anlazz (anlazz) wrote,
anlazz
anlazz

Category:

Еще о "модернизации образования" и основных ее проблемах. Часть вторая

Для того, чтобы понять: что же реально несет принесение в образовательную систему принципа «черного ящика», следует указать, какая же у указанной отрасли основная задача. Разумеется, это может показаться несложным: известно, что образование должно давать знания. Но данная несложность ошибочна – хотя бы потому, что, как можно легко догадаться, всех имеющихся знаний ни одна образовательная система дать не может. Более того, даже сознательное сужение указанного «пространства знаний» до «того, что может пригодиться на работе» - или, как любили говорить в свое время, до того, что «полезно в жизни» - так же оказывается недостаточным. Поскольку даже конкретные профессиональные навыки, коим граждан обучают в разного рода вузах, техникумах и ПТУ, на самом  деле оказываются далеко не столь нужными, как это кажется на первый взгляд. Хотя бы потому, что существует известный и неустранимый временной лаг между тем, что применяется в производстве – и тем, что введено в образовательную систему.

Поэтому даже в рамках системы профессионального образования надеяться на то, что можно дать человеку все умения, необходимые ему для полноценной работы – нельзя. Тем более, нельзя предположить, что эти навыки – даже если бы каким-то таинственным образом их можно было «привить» - оказались бы достаточными для многих профессий. Поскольку развитие технологий части ведет к тому, что уже через небольшое время еще недавно «современные» технологии оказываются устаревшими. (И это даже не учитывая самое главное – то, что конкретная технологическая потребность на конкретном предприятии оказывается связанным с огромным количеством сторонних факторов, учесть которых в системе образования невозможно.) Именно потому идея о том, что «школа должна давать нужные знания», давно уже признается недостаточной. (Точнее – довольно условной.) А вместо нее все чаще выдвигается концепция, согласно которой школа должна давать не знания, как таковые – а умения их получать. Иначе говоря, школа должна учить учится.

Но ведь может показаться, что пресловутая «модернизация» - то есть, стремление заменить «старые», «ручные» способы решения образовательных задач на современные, «компьютерные» - преследует именно подобную цель. И что идея, согласно которой надо не заучивать таблицу умножения, а учиться сразу пользоваться калькулятором, а то и компьютером, поскольку в «большом мире» обстоит дело именно так, лежит как раз в рамках указанного пути. Однако тут существует одна очень важная тонкость, которая меняет ситуацию на противоположную. А именно – для того, чтобы, как было сказано выше, «учить учится», надо, прежде всего, понять – что указанная возможность существует. То есть, что мир познаваем, что он вполне изучаем – хотя может быть не до конца изучен. А главное – то, что в процессе этого изучения можно научиться указанный мир изменять. Иначе говоря, необходимо то, что может быть названо «расколдовыванием» окружающей реальности.

* * *

Собственно, указанное «расколдовывание» и выступает основной задачей школы – причем, уже довольно давно. Ведь, если честно, то значимые для будущей работы навыки она перестала давать уже больше века назад – когда умение чтения и письма перестали, сами по себе, выступать профессиональным характеристиками. Все же остальное – вся эта физика и химия, биология и математика – с самого начала рассматривались лишь как «введение в предмет». Никакой практической ценности они не имели даже начале прошлого века: скажем, вряд ли кто в тех же 1920 годах  мог всерьез утверждать, что человек, закончивший среднее учебное заведение, знает ту же физику хотя бы на инженерном уровне. (То есть, на минимальном уровне, необходимом для применения в трудовой деятельности.) Разумеется, нет – даже студент, окончивший соответствующий факультет, считался готовым к подобным вещам весьма условно. И лишь длительная техническая или научная работа по данному направлению становилась тогда – так же, как и теперь – признаком компетенции. (Точнее сказать – становилась тогда, поскольку «теперь» в науке реальные проблемы, но о них надо говорить отдельно.)

Однако при этом никто не сомневался в том, что указанная физика (или биология, или химия) в школе нужна. Дело в том, что человек, изучающий указанные предметы, получал тут самое главное знание – а именно, знание о том, что существует возможность познать сущность тех или иных явлений окружающего мира. И вывести на основании этого знания некие твердые законы – которые, в дальнейшем можно использовать во время «настоящей» работы. И главным итогом введения всеобщей образовательной системы было вовсе не то, что люди теперь имели возможность ознакомиться с тригонометрией или пищеварительной системой круглого червя – а то, что они получали представления, как реальность реагирует на те или иные изменения, как происходит процесс «управления» ей. И – что не менее важно – как он не происходит. (К примеру – что дожди происходят из-за каких-то атмосферных процессов, а вовсе не из-за камлания шаманов или иных форм магических действий. )

