anlazz (anlazz) wrote,
anlazz
anlazz

Конец Средиземноморья. Часть вторая

Итак, в прошлой части было сказано, что в настоящее время существует технология, способная по эффективности сравняться с морскими перевозками. Это – железные дороги, а точнее – особая форма их организации, при которых подобный вид транспорта объединяется в единую систему. Последнее, кстати, как бы не более важное, нежели все локомотивы, вагоны и прочие технические вещи, поскольку именно в подобной форме удается обеспечить максимальную пропускную способность имеющейся инфраструктуры. Последнее же, в свою очередь, дает возможность максимальным образом распространить ее на всю имеющуюся территорию. То есть – отойти от господства географического, а точнее, геоклиматического (поскольку роль играет не только география, но и климат) фактора, который столетиями определял человеческую жизнь.

То есть – можно сказать, что в данном случае человек становится буквальным «творцом географии», своими руками меняющим мир. А железнодорожная сеть превращается в «рукотворное море» - причем, море, имеющее всегда одну и ту же хорошую погоду. Это, как уже было сказано, выводит пресловутый «случайный фактор» буквально в ноль, позволяя отказаться от господствующей сейчас «вероятностной модели». Подобное изменение является поистине фундаментальным. И дело даже не в том, что сейчас, в эпоху супертанкеров и суперконтейнеровозов, по размерам сравнимых с небольшим городком, все равно, страхование грузоперевозок остается важным элементом их функционирования. (И чуть ли не главной основой существования некоторых стран.) Поскольку ситуация обстоит гораздо интереснее.

Дело в том, что указанная система требует не просто страховок, но и гораздо более серьезной, хотя и менее очевидной системы сглаживания рисков. По сути, того, что и принято именовать «капиталом». Кстати, капитализм, как таковой, и зародился в недрах морской торговли – поскольку уровень риска последней даже в начале Нового Времени был запределен. Из отправленных в Новый Свет кораблей в XV-XVI веках обратно возвращалось не более трети. Однако прибылей от вернувшихся с лихвой хватало, чтобы не только окупить пропавшие суда, но и оказаться с хорошим барышом. То есть – в выигрыше оставался тот, кто имел более трех судов. Именно указанный факт стал основанием для создания пресловутых «Ост-Индских» и «Вест-Индских» компаний, ставших первыми серьезными капиталистическими предприятиями. (То есть – предприятиями, целью которых было вложение капитала для дальнейшего его увеличения.)

* * *

Собственно, указанное верно и для «наземного» капитализма – только для него вместо тайфунов и рифов элементами «вероятности» работает колебание спроса и предложения. Такое вот рукотворное создание неопределенности на пустом месте. Этот факт, кстати, так же довольно фундаментальная вещь – поскольку до того производство всегда функционировало в режиме более-менее прогнозируемой реальности. Разумеется, поскольку общество было классовое, то борьба акторов друг с другом существовала – но, как правило, в области, отличной от процесса изготовления товаров. Боролись землевладельцы друг с другом, боролись царедворцы за место у трона, боролись, наконец, уже помянутые купцы (вплоть до организации пиратства) –однако изготовление материальных ценностей, как таковых, оставалось вне этой самой борьбы. Более того, те же ремесленные цеха, по сути, представляли собой мощнейшие механизмы блокирования случайностей, позволяющие веками вести устойчивое производство.

Нет, разумеется, для крестьян существовал значительный случайный элемент в виде погодных условий, однако и его значение, во многом, удавалось скомпенсировать тщательной подборкой технологий и методов.(Позволяющих достичь более-менее устойчивого урожая даже при колебании погоды.) Неслучайно те же русские крестьяне где-то до XVII века жили, в общем-то, довольно сносно – при том, что физическая урожайность культур находилась на очень низком уровне. (Сам-пять уже считалось хорошим урожаем.) Более того, с началом усиления феодального гнета они бежали… нет, не на Юг – где в то время хозяйничали татары – а на Север. То есть, перемещались из зоны рискованного земледелия в зону земледелия практически невозможного – однако это было лучше, нежели отдавать дань тем самым землевладельцам-феодалам на из междоусобную борьбу. То есть, фактически – своим горбом покупать себе Хаос. Тем не менее, даже на Севере спастись от надвигающейся хаотизации не удалось – поскольку на Россию накатилась еще более глобальная волна указанного ужаса, зародившаяся, как уже было сказано, в Западной Европе. Это давление привело к необходимости создания антихаотических механизмов – иначе говоря, к необходимости обеспечения военной силы, способной противостоять западным армиям – ну, и к развитию государства. (Как мощного антихаотического инструмента) Разумеется, за счет крестьян – в результате чего последние во второй половине XIX века жили хуже, нежели в веке XVI!

