August 14th, 2019

"Синдром Афони" и контрреволюция в СССР

У Буркина Фасо вышел неплохой материал , посвященный одной, не сказать, чтобы приятной, особенности советского бытия. А именно – аномальному росту смертности, произошедшему во время т.н. «эпохи застоя». (1960-1970 годы.) Аномальному – по той причине, что в это самое время в стране происходил колоссальный рост уровня жизни населения – включая строительство современных квартир – одновременно с массовым внедрением современных методов здравоохранения. Что – как казалось – должно было привести к неизбежному же увеличению продолжительности жизни у населения. Однако в реальности процесс пошел по совершенно неожиданному пути – в том смысле, что общая смертность, конечно же, снижалась, однако не для т.н. «мужчин трудоспособного возраста».

Для коих наблюдалась обратная тенденция. Что, в свою очередь, было связано с резким повышение уровня потребления алкоголя: с 1950 по 1980 год оно выросло более, чем в 5 раз: с 1,7 до 10,7 литра чистого спирта на человека.) Впрочем, пересказывать упомянутый пост нет особого смысла – да и вопрос о том, как же был «виноват» алкоголь в жизни позднесоветского человека тут уже не раз поднимался.

* * *

Поэтому хочется обратить внимание на несколько неожиданное явление, которое в реальности оказывается тесно связанным с указанным "бытовым пьянством". На вопрос о связи этого самого «бытового пьянства» и … контрреволюции в СССР. Той самой, что – как было сказано в прошлом посте –и привела, по существу, к событиям 1991 года. (Т.е., к массовому отказу советских граждан от поддержки социалистического устройства общества, который к указанному периоду был очевиден.) На самом деле, кстати, стоит понимать, что указанный отказ не был эквивалентен «стремлению к капитализму» - последнее желание было присуще не более, чем 10-20% советского общества. Однако именно эти самые 10-20% людей (в основном – связанные с т.н. «Серой зоной») с легкостью пересилили всех остальных.

Причина данного явления лежит в самой природе контрреволюции. Которая – как не удивительно – является неминуемой частью любого революционного процесса. Поэтому совершенно естественно, что в советском обществе подобная угроза оказалась значимой с самого начала. В том смысле, что проявляться она начала вскоре после «триумфального шествия Советской власти» - т.е. происходившем в конце 1917-начале 1918 годов процессе массового признания «нового порядка», прошедшего достаточно мирно и очень быстро. Причина этого процесса (в смысле, контрреволюции) состояла в том, что Октябрьская революция 1917 года – так же, как и любая другая революция – могла произойти только тогда, когда «прежний режим» довел страну «до ручки». То есть – до состояния, в котором он не может ничего предложить подавляющей части населения, включая и значительную часть правящих классов. (Собственно, именно поэтому «рецепт» борьбы с революцией через применение насилия бессмыслен: последнее просто оказывается невозможным, поскольку аппарат для его применения отказывается выполнять приказы.)

В любом случае, успех смены социального строя в значительной мере оказывался связанным с тем, что большинство страны видело в нем решение своих жизненных проблем. Однако именно этот момент – являющейся ключевым для революционной победы – одновременно с этим несет в себе и контрреволюционную угрозу.Collapse )