anlazz (anlazz) wrote,
anlazz
anlazz

О "творцах" и "творениях"

У Галины Иванкиной - zina_korzina – была опубликована интересная картинка. Точнее, картина – так, вроде бы позиционируется данное, простите, произведение некоего художника Шульженко. На картине изображены типичные алкаши на фоне очереди в магазин – кстати, вполне возможно, что за водкой. Если прибавить сюда то, что на заднем фоне изображены серые дома и дымовая труба котельной, то можно сказать, что ничего, кроме безысходности и уныния указанное творение не вызывает. Впрочем, у обозначенного «художника» это еще не самая мрачная картина – есть и похуже. Поскольку данный автор занимается именно «художественным выражением» самых отвратительных пороков человека – пьянства, бескультурья, ограниченности, хулиганства и т.д., причем делает акцент именно на «нашем» происхождении данных качеств. Более того, он сводит воедино мерзость народа с мерзостью окружающей среды – серой, грязной, разваливающейся и т.п. (Но разумеется, российской.) И разумеется, из той же Вики можно узнать, что основную популярность данные работы имеют «за рубежом», где и проходит большинство выставок данного, простите, художника - в Испании, Италии, США. (Кстати, в основном – в США.)

Да, вот еще интересный факт его биографии: в той же вики написано, что проживает указанный Шульженко … в Москве. Что довольно четко показывает реальную подоплеку его творчества. Поскольку будь он «реальный русофоб» - то давно уже покинул бы столь ненавистную ему страну, и зажил бы где-нибудь в «цивилизованном мире». (Тем более, что, как можно понять, особых проблем с деньгами у него нет.) Но нет – продолжает мучиться в «проклятом Мордоре». Что приводит к мысли, что данный господин или мазохист, или что более вероятно, «творит» он вовсе не из-за своей ненависти к России, а потому, что подобные, пардон, творения крайне хорошо выставляются и раскупаются «там». То есть – первична тут чистая коммерция, а все остальное имеет далеко вторичное значение. (Кстати, это относится практически ко всем «русофобам» из числа деятелей искусства, продолжающих жить и «творить» в ненавидимой ими стране. Хотя многие из них имеют все возможности для того, чтобы выехать за ее пределы.)

* * *

Впрочем, обсуждать подобных «творцов» тут особого смысла нет, и ссылка на указанную картину приведена совсем по иной причине. А именно – потому, что она показывает очень интересную особенность их работ. Которая, в свою очередь, раскрывает гораздо более глубокие слои общественного устройства.  А именно: желая изобразить наличествующий тут «Ад и Израиль» (для чего, не важно), они вовсе не выдумывают что-то совершенно невозможное, невообразимо мерзкое – как это можно было бы предположить на первый взгляд – а берут свою натуру из окружающей жизни. Ведь никто не будет спорить с тем, что алкашей, подобных нарисованным на картине, в СССР не было? Или – что не было очередей, серых домов, мерзкой погоды (кстати, примерно той, что можно увидеть сейчас за окном), или дымовой трубы? По этому самой причине, кстати, с ними и их сторонниками очень тяжело спорить – поскольку последние всегда могут утверждать, что изображенная мерзость есть самая чистая правда. И будут абсолютно правы…

С  одним только дополнением, состоящем в том, что  помимо этой самой правды в той же самой реальности существует и другая. Причем, в большинстве случаев – в гораздо больших количествах. Собственно, это и есть самое главное из того, что надо понимать, рассматривая то или иное произведение искусства. Не важно –идет ли речь о подобной поделке, или о действительно большом творении признанного мастера. В любом случае верно то, что указанная вещь отображает только один, причем очень узкий, сегмент реальности. Более того, по фундаментальным причинам можно вообще сказать, что ширина данного сегмента стремится к нулю – по отношению ко всему огромному реальному миру. Подобная особенность присуща всем жанрам: и литературе, и живописи, и кинематографии – в общем, любой человеческой попытке отобразить свое видение реальности неким «формальным» способом. Поскольку нигде, никогда и никак невозможно упаковать все богатство окружающего мира в ограниченное пространство того или иного произведения.

