December 1st, 2019

В продолжение трех слоев реальности

В прошлом посте было указано, что самый нижний – и самый важный в плане восприятия человеком – слой общественного сознания оказывается связанным с системой производства. А именно – с необходимостью участия в совместной созидательной деятельности, что индуцирует возникновение основ коллективного взаимодействия и одновременно блокирует утилизаторские «стратегии поведения». Иначе говоря, человек даже в наше время «в глубине души» воспринимает возможность получения собственных благ за счет разрушения общих систем, как «запрещенное состояние». Несмотря на всю господствующую мифологию антисоветизма, призывающую как раз к обратному.

Причем, это касается даже тех, кто от указанный действий приобретает только преимущества. Другое дело, часто эти преимущества оказываются настолько велики, что перевешивают указанное противоречие, однако даже в этом случае подобный конфликт между «системами восприятия» не проходит бесследно. Приводя к тому, что в обыденной жизни называется «угрызения совести». Которые приходится «глушить» алкоголем или иными наркотическими средствами, или же подавлять усилием воли – но которые все равно будут оказывать воздействие на мышление. То есть – в значительном числе случаев даже совершенно «успешный» человек, получивший свое место в иерархии за счет ухудшения жизни всех остальных (а по другому в современном мире быть не может) понимает, что находится там незаслуженно, и что имеющаяся ситуация – неверная.

На самом деле это очень и очень важное явление – несмотря на то, что оно может показаться вторичным с точки зрения формальной логики. Ну, в самом деле, какая разница, что там «в глубине» несуществующей души понимает человек, если при этом он действует как отъявленная сволочь. (Разрушитель.) Однако это верно только на «микроуровне», на уровне данной конкретной ситуации. На уровне же «макро», на уровне историческом эти самые «угрызения» оказываются гораздо более серьезными, нежели принято предполагать. Более того, они оказываются элементами совершенно тектонического процесса, происходящего в последние сто (если не двести) лет, и именуемые Великой Пролетарской Революцией или переходом от классового общества к бесклассовому.

* * *

Дело в том, что еще сто лет назад этот самый «нижний слой реальности» был совершенно иным. Разумеется, как говорилось в прошлом посте, определенная «трудовая этика» у крестьян и ремесленников существовала. Однако она совершенно очевидно была локальной, не охватывающей все общество, позволяя существовать челым «праздным классам». То есть – наличие того же «барина» - а точнее, целого «класса» (не в марксистском смысле) бар – выглядело естественным, и более того, логичным согласно господствующей тысячи лет картине мира. Нет, конечно, и «баре» имели тут определенную роль – в том смысле, что, например, они обязаны были служить защитой от врагов. Однако уже к XVIII столетию (а на самом деле много раньше) армии из «сборища рыцарей» превратились в особые социальные механизмы, слабо связанные с аристократией. (Офицеры были, конечно, аристократами – но они составляли небольшую часть указанного класса.) Поэтому указанная роль сильно редуцировалась – однако на восприятии аристократии это сказалось слабоCollapse )