July 6th, 2018

СССР и "возвращение чудесного"

Прошлый пост, посвященный женским типам в советской фантастике многим может показаться слишком отвлеченным от реальных проблем. Ну, в самом деле, какая разница в том, кто где снимался и кого когда считали идеалом – особенно, если речь идет о далеком прошлом. Однако это не так – в том смысле, что в нашем диалектическом мире все связано со всем, и в каждой капле воды действительно можно увидеть океанские волны. Вот и в указанном случае – описанная смена «трудового идеала» 1950 годов на «волшебный», «божественный» идеал конца 1970-1980 годов в той же фантастике совершенно очевидно намекает на реальные проблемы в советском обществе. Кстати, это касается не только «женских персонажей» - количество «чудесного» в советском общественном сознании указанного периода увеличивалось по всем направлениям. Причем, не только и не столько в «количественном» плане (скажем, через увеличение произведений, имевших в своей основе «магические» элементы)– сколько в плане качественном.

То есть, в том смысле, что если до этого «чудесное» могло относится или к четко определяемой фольклорно-эпической области: детским сказкам, былинам, легендам – или же использоваться в пресловутом «ироническо-условном» плане, как в том же «Понедельнике» Стругацких, то теперь все чаще происходил «прорыв» его в текущую реальность. В качестве примера тут символична та трансформация, что произошла с «чудесным» из упомянутого «Понедельника» в процессе превращения последнего в фильм «Чародей». Когда из очевидного эвфемизма науки – «маги» Стругацких есть ученые, владеющие колоссальными силами, однако за пределами своей профессиональной деятельности живущие «обычной» жизнью – оно превратилось в способ решения обыденных проблем. (Махнула Шемаханская волшебной палочкой – и превратила пустой холл в банкетный зал.) Что как раз для «исходника» выглядит моветоном – там люди, способные «превращать воду в вино» и вообще, творить дела мирового масштаба, занимают друг у друга «червонец до получки».

Подобное изменение, разумеется, было не случайно – и связано оно, разумеется, было с тем, что происходило в окружающей реальности. А в ней – как это не странно прозвучит – так же чем дальше, чем большее значение начинало приобретать «чудесное». Точнее то, что может быть названо таковым, соответствуя определению «чуда» в бытовом плане – как обозначение получения некоего результата без особых трудовых затрат. Ведь как это делается в сказках: махнула фея волшебной палочкой – и возникла из ничего карета, замок или еще что-то подобное. Разумеется, это упрощение, характерное для Нового, а то и Новейшего времени – до этого магия представляла собой более сложное явление, связанное с особенностями господствующей картины мира. (Кстати, так же не случайное – о чем сказано будет ниже.) Однако нам интересна именно подобная концепция «чуда», поскольку именно она характерна для общественного сознания позднесоветского и постсоветского человека.

* * *

Разумеется, генезис указанного явления был абсолютно материалистический – и связан был с тем, что чем дальше, тем большее число благ действительно можно было приобрести совершенно «бесплатно».
(Т.е., без вложения сил.) Разумеется, речь идет о т.н. «Серой зоне» - то есть, области негласных отношений, связанных с распределением благ: «дефицитом», «блатом» и т.д. В этой самой «зоне» действительно могло показаться, что законы сохранения не работают – чтобы получить что-либо не нужно было надрываться, тратить силы и время на работу. Достаточно было чудесным образом получить нужные «связи», знакомства – когда один телефонный звонок значил больше, нежели годы напряженного труда. Практически классическое волшебство: произнес заклинание «я от Ивана Петровича» - и, как на скатерти-самобранке, возникали самые различные «дефициты». (Кстати, в «Чародеях» подобная тема обыгрывалась прямо.) Впрочем, «дефицит» можно было получить и чисто случайно – попав на момент, когда его «выбрасывали», а вот честно заработать на него было, разумеется, нельзя…

Кстати, подобный момент генезиса «чудесного» парадоксальным образом перекликается с генезисом «чудесного» в историческом плане. Которое – имеется в виду, в бытовом представлении, как те самые сказочные маги-феи – имеет прямое отношение к развитию товарно-денежных отношений и, в первую очередь, кредитно-ростовщической системы.Collapse )