Такова была плата за указанное развитие хаотических стратегий – или тех самых «стратегий моря», о которых говорилось в прошлой части. Да, настало время для того, чтобы именовать вещи своими именами. Впрочем, сейчас мало кто не знает, что указанная «трансконтинентальная торговля» изначально была не совсем чистой торговлей, а точнее – крайне нечистой торговлей, довольно близко соприкасавшейся с грабежом. То есть, с чисто хаотическим, а точнее – хаоситским –действием, ведущим к получению значительной локальной выгоды при еще больших глобальных потерях. Тем более, что в настоящее время не является секретом то, что пресловутая «эпоха Великих Географических открытий» (в широком понимании) стала одновременно и временем «Великих Закрытий» для неевропейских цивилизаций. В том смысле, что практически все социумы, которые не относились к Западной Европе, в это время подверглись таким сильным ударам со стороны последней, что по большей степени не смогли этого пережить. Сделать это удалось лишь уже не раз упомянутой России и, наверное, Турции. Все же остальные – включая таких гигантов, как Индию и Китай – рано или поздно, вынуждены были покориться европейскому давлению, основанному на локальной свехэффективности хаотических стратегий. (И лишь благодаря указанной России-СССР смогли, впоследствии, возродится уже в новом качестве.)

* * *

Однако этот печальный, в общем-то, момент во всемирно-историческом плане оказался прогрессивным. В том смысле, что огромная концентрация ресурсов в Европе позволила последней реализовать значительный технологических и научный прорыв, позволивший создать то, что сейчас принято именовать «индустриализмом». То есть – объединить производство в сложный комплекс, охватывающий самые различные области человеческой деятельности, начиная с проектирования и заканчивая доставкой потребителю. Описанная в прошлой части железнодорожная система так же является разновидностью данной концепции – так же, как и более сложная и гораздо более глобальная идея. Идея всеобщего преодоления Хаоса, известная сейчас как… Впрочем, об этом надо говорить отдельно.

Тут же стоит указать на самое главное – на ту особенность, которая так характеризует наш диалектический мир. На то, что как раз достижение каким-то явлением своего максимального уровня означает одновременно и то, что это явление вот-вот будет сменено своей противоположностью. То есть – хаотическая «стратегия моря», она же стратегия получения локального выигрыша, она же тактика завоевания, ограбления и неравнозначной торговли, существовавшая задолго до Нового Времени, в это самое Новое, а затем и в Новейшее время достигла своего максимума. Но одновременно с этим породила своего антагониста – концепцию «упорядоченного мира». Ведь последний, как уже было сказано в течение последних тысяч лет классового мира вынужден был «ютится» в жалких домишках реальных производителей: крестьян, ремесленников. В то время, как настоящие «хозяева мира» жили широкой жизнью хаотизаторов. (Занимаясь лишь дракой друг с другом на различных уровнях – ну, и разумеется, сдиранием по семь шкур с народа.) И лишь в индустриальное время этот самый упорядоченный мир смог «развернуться» в нечто большее. Вначале в отдельные заводы и фабрики – быстро перешедшие с небольших мануфактур в десятки работников в огромные предприятия, где работали тысячи и десятки тысяч. Ну, а потом – в пресловутые корпорации, фирмы, охватывающие сотни тысяч и даже (опосредованно) миллионы людей. И, наконец, после Революции 1917 года – смог выйти на еще более крупный уровень, на уровень целых государств.

Кстати, это касается не только СССР и «стран социализма». На том же Западе периода «советизации» начали возникать такие же «сверхкорпоративные» формы объединения. Например, та же NASA смогла осуществить «лунную программу» только после того, как охватила единым проектом огромное количество отдельных фирм. Другое дело, что реальная способность капиталистических корпораций к кооперативному взаимодействию оказалась близкой к нулю – и поэтому, как только исчез страх перед «Красной угрозой», они довольно быстро вернулись к прежней тактике непрерывной конкурентной борьбы. Но определенное понимание того, что же в реальности является наиболее эффективными, осталось. Тем более, что, как уже не раз говорилось, одновременно с гибелью СССР и одновременно распадом антисоветского и одновременно, «советизированного» консенсуса на Западе происходило возвышение новой капиталистической державы – Китая. Который, в силу именно своей новизны имел возможность не стремиться «вернуться в исходное состояние» согласно принципу Ла Шателье. А напротив, попытаться подняться еще выше в направлении к индустриализации жизни. То есть – использовать еще менее хаотические методы, особенно с учетом того, что основа китайского индустриализма создавалась СССР.

* * *

И хотя понятно, что при этом даже данная страна остается еще ориентированной на хаотические стратегии – только выведенные на более высокий (межгосударственный) уровень, однако это означает исключительно то, что, рано или поздно, но и указанный барьер будет преодолен. В том смысле, что методики по обеспечению комплексного функционирования крупных производственных систем, что разрабатываются сейчас в Китае, так же, как и наработки иных стран (например, Японии, да и тех же европейских государств периода «советизации») смогут стать серьезным подспорьем в плане построения полностью нехаотической производственной системы. (Вместе с тем, что было создано в СССР.) То есть – системы, полностью исключающей грабеж и пиратство вкупе с неравнозначной торговлей и иными вариантами «хаотических систем». И это станет началом окончательного конца того, что можно назвать «средиземноморской цивилизацией» (той, начало которой положено было Древним Римом) или «цивилизацией грабежа». Но, понятное дело, об этом говорить надо отдельно…


Tags: Китай, геополитическое, диалектика, исторический оптимизм, смена эпох
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 198 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →