anlazz (anlazz) wrote,
anlazz
anlazz

Categories:

О главном кризисе современного мира

В прошлом посте – а точнее, двух постах, посвященных публикациям Фритцморгена-Макаренко – были затронуты довольно важные темы. Например, то, чем же реально выступает современное государство – государство классового общества по отношению к подавляющей массе населения. Или то, что же является реальной целью этого самого общества вместе с государством. В смысле, не то, что принято считать таковой, согласно господствующей идеологии – наверное, все думающие люди прекрасно понимают, что заявления об «отсутствии идеологии» на самом деле являются даже не ложью, а элементом этой самой идеологической системы, выполняющим важную идеологическую функцию – а то, ради чего действительно выстраиваются все эти государственные структуры. То, ради чего осуществляется практически вся деятельность в современном мире – несмотря на нежелание это явно признавать.

Разумеется, это обеспечение конкуренции капитала - точнее, обеспечение самого его существования, без конкуренции невозможное. Поскольку капитал должен непрерывно расти, увеличиваться, захватывая «места» своих соседей, потому, что иное состояние означает для него катастрофу. Да, именно так, поскольку капитал – это не просто деньги. И даже не просто деньги, обращенные в машины, здания, товары и прочие материальные ценности. Нет, капитал – это довольно сложное социальное явление, определяющее взаимоотношение людей в рамках системы общественного производства, а именно – заставляющее одних выполнять волю других, лишающих их воли и превращающих их в instrumentum vocalis. Иначе говоря– это система власти, которая означает возможность отчуждения и аккумулирования человеческого труда, этого самого главного и, по сути, определяющего само существование homo sapiens, явления.

И в рамках указанной системы остановить процесс конкуренции оказывается невозможной – из-за ее фундаментальных свойств. Скажем, из-за того, что реально превращение труда в капитал обеспечивается именно тем, что рабочий получает зарплату, меньшую произведенной им прибавочной стоимости, и значит, никогда не сможет купить те товары, которые он произвел. (Именно поэтому «упрощенная схема капитализма», включающая только одну фабрику, неработоспособна.) Поэтому для успешной работы системы количество покупателей всегда должно расти. То есть, в систему должны вовлекаться или рабочие иных капиталистов – которые будут, соответственно, разоряться. Или же представители иных форм производственных отношений – скажем, крестьяне, чья прибавочная стоимость обеспечивается исключительно личным трудом. Последнее, впрочем, так же представляет собой конкурентный процесс, в конечном итоге приводящий к деградации некапиталистических форм и замене их капиталистическими. (Как, например, это произошло в Индии.) Не говоря уж о том, что за подобные «архаичные» куски идет та же конкуренция капиталистов, именуемая «колониальными войнами».

* * *

Подобная особенность господствующей классовой системы общественного устройства была открыта еще Марксом, и, собственно, легла в основание созданной им социодинамической модели. Той самой, что в конечном итоге приводит к Мировой Революции – процессу глобального переустройства мира, затрагивающего все его основания. (И, прежде всего, отменяющего описанный выше процесс отчуждения.) Правда, можно сказать, что в XX веке (на самом деле, еще в XIX, во времена Маркса, о которой он хорошо знал) была придумана еще одна возможность существования подобного общества – а именно, возможность государственного стимулирования покупок – которая, вроде бы, позволяет обойтись без жестоких драк и кризисов. Но это представление ложное, поскольку государство может брать деньги или в виде налогов – с тех же рабочих, которые в итоге получают еще меньше средств. Или же в виде кредитных обязательств – что лишь отдаляет неизбежный предел, однако делает его еще серьезнее.

Ну, или же есть еще путь инфляции – при котором каждый год количество денежных купюр все больше увеличивается. Но этот процесс имеет очевидные ограничения – которые сейчас хорошо известны.
(Разбирать их, разумеется, надо отдельно – поскольку это крайне сложный процесс. Можно только сказать, что в фундаментальном смысле инфляция ничем от налогов не отличается – ее так и называют: «налог на бедных».) А самое главное - даже в этом случае конкуренция не исчезает, она просто переходит на новый уровень. Например, в плане обеспечения захвата своими деньгами чужих рынков – в результате чего удается «перебросить» свою инфляцию в иные страны. Наверное, не надо говорить, что этот фактор является для тех же США основным способом существования.