А значит, описанная там реальность всегда будет недостаточна, и ее надо будет восстанавливать при «употреблении» - подобно тому, как в современных системах передачи данных приходится восстанавливать информацию при приеме из сжатого состояния. Причем, поскольку «степень сжатия» тут на много порядков выше, нежели в любой телекоммуникационной системе, то приходится делать это однозначно с потерями, создавая нечто отличное от того, что имелось «у творца».  Собственно, как раз в этом моменте лежит ключ к пониманию сути искусства, как особого механизма для межличностной коммуникации, механизма, позволяющего преодолевать колоссальное отчуждение одного мыслящего существа от другого. Но, одновременно с этим, подобное представление позволяет понять, насколько важным является для «творца» выбор каждой детали своего творения. Поскольку при неправильном – или осознанно «смещенном» - изображении «на выходе» получается совершенно иная картина, нежели была «на входе».

* * *

То есть – те самые алкаши, которые в обычной жизни реально присутствовали где-то на окраине бытия, будучи помещенными в центр композиции, неизбежно «восстанавливают» картину убогой и унылой страны. (В то время, как если поставленные сюда интеллигенты или рабочие дали бы совершенно иной вариант.) То же самое можно сказать и про очередь, и даже про погоду: тот же зимний вечер, но показанный не в грязном городском, а в чистом загородном пейзаже имел бы совершенно иной эффект. И ведь, что самое главное, картину, дающую образ «помойки», невозможно обвинить во лжи – поскольку помойки реально существовали и существуют до сих пор.  Так же, как реально существовали бомжи – пускай в ограниченном количестве – разваливающиеся дома, грязь на улицах, алкоголизм для всех возрастов и прочие мерзости бытия. Кстати, это относится не только к территории нашей страны – в тех же США достаточно мест, в которых можно  увидеть такой ад, который не найдешь даже в депрессивном сибирском поселке. Однако это так же не будет составлять всей сути Соединенных Штатов, как картины Шульженко не составляют сути России.

Поэтому самый главный вывод, который можно сделать из приведенного выше, состоит в том, что никакого «нейтрального искусства» быть, по определению, просто не может. То есть, художник, литератор или кинематографист никогда и нигде не может просто «показывать жизнь как он ее видит». (О чем наши творцы очень любят говорить.) Потому,  это совершенно невозможно из-за уже упоминающейся сути «произведений искусств», являющегося не «линейным каналом передачи изображения» - как это считается сейчас, а, как уже было сказано сложным механизмом «упаковки-распаковки», в результате чего тончайшие детали, в обычной жизни просто невидимые, могут тут разрастаться до космических масштабов. И  «маленький кусок помойки», в реальности тихо существующий на обочине мироздания, получает вполне реальную возможность  «развернуться» в целый «помоечный мир», заполнив собой все остальное. С «помоечным» же воздействием на сознание потребителя. Именно поэтому от каждого деятеля искусства требуется не только вполне очевидное мастерство по «свертке» имеющихся у него мыслей и чувств в компактную форму своего произведения. Но и умение делать это так, чтобы не позволять локальному инферно нашего мира вырасти в Инферно всеобщее.

Получается, что возможен или соцреализм, как искусство, призванное возвышать человека – вне зависимости от того, насколько приглядная вокруг реальность. Причем, следует понимать, соцреализм может показывать и неприглядное – но исключительно так, чтобы при «развороте» получился эффект его преодоления. То есть, чтобы порок выглядел, как ошибка, которую можно и нужно исправить – а вовсе не как «каинова печать», признак непреодолимой мерзости бытия. Но это, как можно догадаться, один из самых сложных вариантов творчества. (Кстати, указанная особенность относится не только к соцреализму – многие «классические» художники ставили своей задачей изображение «пороков общества», и успешно с этим справлялись. Однако умение при этом требовалось крайне высокое.)Ну, или альтернатива ему –  искусство однозначно «инфернирующее», приводящее к разрушению общества и индивида, ведущее к деградации и распаду. Хотя при этом и любящее утверждать, что оно «всего лишь изображает реальность». (Кстати, столь «любимые» современной блогосферой театральные деятели полностью относятся к указанной категории. Поскольку, выставляя на сцене, простите, голые жопы, они абсолютно логично аргументируют свои действия тем, что «показывают жизнь, как она есть»...)

* * *

То есть: или деинфернализация – или инфернализация. Или созидание – или разрушение. И никакого бесстрастного творца в башне из слоновой кости со своим чистым искусством, никакого «простого изображения реальности», и тому подобных, столь любимых обывателями мифов. Впрочем, это относится ко всему, что создает человек в рамках своей общественной деятельности: каждое деяние всегда и везде несет в себе или положительный для социума, или разрушительный для него «заряд». Ну, а о том, что из этого следует – надо говорить отдельно…


Tags: искусство, постсоветизм, социодинамика, теория инферно
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 145 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →