anlazz (anlazz) wrote,
anlazz
anlazz

Фантомы фанатизма – или еще раз о современных заблуждениях. Часть вторая

Для того, чтобы понять: что реально стоит за явлениями, которые обычно относят к проявлениям фанатизма и объясняют какой-то «тайной магией» - пардон, методикой пропаганды и «промывки мозгов» - мы должны внимательно проследить пути их возникновения. Правда, сделать это в «обычном случае» оказывается не так просто – поскольку для подобных явлений все внимание акцентируется, как правило, на указанном проявлении, а вовсе не на том, что предшествовало ему. То есть – тот же фашизм, как правило, вызывает серьезный интерес, а Веймарская республика воспринимается, как что-то скучное и серое. (Где единственное более-менее известное событие – это гиперинфляция 1923 года.) То же самое можно сказать и про исламский фанатизм – если тот же запрещенный в РФ ИГИЛ уже успел надоесть, то до него можно вспомнить разве что Аль-Каиду. (То есть, тех же фанатиков.) А до Аль-Каиды что? А ничего – какие-то скучные государства с диктаторами во главе, ведущие какую-то «обычную» политику. (Это для западных обывателей – для наших то же самое, только без диктаторов.) Кого интересовала Ливия до начала там Гражданской войны? Или Ирак до «Бури в пустыне»?

То есть, ситуацию мы видим примерно так: вначале «нормальная жизнь» - ну, насколько она может быть нормальной на том же Ближнем Востоке – а потом, вдруг, приходит запрещенный ИГИЛ или какая-нибудь Аль-Каида, и превращает все вокруг в фанатиков, желающих отправив на тот свет побольше неверных. (Очевидно, за мечту о райских гуриях.) Одно слово, магия! Тем не менее, в настоящее время существует пример, для которого подобное правило нарушается. В том смысле, что всплеск «фанатизма» в данном случае происходит ни когда-то в прошлом, и не у «черта на Куличках» (то есть, на Ближнем Востоке), а буквально рядом, в стране, по отношению к которой вообще отсутствует культурный барьер. Да, речь идет об Украине, где после победы «евромайдана» начался однозначный рост ультранационалистических настроений, перешедших впоследствии в Гражданскую войну. Причем, тот факт, что от этого рушится вся система хозяйственных связей и основной массе людей приходится жить все хуже и хуже на указанный процесс не влияет.

Скорее наоборот, каждый виток ухудшения приводит к дальнейшему росту националистических, а точнее, русофобских настроений. (Или, еще точнее, антисоветских и антикоммунистических настроений, поскольку основная вина России тут полагается в том, что последняя сохраняет связь с «совком».) То есть, однозначно работает тот же механизм, что и на Ближнем Востоке, где разрушения и развал, вызванный ортодоксальными исламскими группировками, ведет к… росту популярности этих группировок. Однако Украина – это не ближний восток, а мир близкий и лишенный даже малейшего налета экзотики. Тем более, что еще недавно среднего украинца вообще было невозможно отличить от среднего россиянина – люди свободно общались в Сети или реальности, устраивали семьи, работали друг с другом и т.д. Ну, а теперь речь идет чуть ли не о кровной ненависти к любому «ватнику». Ну, и самое главное: указанное превращение происходит на наших глазах. Не четверть века назад, когда интерес позднесоветского человек к общественным процессам находился где-то около нуля, и когда торжествовало представление о том, что «общества нет, есть совокупность индивидуумов». А сейчас, когда возрождается интерес к «большим процессам» и существует очевидная потребность к объяснению их.

* * *

Короче – как не цинично это прозвучит – с Украиной нам, в какой-то мере, повезло. В том смысле, что данная страна предоставила лабораторный эксперимент по зарождению и развертыванию однозначно деструктивной системы в реальном времени. (Хотя, конечно, это не значит, что данная особенность хоть на миг искупляет те страдания, что «украинская деструкция» несет своим гражданам.) Эксперимент, опровергающий одно из самых главных заблуждений современного постсоветского – и не только – человека, которое состоит в признании главенства «культурологической» основы деструкций. Ведь данная страна была не первой из новообразованных государств на постсоветском пространстве, которые из развитого состояния рухнули в бездну хаоса и разрушения. Были, например, Армения с Азербайджаном и карабахской проблемой, была Молдавия с ее Приднестровьем, был Таджикистан с исламистской резней. Однако до Украины подобные процессы еще удавалось «списывать» на местные особенности – например, на религию. Дескать, везде, где есть ислам – там всегда будет варварство. Правда, вот с Молдавией это никак не получалось сделать, но и тут удавалось выкрутиться через идею о том, что молдаване – это дикий и сельский народ. В общем, «чурки» они «чурки» и есть, так что нет ничего удивительного в том, что они, лишенные «имперского» управления, начинают резать друг друга.

