anlazz (anlazz) wrote,
anlazz
anlazz

Categories:

Еще об "упрощении вещей"

В прошлой части было показано фундаментальное отличие современного мира от того, каким он был еще лет сто назад. А именно – исчезновение прислуги и последующее после этого изменение быта. Подобный момент кстати, очень интересен на фоне известного утверждения о росте «сферы услуг» после Второй Мировой войны, поскольку в реальности можно говорить чуть ли не об обратном. (Слуги в довоенное, а особенно – в дореволюционное время – составляли значительную часть низших классов. Особенно если рассматривать их число по отношению к количеству хозяев.) Впрочем, подобным вопросом отдельно – особенно, в том плане, что стоит разделять время до падения СССР – и после него, тут же стоит обратить внимание на нечто иное. (Ради чего, собственно, данная тема и была поднята.) А именно, на то, что случившаяся перемена прекрасно показывает, насколько сильно человек может изменить свою общественную и личную жизнь, при этом абсолютно не осознавая это.

Поскольку мир с прислугой и мир без прислуги отличаются кардинально – причем, в самых, казалось бы, простых и близких каждому вещах. Например, в организации быта – в том, как и что человек ест, во что одевается, где проживает и т.д. Более того, рассматривая указанную проблему, можно прекрасно увидеть, в каком направлении происходят данные изменения. А именно – то, что исчезновение слуг привело к значительному упрощению и деритуализации жизни. Причем, случилось подобное только в СССР – где сознательно строилось «общество без слуг» - но и в других развитых странах, где под советским воздействием «всего лишь» поднялась средняя зарплата трудящихся. Но этого оказалось достаточным для того, чтобы столетиями господствовавшие обычаи и правила оказались отброшенными. На самом деле, конечно, не стоит сводит все изменения мира, случившиеся после 1917 года, исключительно к отказу от прислуги. Они, разумеется, были намного шире – но смысл имели примерно одинаковый: прагматизация человеческой жизни, замена «вековых традиций» на разумную организацию.

Впрочем, подобная тенденция прослеживается еще со времен Великой Французской Революции, когда «буржуазная скромность» пыталась противопоставляться аристократической расточительности. Но до середины XX века указанный процесс протекал не только достаточно медленно, но и порой меняя свой знак – поскольку буржуа, забрав власть у аристократии, довольно быстро перенимали и ее привычки. Этому не помешала пресловутая «протестантская этика», которую до сих пор считают главным ограничением против «мотовства», а равно – и иные попытки религиозных и прочих проповедей «честного образа жизни». А вот экономическое изменение мира, произошедшее под действием увеличения прав рабочих, довольно быстро заставило представителей «обеспеченных слоев» сменить свое отношение к жизни. (Разумеется, самая верхушка продолжила существовать по старому, с аристократической роскошью и аристократическим распорядком. Но даже ей пришлось смириться с «демократизацией» множества сторон жизни – начиная от моды и заканчивая правилами ведения деловых контактов.)

* * *

И это при том, что никто физически никто никого не заставлял и не принуждал! Таким образом, можно сказать, что знаменитый марксистский принцип первичности экономических, а точнее – производственных –отношений над всей огромной массой «культурных надстроек», в очередной раз оказался подтвержденным. И это, если честно, очень и очень важно для нас. Поскольку позволяет предположить дальнейшее развитие ситуации, причем в самых разных вариантах. Например, в случае дальнейшего роста оплаты трудящихся – в смысле увеличения ее доли в общественном богатстве – и наоборот. Сейчас, например, идет именно обратный процесс – который актуализирует тенденции, противоположные тем, что были сильны на протяжении XX столетия. Но это – полностью временное явление, и рано или поздно, но оно сменится противоположным. (Почему – надо говорить отдельно, тут же можно сказать только то, что связан указанный процесс с крайне фундаментальными вещами, причем, даже более фундаментальными, нежели то, чем оперирует марксизм.) А значит – гораздо важнее (для будущего) является понимание того, что же произойдет тогда, когда рабочий человек будет получать гораздо больше благ, нежели сейчас. То есть, в процессе перехода к обществу, которое сейчас принято именовать коммунистическим…

Ведь, например, одной из «жизненно важных» проблем указанного перехода считается вопрос о том, как в подобном случае – когда люди, в общем-то, удовлетворили все свои первичные потребности – будет происходить выполнения грязной и «неблагодарной» работы. Условно говоря, «кто при коммунизме будет чистить сортиры»? Замечу, что речь идет не о тяжелом, а именно о грязном, неприятном, монотонном труде – поскольку то же советское время показало, что как раз на тяжелую работу при правильной организации жизни всегда найдутся добровольцы. Которые готовы будут и в тайгу города строить, и целину поднимать. Но обычно оговаривается, что это все – труд героический, ведущий к высокой цели и т.д. А вот попробуйте сортиры почистить. Или, скажем, картошку в поле поубирать – а после подумайте: возможна ли подобная работа без принуждения. (Не важно, экономического или нет.)

