anlazz (anlazz) wrote,
anlazz
anlazz

Categories:

Виртуальная реальность - как порождение распада СССР

В прошлом посте рассматривался вопрос о том, насколько нынешняя увлеченность виртуальной реальностью является длительным трендом. Иначе говоря, насколько долго будет продолжаться курс на «виртуализацию мира» и когда же мы, наконец-то, окажемся в пресловутой «Матрице». Впрочем, как уже было сказано там – этот момент не наступит никогда, поскольку нынешнее увлечение «искусственными мирами» представляет собой явление локальное, и связанное, в общем-то, с довольно специфическими особенностями нашего бытия. А именно – с тем, что «сложилось» после крушения СССР. Когда, с одной стороны, на рынок были выброшено огромное число новых технологий. (Собственно, разрабатываемых с военными целями – таковыми, например, оказались компьютеры и их сети, да и вообще, сама микроэлектроника.) А, с другой – когда началась реставрация архаичных общественных отношений с демонтажем созданного в советское время «социального государства» и одновременно – со снижения «мощности» социальных лифтов.

В результате которых стал возможен резкий рывок в области компьютерных технологий при социальной деградации, связанной с потерей большинством «свободы воли». (Наемный работник потерял ценность, которую он имел во время Холодной войны, а возможности для начала собственного бизнеса быстро исчерпались в связи с ограниченностью рынков.) Именно на этом фоне был создан указанный «миф о виртуале» - некоем волшебном мире, в котором каждый может найти утешение. Впрочем, он в определенной степени поддерживался уже помянутым быстрым прогрессом в области вычислительной техники и сетевых технологий, дававшим надежду на то, что рост компьютерных мощностей будет развиваться по экспоненте. (Удивительно, но в то время мало кто задумывался, что в основании того же «закона Мура» лежит банальная экономика!)

* * *

Однако всему бывает предел. Наступил он и для «цифрового мира». Точнее, наступил не предел, а некоторое ограничение развития, связанное с тем, что технологический задел, сделанный во время Холодной войны, закончился – а значит, выжимать что-нибудь еще из кремниевого процесса стало гораздо тяжелей. Что же касается «новых направлений» - вроде квантового компьютинга – то они ожидаемо оказались в провале: коммерчески ориентированное производство объективно оказалось незаинтересованным в освоении новаций. Нет, какие-то подвижки тут продолжались и после 1991 года – но они по скорости на порядок отставали от того, что было ранее. Впрочем, то же самое можно сказать и про все остальное «пространство технологий»: «коммерческий мир» оказался способным неплохо «отполировывать» уже созданное, но крайне слабым в плане создания нового. В результате чего даже появилась специфичная форма «современного новаторства», состоящая в том, чтобы взять какую-нибудь идею из прошлого – и попытаться ее «довести напильником» до пригодности применения.

За примерами далеко идти не надо: тут и электромобили, известные еще с позапрошлого века, и солнечные батареи, которые в 1960 годах рисовались, как самая перспективная отрасль энергетики, и пресловутые садящиеся ступени Маска оттуда же – ну, и т.д., и т.п., вплоть до крионики. Порой даже возникает вопрос: кто подарил Маску журнал «Юный техник» за 1960 годы? (Ну, или «Популярную механику» за тот же период.) Впрочем, даже в этом случае реально «довести» технологии до более-менее приемлемого уровня не удается – они так и топчатся по параметрам на уровне 1960-1970 годов, только то, что ранее считалось неудачей, теперь объявляется «достижением». Ну да, сейчас можно выпускать ту же «Теслу», которая за десять лет так и не вышла на состояние прибыльности – поскольку никому толком не нужна при нынешнем состоянии инфраструктуры – и говорит при этом о прогрессе. Или называть «Дримлайнером» самолет, который лет сорок назад воспринимался бы, как банальная модернизация предыдущих моделей, ведущих свою родословную из тех же 1960 годов. Ну, или радоваться тому, что удалось создать смартфон, более тонкий, нежели все остальные – правда, платой за это выступила способность неожиданно взрываться в руках, но это ведь мелочи. (И это при том, что реально толщина данных устройств и так слишком мала для нормальной эргономики – поэтому они постоянно вылетают из рук. Впрочем, для нынешней экономики последнее – благо: чем больше разобьется, тем больше купят.)

Впрочем, вот это явление – умение свои провалы выдавать за «необычайный прогресс» - и есть, главная область, где современная реальность на порядки обходит все остальные эпохи. В результате чего постсоветский мир можно назвать забавным примером «маркетинговой цивилизации». В которой важным становится исключительно умение «впендюрить товар», а производство – второстепенным и недостойным «приличного человека». (Впрочем, подобный эффект –не сказать, чтобы особенно уникальный, но об этом будет сказано отдельно.)Его и так стараются убирать «с глаз долой» - в какой-нибудь Китай, Вьетнам, Бангладеш. Ну, в самом лучшем случае – Южную Корею с Японией. Дескать, пускай эти узкоглазые работают, а мы – наследники Великой Белой Цивилизации – будем заниматься исключительно «креативностью». То есть, в лучшем случае НИОКР, ну, а чаще всего – дизайном, дистрибуцией и маркетингом. (В смысле – будем перепродавать произведенное в Китае в несколько раз дороже.)

