December 15th, 2019

Ненужный мир или «глобальные 1990»

Наверное, главное качество, которым можно было бы охарактеризовать современное положение вещей – это ненужность. В том смысле, что находящийся в глухой стагнации, а точнее – в предкатастрофическом состоянии – постсоветский мир (под «постсоветским» тут подразумеваются не страны бывшего СССР, а, вообще, все государства после 1991 года) оказывается практически неспособным не только к освоению новых «пространств», но и к сохранению старых. И поэтому в нем практически все, что еще недавно ценилось, вдруг оказывается в «избытке». В «избытке» оказываются люди, земли, многие ценные еще недавно ресурсы (не все, конечно), созданные производства и т.п.

Правда, никому от этого легче не становится – а только наоборот. Впрочем, нам, пережившим 1990 году – которые, собственно, и были тут квинтэссенцией указанной «избыточности» - подобное состояние хорошо знакомо. В том смысле, что мы уже давно привыкли к тому, что, например, «хорошее образование» мало что значит само по себе (именно «само по себе»). Или что тридцатилетний стаж работы не является основанием для сохранения рабочего места. Или что лучшей судьбой для прекрасно работавшего десятилетиями завода выступает его закрытие и застройка пресловутыми «жилищными комплексами» - в то время, как в других местах разрушается брошенное жилье. Или что количество лесов в нашей стране – в полном противоречии с привычными представлениями – вот уже более двух десятилетий возрастает за счет зарастания сельскохозяйственных земель. (Что не наблюдалось со времен Смуты!)

То есть: что наличие всего, что, казалось бы, нужно для хорошей, сытой, счастливой жизни – вроде квалифицированных работников, производственных площадей, свободной земли, природных ресурсов – оказывается никому не нужным, порождая в общественном сознании такие абсурдные конструкты, как «сырьевое проклятие». В результате чего жители огромной страны открыто завидуют обитателям каких-то «земельных клочков», вроде Японии, Сингапура или Эстонии, «поскольку те не имеют ресурсов, и поэтому живут хорошо». И даже появляются фанаты «умаления России», т.е., превращения ее в «небольшое европейское государство» или совокупность данных государств. (Еще лет двадцать назад данная идея была популярным трендом в российском общественном сознании.)

* * *

Впрочем, понятно, что последнее связано исключительно с тем, что обитатели данной «большой страны» банально не понимают, что же реально является наиболее ценным ресурсом при капитализме. Поскольку это вовсе ни земля, ни люди, и даже ни нефть и газ. А рынки. Еще раз: рынки, рынки и еще раз рынки – т.е., наличие возможности продавать произведенное по ценам, превышающим себестоимость. Впрочем, нефть и газ в данном случае хороши тем, что они – в общем-то – данному условию удовлетворяют. Т.е., имеют в наличии своего покупателя. Пока. (О том, почему – «пока» - будет сказано отдельно.) Про все остальное же после 1991 года сказать так невозможно. Точнее, наоборот – решениями постсоветских правительств были уничтожены даже имеющиеся собственные рынки сбыта. (И через создание гиперинфляции, и через полное открытие границ для иностранных товаров.) Собственно, именно поэтому сложная производственная система Советского Союза после указанного времени оказалась в состоянии жесточайшего кризиса, и была в значительной мере уничтожена.

Так вот – сейчас то же самое наблюдается и со всем остальным миром. Collapse )