Конечно, с Украиной так же пытаются «провернуть» то же самое, но свести огромную страну с такими культурными и производственными центрами, как Киев, Харьков или Днепропетровск, к пресловутым «диким селюкам», оказывается непросто. Правда, поначалу любили акцентировать внимание на пресловутой «Западэнщине» - дескать именно происходящие оттуда «рагули» выступают главным источником бандеризации страны. Но чем дальше – тем яснее становится тот факт, что основным источником украинского «национализма» выступают как раз русскоязычные области, что большая часть участников т.н. «добровольческих батальонов» и прочих «борцов с москалями» на самом деле происходят из среды тех людей, для которых русский был родным с детства. Самое смешное тут, конечно – «диванные воины», которые борются с ненавистным им русским языком исключительно на… русском языке, поскольку при переходе на «мову» у них получается вообще полный шлак. (А пресловутые «западэнцы», кстати, вообще предпочитают в указанную буче не лезть, и заниматься тем же самым, что и до майдана – ездить на заработки в Европу, копать янтарь и помаленьку контрабадничать. )

В общем, с Украиной постепенно стало понятно, что пытаться искать в ней привычные причины деструкции – вроде «природной дикости» и религиозной нетерпимости – есть занятие бесполезное. Но самое главное тут даже не это – а то, что в случившейся ситуации нужно было быть откровенно «слепым» - то есть, отвергающим самое очевидное – чтобы не замечать настоящей причины случившейся трагедии. Ведь чем, как уже говорилось, была Украина до того, как в ней начался зарождаться и развертываться националистический ужас? А была она промышленным центром СССР, чуть ли не самой развитой из советских республик. Машиностроение, судостроение, авиастроение, производство электроники и вычислительной техники – чего только не было в ней. Харьков, Днепропетровск, Запорожье, Николаев, Киев, Луганск выступали сильнейшими научно-производственными центрами, связанными с уникальными производствами мирового уровня. (И это без металлургии, угольной промышленности и производства удобрений, и уж конечно, без высокоразвитого сельского хозяйства, о которых надо говорить отдельно – только хай-тек мирового уровня.) Именно поэтому суверенной Украине пророчили самое блестящее будущее и вхождение ее в состав наиболее развитых стран.

* * *

По сравнению с ней та же Россия выглядела серой и дикой – и не только из-за природно-климатических условий, благодаря которым те же дороги и здания разрушаются в несколько раз быстрее – а стоят в несколько раз дороже. Правда, была тут и одна тонкость, на которую в момент обретения независимости мало кто обращал внимание: а именно, этот самый хай-тек в реальности являлся самой верхушкой производственной пирамиды, опиравшейся на более «грубые», имеющие меньшую прибавочную стоимость, но совершенно необходимые производства. Находящиеся, в основном, в России. Поэтому почти сразу после отделения это неизбежно привело к тому, что украинский хай-так начал неминуемо деградировать. Правда, надо сказать, что указанное «отрезание» было не столько политическим, сколько экономическим: в условиях перехода к капиталистической форме предприятия лишились необходимых для работы ресурсов. Эта беда проявилась и «внутри» России – но тут хоть какую-то часть сложного производства удалось сохранить – в основном, за счет того, что страна была большая, и определенная часть структур могла выживать за счет пожирания другой части. Ну, а потом начался «нефтяной бум», позволивший на какое-то время задержать наступление тотальной утилизации…

На Украине этого не было – поэтому утилизация произошлоа тут в самом полном объеме. Высокоуровневое производство было практически уничтожено – причем, этот процесс продолжался и 2000, и 2010 годы. Результатом чего почти полное уничтожение квалифицированных рабочих мест, в результате чего люди, работающие на них, вынуждены были перебиваться случайными заработками. Кстати, в 1990 годы процесс утилизации «излишней собственности» еще позволял это делать – многие начали «челночить», а иные – вообще, занялись бизнесом. Однако со временем этот ресурс так же исчерпался, и огромное количество населения оказалось просто не нужным. Да, какая-то его часть смогла пережить данное состояние, выезжая на работу в иные страны – кстати, именно отсюда проистекает это самое полурелигиозное отношение к «безвизу», для многих являющемся жизненно необходимым. Какая-то смогла устроится в рамках «новой экономики» - то есть, в банальном подъедании крошек за «главными утилизаторами» и обеспечении их жизни. Однако, в любом случае, всему этому явно было присуще состояние непрочности, временности, и, самое главное, неправильности данной системы.