* * *

Впрочем, последнее понятно: после гибели СССР наступило насыщение рынков и, прежде всего, высокотехнологичных – которые ранее поддерживались ради соревнования двух держав – и на которых и концентрировались основные «силы человечества». (Так, например, развивалась авиация, космическая и ядерная техника, микроэлектроника и электроника вообще, компьютерная техника и вообще все, что сейчас принято именовать «высокими технологиями».) Это на какое-то время сыграло положительное значение, позволив, как уже было сказано, «выбросить» массовому потребителю разработанные ранее технологические новинки – создав массовый «компьютинг» вместе с сетью Интернет, мобильную телефонию и т.д. Но в долговременном плане, разумеется, оказалось деструктивным – отсутствие потребности вложения средств в high-tech – в настоящий хайтек, а не в его маркетинговую версию – привело к деградации существующих научных и инженерных школ и указанным выше поворотом бизнеса к чисто «продажным» задачам.

Тем не менее, именно «пропускание» идеи «высоких технологий» через маркетинг и пиар и привело к появлению мифа о «технологическом Рае». То есть, о некоем всемогуществе технологий, способных решать все существующие проблемы и обеспечить человеку полное удовлетворение всех его потребностей. (На самом деле, подобное представление является частным случаем гораздо более древней мифологии «технологического оптимизма», известной еще с XIX века, но мы это пока опустим.) То есть – данная идея с самого начала представляла собой вовсе не отображение реальной технологий, а отображение представления данной технологии в «гуманитарных» мозгах разного рода «специалистов по пиару» (двойное преобразование, не шутка). Ну, и в качестве одной из основных проявлений данного мифа и появились пресловутые «виртуальные миры». В смысле, концепция, согласно которой если уж в «текущей реальности» техника окажется неспособной полностью удовлетворить индивида, то это можно будет сделать в «виртуальности». (На самом деле, подобное представление так же не сказать, чтобы новое – идея «искусственного Рая» появилась еще до того, как стало возможным создание 3D-моделей. В качестве примера можно привести «Странные ящики профессора Конкорана» Станислава Лема, написанные в 1960 (!) году, где практически предугадывалось основа «Матрицы». Ну, и заодно – написанный им же «Конгресс футурологов» 1971 года, в котором, правда, «виртуальность» создается химическим путем (реакция на эксперименты с ЛСД), но сути это не меняет.)

Тем не менее, вплоть до «маркетинговой революции» эти самые «виртуальные миры» так и не стали популярными – подобные концепции оставались лишь «нишевыми» для небольшого числа интеллектуалов. (Скажем, первая попытка ввести «виртуал» в массовую культуру, связанная с фильмом 1982 года «Трон», по сути, провалилась – картина осталась незамеченной.) И лишь в 1990 годы данная идея смогла стать по настоящему популярной – породив настоящую волну «виртуалофилии» и «виртуалофобии», завершившейся фильмом «Матрица». То есть – в целом основанием если не появления указанного мифа, то, по крайней мере, основанием его глубокой «инсталяции» в общественное сознание стала именно гибель СССР. То самое явление, которое и породило «современность», как таковую.

* * *

Однако именно поэтому по мере того, как эффект крушения сверхдержавы проходит – а он не может не пройти – и наступает совершенно иная эпоха, связанная с совершенно иными исходными данными – оснований для продолжения господства данного представления становятся все меньше. В конце концов, технологический задел «Золотых десятилетий» подходит к концу, а работать с переполненными рынками приходится совершенно иным образом. (Так, как представители «развитых стран» не работали уже много десятилетий. А вот представители упомянутых азиатских держав-производителей, напротив, научились – серьезно обойдя «старые индустриальные державы», в том числе и в области НИОКР.) Все это серьезно ставит под сомнение адекватность имеющихся в общественном сознании мифологий, в том числе, и «виртуалофильских» вместе с «виртуалофобскими».

В результате чего вот уже несколько лет как актуальными становятся совершенно иные идеи и мифы. Например, те, что связаны с бородатыми мужиками, вооруженными автоматами или «поясами шахида» - которые, удивительным образом, становятся значимым фактором международной политики. (Причем, не только на Ближнем Востоке – на той же Украине такие же «бородатые мужики» с наколками «азова» и прочих фашиствующих формирований определяют политику страны гораздо больше, нежели рафинированные «политтехнологи». Не говоря уж о пресловутых «айтишниках».) Причем, чем дальше – тем сильнее проявляется эта тенденция. Ну, а самое главное – исключительно фундаментализмом она не исчерпывается. Но одно остается верным: чем дальше, тем очевиднее становится, что на будущее влияет огромное число факторов, практически не рассматриваемых в рамках «постсоветизма».

То есть – все «постсоветские прогнозы» по умолчанию оказываются ложными. Ну, а о том, что же истинно – надо говорить отдельно…


Tags: постсоветизм, прикладная мифология, смена эпох, социодинамика, технооптимизм
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 78 comments