August 22nd, 2018

Вопрос о белых перчатках. Часть третья. Об устойчивости

Сделаю некоторое отступление, крайне важное для понимание темы.

Итак, собственность. Альфа и омега классового общества, то, вокруг чего, собственно, все и «крутится». Классовое общество начинается с собственности, и ей же заканчивается – или, по другому, существует благодаря ей и ее же воспроизводит. (И имеет своей целью ее воспроизведение.) Было бы странным, если стабильность подобной системы основывалась на чем-то ином. Поэтому именно так и происходит: любое событие, происходящее в социуме, оказывается завязанным на множество собственнических отношений. Которые, разумеется, вовсе «не желают» быть измененными – а точнее, этого не желают те люди, которые в эти отношения вовлечены. (Согласно принципу Ла Шателье.) В результате чего система «отыгрывает» эти изменения, стабилизируясь буквально на «микроуровне» - что делает ее в данном плане крайне эффективной.

Правда, за данную эффективность приходилось платить – и очень дорого. В том плане, что пресловутая собственность всегда имела «склонность» к укрупнению – что всегда ведет к одному. А именно – к очень быстрому разделению людей на тех, кто что-то имеет, и на тех, кто не имеет почти ничего – а значит, должен работать на «хозяев». Указанное разделение началось еще в глубокой древности, когда с развитием классовых отношений мир свободных крестьян-общинников быстро трансформировался в мир с владельцами земель и холопами, которые на них работали. (К данному факту мы еще вернемся.) Впрочем, «крепостной» (в той или иной форме) – это еще ничего, поскольку были еще рабы, полностью лишенные принадлежности к человеческому роду. И, разумеется, ни о какой субъектности, самоценности этих самых рабов-холопов не было и речи – в том смысле, что они рассматривались лишь как субстрат, инструмент удовлетворения желаний собственников.

В результате подобной политики подавляющая часть общества – от 70 до 99 (!) процентов населения (!) – как правило, жила довольно плохо. Настолько, что достигла уровень жизни развитых общинных обществ VI-V веков до н.э. лишь к XVIII веку н.э. – причем, только для развитых стран. У жителей стран неразвитых, попавших в колониальную (или еще какую) зависимость ситуация была гораздо хуже. Но даже в «ядре» мировой капиталистической системы вплоть до начала XX века сохранялся довольно многочисленный слой нищеты. То есть, людей, существовавших на грани физического выживания – и очень часто попадавших за указанную грань. Если задуматься, то получается довольно жуткая картина: проходили годы, века, тысячелетия, менялся сам ландшафт нашей планеты. Создавались и рушились великие империи, вырастали огромные города и снова обращались в руины, а затем – терялась сама память о них. Происходили войны и переселения народов, создавались и уходили в небытие религии – ну, и разумеется, миллиарды людей денно и нощно создавали своим трудом огромное количество ценностей. Но при этом указанные «создатели» жили хуже, нежели их предки на заре истории!

* * *

Однако да: устойчивость общества была колоссальной. Причем, не только ко внешним воздействиям, но и к возмущениям внутренним. Collapse )