Впрочем, подобными вопросами задаются не только противники коммунистического общества – но и его сторонники. Тем не менее, сделать это оказывается довольно сложно – представить себе человека, радостно занимающегося ассенизационными работами или с энтузиазмом перебирающим гнилую капусту на овощебазе, оказывается почти невозможным. Правда, попытавшись разобраться в указанной проблеме повнимательнее, можно увидеть определенную подсказку к ее решению. А именно, то, что чем дальше идет развитие человеческого огбщества, тем меньше становится проблем с указанной областью— поскольку те же выгребные ямы, например, повсеместно заменяются централизованной канализацией. А те, что остаются, откачиваются специальными машинами – в результате чего подобная работа оказывается намного более «приятной». (Разумеется, и она не сахар – но хоть в говно лазить не надо.) А если еще немного подумать, то можно вспомнить, что есть страны – та же Индия, например – где никаких особых машин нет, а с подключением к канализации существуют реальные проблемы. Причем, проблемы, связанные не столько с бедностью, сколько с тем, что граждане данной страны упорно не желают этого делать. (Выпускаются даже особые фильмы, пропагандирующие ватерклозеты!!!) И это при том, что из-за климатических особенностей постройка любых коммуникаций в данной стране – на порядки более дешевое дело, нежели у нас.

* * *

Причина этого проста – в указанной стране громадный переизбыток трудоспособного населения, готового заниматься любой, даже самой грязной, работой буквально за еду. В подобной ситуации любые размышления о том, как бы оптимизировать трудовые процессы, выглядят отвлеченной глупостью. Зачем тратить время образованного человека на проектирование канализации, когда можно дать мелкую монету одному из многочисленных подростков – и он уберет любое дерьмо. (Даже если для этого надо будет нырять в него с головой?) Впрочем, это не какая-то «национальная особенность» указанной страны – как обычно считается– а явление совершенно иного плана. Поскольку –как уже было сказано – еще полтораста лет назад подобная особенность существовала по всему миру. Водопровод и канализация, как известно, технология очень старая –они существовали еще в Древнем Риме. Тем не менее, внедрение ее даже в «просвещенной Европе» шло с удивительным «скрипом» - поскольку мало кто видел в пользы в подобном начинании в условиях, когда уборка тех же нечистот стоила очень и очень дешево.

В результате даже в Лондоне – центре инноваций XIX века – централизованная канализация была построена только после знаменитого Великого Зловония 1858 года (!), а в Санкт-Петербурге она появилась лишь к концу столетия. (Хотя практически все цари, начиная с Петра Алексеевича, пытались начать ее строить – но бесполезно: уговорить общество потратить деньги на то, что делалось практически бесплатно было невозможно.) То есть, можно сказать: пока существует возможность решать что-то посредством дешевого труда, это будет решаться именно так. Однако стоит труду «подорожать», стать менее доступным – и возникает потребность в изменении указанного процесса, в его усовершенствовании и автоматизации. Правда, есть и обратная тенденция – если цена на труд неожиданно упадет, упадет и всякая потребность в инновации, как это случилось, например, с автоматизацией машиностроения после распада СССР. (Когда планируемая полная роботификация производства к 2000 году оказалась заменена на бесправный труд миллионов китайцев, индусов, бангладешцев и т.д.)

Вот тут то и лежит «разгадка» нашей тайны – то есть, вопроса о том, что же будет с «чисткой сортиров» после наступления коммунизма. А так же – со всем иным подобным трудом: грязным, вредным, тяжелым и монотонным. Ответ прост – данного труда просто не будет, поскольку вся работа общества окажется направленным именно на его уничтожения. То есть, вместо современной ситуации, когда основной целью любой деятельности является получение прибыли – т.е. максимально возможное производство максимально продаваемой продукции – тогда появятся совершенно иные критерии оптимизации. А именно – главным станет понимание того, что труд есть важнейшая часть человеческой жизни, и поэтому необходимо делать его как можно более комфортным. И жизнь пойдет совершенно по иному, нежели сейчас – когда работа воспринимается, как разновидность каторги. (Даже если речь идет об умственном труде – просто, потому что организована она именно, как каторга, которую нужно «отсидеть». И затем уже перейти к отдыху, который и представляет собой «настоящую жизнь».)

* * *

То есть – указанное изменение означает, что пресловутые «сортиры» окажутся, прежде всего, максимально приспособлены к машинной чистке – в отличие от современной ситуации, где о подобном не задумываются. То же самое можно сказать и про все другие виды работ, 99% процентов проблем с которыми связаны именно с тем, что мысль о легкости их выполнения является самой последней при проектировании. (А первой – мысль о том, как это все продать.) Как это будет сделано конкретно, впрочем – отдельная тема, говорить о которой тут нет смысла. Тут же можно указать на то, что вряд ли это принесет особые неудобства при использовании, а скорее наоборот – случиться то же самое, что случилось с нашим миром при переходе от дешевого труда к относительно дорогому. В том смысле, что комфорта прибавится – и довольно сильно. Правда, при этом многие для нас привычные нормы и правила подвергнутся кардинальным изменениям – в том числе, и в плане эстетики и даже этики. Но это тоже для человечества не в первой.

Так что не стоит бояться того, что при движении к «обществу равенства» привычный образ жизни сменятся чем-то иным, менее пригодным для человека. Скорее наоборот, стоит понять, что данный процесс и представляет собой путь как раз к наиболее подходящему для разумного существа способу существования. Причем, не только для тех, кто «выводится» из тьмы вечного рабства и услужения – но для общества в целом. На этой оптимистической ноте и позволю себе закончить…


Tags: исторический оптимизм, образ жизни, общество, смена эпох, теория инферно
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 220 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →