July 26th, 2018

Еще о динамике классовых обществ. Часть четвертая

Итак, разберем вопрос о поражении Революции, а точнее – о том, почему это поражение скорее кажущееся, нежели реальное. На самом деле это действительно неочевидно – скажем я до относительно недавнего времени был уверен в том, что «история коммунизма» закончилась в 1991 году. И, разумеется, был не одинок в подобном – скорее наоборот, указанное мнение до сих пор остается господствующим. Однако события, произошедшие за последние десять лет, эту уверенность разрушили полностью. Более того, они показали ошибочность вообще всех представлений, которые соответствовали условному «1991 году» - не ограничиваясь, кстати, одним социально-политическим контекстом. (Вообще, ИМХО, 1991 год можно рассматривать, как эталон всеобщего непонимания – начиная с психологии и заканчивая технологией.) Впрочем, понимание того, что идеи и концепции, созданные на границе последних десятилетий XX века, представляют собой некую разновидность бреда, стало понятно еще раньше – где-то с конца 1990 годов, и последние десять лет лишь дали видимые доказательства для этого.

Но пойду по порядку. И вначале всего позволю себе высказать одну из самых парадоксальных мыслей, которую только можно сказать по заданной теме. А именно: то, что в реальности гибель СССР не означает не только полного поражения Революции 1917 года – но даже является неким элементом ее развития. (О чем, впрочем, будет сказано отдельно.) Причем, вовсе не в популярной у ряда левых трактовке, гласящей о том, что в указанной стране не было социализма, а было что-то иное. (Тут обычно приводится целый спектр идей о том, чем же был СССР – начиная с госкапитализма и заканчивая загадочным «политаризмом».) Как раз нет – дело именно в том, что в СССР был социализм. Причем, не просто социализм, но социализм в полностью марксистском представлении – как первая стадия коммунизма. Более того, этот самый советский вариант социализма показал абсолютную эффективность – впрочем, совершенно ожидаемую. И рухнул, разумеется, именно от этой самой эффективности. (Так же, как в свое время самолеты разрушались от флаттера - т.е., автоколебаний, возникающих на скорости более 200 км/ч. Той самой, что еще в 1910 годах казалось недостижимым порогом. )

Впрочем, опять-таки, говорить о причинах гибели СССР надо отдельно – поскольку во всемирноисторическом смысле это самое событие оказывается гораздо менее значимым, нежели принято считать. И связано это с тем, что практически с самого начала Революции 1917 года ее влияние распространялось на гораздо больший ареал, нежели «формальные» границы Советского Союза, а затем – и стран Варшавского Договора. Этот самый процесс можно обозначить, как «тень СССР» - поскольку он происходил практически без затрат со стороны последнего, просто потому, что обитатели всего «несоветского мира» volens nolens вынуждены были учитывать его существования. (Поэтому эту самую «тень» не следует путать с «официальным» советским воздействием на свое окружение – вроде Коминтерна, коммунистической пропаганды, помощи коммунистическим странам и т.д.) Это «отбрасывание тени» происходило даже тогда, когда у власти оказывались самые ярые антикоммунисты – даже пресловутая НСДАП вынуждена была, несмотря на свою ультраэлитаристскую сущность, хотя бы декларировать минимум благ для рабочих. Да, разумеется, только для «рабочих правильной национальности» - но даже это показывает, как сильно изменился мир уже в 1920-1930 годы. В том смысле, что прежнее обращение политики исключительно «к господам», которое было нормальным до Первой Мировой войны, после оной стало невозможно.

* * *

Но, разумеется, в полной мере о воздействии «тени СССР» стало возможно говорить после Второй Мировой войныCollapse )