То есть – volens nolens, но какой бы путь обеспечения роста капитала не применялся, везде он сводится к одной и той же необходимости: необходимости отобрать некое «благо» у соседа. (Рынок сбыта или дешевые ресурсы, что позволяет снижать себестоимость опять-таки, для расширения рынка сбыта.) И значит, чем дальше –тем больше сил уходит именно на эту задачу. Да, когда рынок еще не заполнен или заполнен множеством «слабых агентов» – например, в начале существования капиталистической системы – то его еще можно рассматривать, как систему, направленную на удовлетворение потребностей покупателей. (Впрочем, опять-таки, платежеспособных покупателей – что все равно, превращает «линейную» экономику в совокупность самозамкнутых структур, не представимых при помощи формальной логики.) В случае же «развитого капитализма» говорить о том, что эти потребности вообще могут кого-то волновать, разумеется, смешно. Нет тут никаких потребностей вне стремления экономических акторов продавать свой товар – и продавать любой ценой. (Не важно, через агрессивный маркетинг отдельным субъектам или через прямое государственное участие, в том числе, и коррупционное – важно, что ни в каком случае реальные проблемы покупателя не учитываются.)

* * *

В общем, подводя итог, можно сказать, что основанием современной экономической системы является непрерывное «движение вверх», к увеличению капитала – которое выражается во «всеобщей войне всех против всех». При этом реальное, изначальное основание экономики – то, что Аристотель именовал «экономией» (в противовес хрематистике) - т.е., система обеспечения самого существования человека – оказывается далеко вторичным. (В лучшем случае – поскольку, например, в случае утилизации ее вообще не учитывают.) Это главный признак того, что можно назвать процессом «вырождения» системы классового общества: разумеется, конкуренция существовала всегда и везде, но в течение тысяч лет она охватывала только небольшое число участников. Аристократию, государственных служащих, богатых купцов – даже ремесленники, не говоря уж о крестьянах, продолжали существовать в рамках указанной «экономии», т.е., честно создавали своим трудом материальные ценности и за счет этого жили. Разумеется, им приходилось отдавать большую часть своих благ указанным «высшим», однако друг с другом никакой конкуренции – то есть, получения благ за счет соседа – для большей части населения не было. (Правда, в определенных условиях – при концентрации людей в городах – возникали отдельные «хрематитические» зоны, вроде Древнего Рима, но они были ничтожными по отношению к всем остальным.)

Ну, а вырожденное состояние неизбежно приводит к концу. Концу указанной классовой, конкурентно-иерархической системы, которая обязательно должна разрушится под действием все повышающегося давления указанного процесса, со временем захватывающего даже витальные ресурсы. Ну а затем, разумеется, на основании собранных за это время ресурсов – предназначаемых для указанной «вечной борьбы всех со всеми» - будет создана совершенно иная система. Зародыши которой давно уже существуют в недрах нынешнего общества, но по причине подавления их конкурентной машиной, разумеется, не могущие развернуться во что-то реальное. Впрочем, подобный процесс, разумеется, требует отдельного большого разговора. Тут же, завершая поставленную тему, можно сказать только о том, что указанные системный кризис капитализма, да и всего классового общества, как такового, вызванный его же системными, фундаментальными особенностями чем дальше – тем становится очевиднее. И тем сложнее его апологетам – то есть, глубоко интегрированным в конкурентную борьбу лицам, желающим собирать крошки с этого пира Хаоса – становится выступать в его защиту.

И вот уже Фритцморген (будь он не ладен), говоря об «ужасах венесуэльского социализма» - которые, если честно, вовсе не ужасы, и вовсе не социализма – вынужден присовокуплять, что, дескать, мы не должны скатываться в социал-дарвинизм. (Потому, что умный и знает, что еще чуть-чуть, и за проповедь «свободной конкуренции» будут просто бить морду.) И более того, в качестве примеров для подражания предлагает еще «советизированную» Европу, или же находящийся в начале (относительном) рыночного пути Китай. (Кстати, так же имеющий немалое количество «советизированных» подсистем, вроде образования.) Правда, это пока. Пока еще сохраняется влияние «советизации» и отблески «золотых десятилетий» еще хорошо видны человечеству. (А там, как говорил Ходжа Нассредин, или падишах умрет или ишак сдохнет.)

Но сути это не меняет…


Tags: капитализм, смена эпох, социодинамика, экономика
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 198 comments