Причем, характерно это было как раз для самых развитых регионов страны. Тех самых, что стали сейчас «главными поставщиками» антирусских и антисоветских настроений, и главной «кузнецой»
ультранационалистических «фанатиков». На самом деле, механизм формирования их очень прост: разрушенная производственная система порождает массу «лишних людей», для которых очевидным становится неспособность текущей системы содержать их. И за это они неизбежно платят данной системе неизбежным же разрушением. При этом «официально» все может быть тихо-гладко: безработица равна 1-2%, что кажется смешным с теми же испанскими 25%. Однако в реальности 80% работающих при этом имеет такую зарплату, что на нее невозможно поддерживать даже физиологическое выживание. (Предложи ее испанцам даже с учетом покупательской способности – они посчитают предложившего идиотом.) То есть – это фактически работа за еду, классическое нищенское состояние, возможное только благодаря тому, что Украина еще сохраняет огромное число советских подсистем. Начиная от жилья и заканчивая медициной. Именно последнее позволяет физически существовать людям с зарплатой 2000-5000 гривен – при том, что реальный прожиточный минимум составляет где-то 6000-7000 гривен. (Именно минимум – нормальная бедная жизнь на Украине или в России возможна только с 10000 гривен или 20000-22000 рублей.)

* * *

В таком случае стремление молодых украинцев к активному включению в антирусские группы вполне очевидно: попав туда, он получает возможность «поправлять» свое положение за счет угнетения и грабежа широких масс. Со стороны это может показаться смешным и глупым: какие-то матрасы, одеяла, горилка и тушенка…. Но по сравнению с реальным надвигающимся пизде… суперкризисом даже подобная мелочь дает хоть какие-то надежды на будущее. Разумеется, при этом остается еще вожделенный «безвиз» - но уже сейчас становится понятным, что «там» всех не ждут. В итоге уже сформированные «узлы» антирусскости укрепляются, наливаются новыми силами – и становятся катализаторами дальнейшего разрушения жизни страны. Например, именно эти самые «добробаты» в реальности выступают одним из главных факторов для проведения пресловутой «медреформы», а по сути, банального свертывания массовой медицины в стране. (Ведь в подобной системы любое возмущение можно свести к действиям «агентов Путина», которых надо жестоко уничтожать.) И конца подобной истерии быть не может, поскольку каждое дальнейшее уничтожение всего советского неизбежно ведет к упрочению позиций «хаоситов». (Впрочем, нет – предвидится, конечно, когда последние советских подсистемы будут уничтожены, и страна превратится в подобие Сомали, где бывшие «добробаты», ставшие обычными бандами, начнут уничтожать друг друга и всех остальных. Это, разумеется, пессимистический вариант, возможны еще варианты «оптимистические»: например, раздел страны между иностранными участниками. Возможно даже при сохранении формальной независимости и единства.)

В любом случае, основанием всех украинских бед является одно: уничтожение существовавшей при СССР производственной системы. То есть – современная «бандеризация» была заложена не в 2014, и даже не в 2004 году, а существовала в виде неизбежного будущего с 1991 года. (Ну ладно – не неизбежного, возможен был приход какой-либо конструктивной силы, однако вероятность последнего была низка.) Впрочем, во всем этом есть и один плюс – как не цинично это звучит. А именно, существует некая вероятность, что, глядя Украину, российское руководство осознало, насколько важно сохранение собственного производства. Не сказать, чтобы это особенно заметно – но, все же, определенные действия российских властей сейчас внушают некий оптимизм. (Например, стремление поддержать на плаву строительную отрасль – пускай самое примитивное из производств, но все же. Даже мост на Сахалин собираются строить – хотя он не имеет особо важного значения. Другое дело, что работать с производством наша «элитка» просто не умеет, так что не факт, что «взлетит». Но, все-таки, это лучше, нежели вечные заклинания о «демократии» и «свободе». Ну, и конечно, данная политика – это никакой не прогресс, а всего лишь попытка удержаться на краю пропасти. Причем, что важно, положение народа при этом не учитывается совсем.)

Впрочем, все вышесказанное было приведено вовсе не для того, чтобы рассуждать о судьбах Украины или России – а для совершенно иной цели. Для того, чтобы показать реальную основу для формирования «фанатических настроений», состоящую в особенностях положения производственной системы социума, а вовсе не в таинственных «технологиях манипуляции» и прочем «маккиевилизме», как это принято сейчас считать. Поскольку то же самое характерно не только для рассмотренной ситуации – а проявляется практически везде, где мы привыкли видеть исключительно «перекошенные лица фанатиков». Однако обо всем этом будет сказано в следующей части…


Tags: Российская Федерация, Украина, постсоветизм, прикладная мифология, социодинамика
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 69 comments