April 26th, 2019

Вопрос о педагогической системе «модели Ефремова-Стругацких» и ее проблемах

Недавно товарищ Смирнов в ответ на мои посты о возможности – а точнее, о невозможности – представлений об устройстве коммунизма во время нахождения в классовом обществе, написал свой пост. В котором поставил ряд интересных вопросов – например, вопрос о смысле «интернатного воспитания», которое является одной из главных черт «модели Ефремова-Стругацких». Точнее, о том, насколько подобный способ устройства образовательных учреждений был актуальным в плане формирования коммунистического общества. Впрочем, в посте рассматривается, скорее, «модель Стругацких», которая– как говорил, кажется, Аркадий Стругацкий – во многом основывается на книге британского писателя Редьярда Киплинга «Сталки и компания». Где, в свою очередь, речь действительно идет о жизни британской частной школы Викторианской эпохи.(Кстати, интересно, что прозвище главного героя – Сталки – стало основанием для слова «сталкер», обозначавшего людей, посещающих «Зону» в повести братьев «Пикник на обочине».)

Впрочем, если честно, то впервые «модель интерната» Стругацкие описали лишь в повести «Полдень XXII век», которая вышла в 1961 году. Судя по всему, в более ранние времена – скажем, во время создания «Страны багровых туч», где упоминается тот факт, что главный герой воспитывается в интернате – особых представлений о том, чем являются данные заведения, у них не было. Однако был пример нечто подобного «из реальной жизни» - а именно, суворовские и нахимовские училища, созданные во время войны (в 1943 году) соответствии с Постановлением Совета Народных Комиссаров СССР. В 1943 году открылось 11 училищ: Краснодарское (в Майкопе), Новочеркасское, Сталинградское (в Астрахани), Воронежское, Харьковское (в Чугуеве), Курское, Калининское, Орловское (в Ельце), Ставропольское, Ташкентское, Кутаисское (два последних — училища НКВД, позже — МВД, для детей пограничников); в 1944 году — 6 училищ: Казанское, Куйбышевское, Горьковское, Саратовское, Тамбовское, Тульское, в 1953 году — Минское, в 1955 году — Ленинградское. (Вики )

* * *

Разумеется, понятно, что при приеме в данные учебные заведения акцент делался на детях военнослужащих, а так же на тех, кто потерял во время войны родителей. Кстати, это оказалось очень и очень эффективным – поскольку достаточно сравнить ситуацию с детской беспризорностью в начале 1920 гг. и во второй половине 1940 гг. для того, чтобы понять: насколько данная мера оказалась своевременной. Поскольку те дети-сироты, которые оказались зачисленными в Суворовские и Нахимовских училища, как минимум, исключались из системы уличной преступности – да и вообще, преступного мира. Однако чисто «сиротскими заведениями» Суворовские училища не были – поступить туда мог, в принципе, любой. (Что очень и очень положительно сказалось на их сути – о чем будет сказано чуть ниже.) Причем, все поступающие с высокой степенью вероятности становились офицерами – представителями профессии, крайне нужной для страны. (Впрочем, можно сказать больше: выпускники данных училищ вообще оказывались способными к быстрому освоению любых профессиональных навыков – причем, более способными, нежели их «гражданские» собратья.)

Поэтому в послевоенное время вряд ли стоило особо убеждать кого-нибудь в том, что «интернатный» способ образования является более эффективным,
нежели «обычный». Collapse )