как из, казалось бы, абсолютно «неподходящих» к коммунистическому обществу людей (и воспитанников, и педагогов) – выстраивается эта самая система. Кстати, забавно – но с педагогами-коммунистами у Макаренко не сложилось. В том смысле, что последние были в стране настолько редкими, что шансов на попадание их в данную организацию практически не было. В итоге большая часть педагогического коллектива формировалась буквально «с миру по нитке» - в том смысле, что попадали сюда самые различные люди, вплоть до украинского националиста. Однако значительная часть их тем же парадоксальным образом «перестраивалась» под имеющиеся условия. То есть, еще раз стоит сказать, что в указанном эксперименте было показано, что это не «особые», «коммунистически пригодные» личности должны строить неотчужденное общества - а, напротив, именно в подобном обществе возникают условия для проявления практически каждым человеком своих высших качеств.

* * *

Подобное понимание – то есть, осознание того, что любой человек может не просто выбирать между деструктивным и конструктивным поведением, а, скорее, выберет именно конструктивное – противоречит общепринятому представлению о «сладости греха». И хотя понятие «грех» в своем первоначальном представлении давно уже ушло в прошлое, указанная максима до сих пор остается актуальной – в том смысле, что до сих пор считается, что деструктивное поведение человека на порядок более вероятно. Впрочем, это интуитивное утверждение, в общем-то, кажется верным и логически: ведь при деструкции однозначно затрачивается меньше средств и потенциально можно больше приобрести благ. (Скажем: украсть много проще, нежели заработать.) Однако Макаренко показал, что указанная очевидность является ложной – в том смысле, что в его коммунах подавляющая часть «элементов с уголовным прошлым» в конечном итоге приходила к честному труду. И, как показывает история с «первыми учениками» - до самого конца жизни оказывалась верна этому выбору.

Причем, что интересно, никаких инструментов насилия Макаренко не применял – выход из коммун всегда оставался свободным. (Вначале можно было вообще уйти, «куда глаза глядят» - то есть, в тот самый уголовный мир. Но даже в более позднее время – когда беспризорность в стране была ликвидирована – оставалась возможность перехода в другой, «обычный» детский дом.) В подобной ситуации было бы очевидным наблюдать высокую «текучку» воспитанников даже при условии, что в самой колонии деструкцию удавалось бы подавлять. Однако на деле ситуация оказывалась обратной – редких «неподдающихся деструкторов» приходилось буквально «изгонять» вовне. (Что было связано, кстати, исключительно с бедностью и дефицитом ресурсов – при котором слишком долгий переход к конструктивному поведению оказывался критичным для всей системы. При более обеспеченных условиях, понятное дело, процент «изгнанников» был бы еще меньше – стремясь к нулю.)

Подобная картина прекрасно показывала, что реально для каждого разумного человека характерно именно стремление к созиданию, к трудовому преобразованию действительности – а «внешней», навязанной ему является именно деструктивность. Особенно характерно это выразилось в процессе «преобразования» Куряжской колонии – до слияния с колонией имени Горького находящейся в состоянии крайнего развала и господства полууголовных моделей поведенияRead more...Collapse )