То есть – образование прививало людям тот самый «стихийный материализм», который является неизбежным при активной трудовой деятельности, однако в «сложном обществе» оказывается неочевидным. (Это раньше плотник мог верить в сотни божеств, духов и демонов. Но в своей работе он знал, что все –или почти все –зависит от его рук и топора.) Однако при пресловутой «виртуализации» школы – к которой, собственно, и стремятся все современные ее «модернизаторы» - как раз данная особенность и теряется. А точнее, наоборот – образование приобретает значительные «магические черты», связанные с  распространением уже помянутой схемы «черного ящика». Ведь что такое этот самый «ящик» - не важно, калькулятор, компьютер с неким симулятором, или «всеведающий Гугл»? Это – практически прямой аналог магических сил, в рамках взаимодействия с которыми некий «знающий» (маг) формальным образом задает им определенные задачи, а они их решают. (Собственно, в случае с «хелло гуглем» даже внешние признаки вопрошающего практически не отличаются внешних признаков практикующегося мага.)

* * *

Разумеется, как уже говорилось, в обыденной жизни подобные вещи случаются на каждом шагу – в том числе, и в плане трудовой деятельности. Никому не надо знать, как работает холодильник, чтобы пользоваться им, равно как не надо иметь представление о работе компьютера или даже атомного реактора, чтобы обеспечивать их функционирование. (Разумеется, если разработчики приложили определенные усилия для того, чтобы блокировать нежелательные ситуации. Хотя, как показывает тот же Чернобыль, при определенном желании можно и кнопку скотчем залепить…) Однако это в обыденной жизни, для которой важен результат – а не путь его достижения. Для образования – как это сказано выше – цель совершенно иная. И для нее важным оказывается именно способ достижения результатов – недаром опытные педагоги всегда смотрят на ход решения задачи, а не на полученный ответ. И вместо известного принципа «свертки операции», сведения ее к максимально простому варианты – вроде «нажатия кнопки», а остальное сделает автоматика – тут необходимо, напротив, «развертывать» ее, доводить до самых примитивных и очевидных действий. Поэтому применение идеи «черных ящиков» тут – концепция, безусловно, деструктивная и полностью обесценивающая смысл школы.

Кстати, тут нельзя не упомянуть двух людей, которые наиболее четко понимали данную задачу педагогики. Один – это, конечно же, великий (ИМХО – величайший в истории) педагог Антон Семенович Макаренко. Который построил уникальную систему, превращающую малолетних преступников – причем, порой крайне тяжелых: убийц и грабителей – не просто в законопослушных граждан, а в высококвалифицированных (по нормам своего времени) специалистов. И это при минимальных затратах ресурсов – в том числе, и педагогических. Так вот – основой системы, созданной Макаренко, являлось максимальное вовлечение учащихся в трудовую деятельность, причем, трудовую деятельность неотчужденную. Этот принцип «сработал» дважды: и в колонии имени Горького, и в коммуне имени Дзержинского – но, к сожалению, оказался невозможен для «массового тиражирования» из-за своего кардинального отличия от «традиционных принципов образования». Поэтому все попытки внедрить «макаренковскую педагогику», предпринимаемые после смерти Антона Семеновича, накрылись «медным тазом»: передать школьникам «в руки» действующий завод, разумеется, никто даже не пытался – слишком высоким казался риск. (Все попытки вовлечь учащихся в «производительный труд» оказывались связанными с предоставлении им отдельных  некритических участков производств – что лишь дискредитировало идею.)

Ну, а второй – это, разумеется, Иван Антонович Ефремов, великий советский ученый и фантаст, который, конечно, не создал полноценной образовательной системы. Однако в своих произведениях так же полагал крайне важным для образования именно работу «руками», а так же работу «с природой». Собственно, в той же «Туманности Андромеды» при упоминании школ говорилось как раз о том, что учащиеся занимаются трудовой деятельностью: строительством «старинного корабля» и шлифовки оптических стекол. И это при том, что, касаясь реальной производственной деятельности в «своем мире», он постоянно подчеркивал ее полную автоматизированность. Более того, стоит понимать, что даже в 1950 годах предложенные им идеи применения ручного труда в педагогике смотрелись весьма архаично: в это время развитие техники уже позволяло даже многим рабочим не  «работать руками». Ну, а разного  рода футурологи и «передовые педагоги» представляли проекты «школ будущего», целиком основанных на разного рода «информационных технологиях». (Вычислительных машинах и других разнообразных автоматах, радио и телевизионной технике.)

* * *

То есть, уже тогда большинство людей считало, что раз окружающая жизнь «виртуализируется» (несмотря на то, что такого слова еще не было, но тенденция уже была), тоже самое должно происходить и с образованием. Правда, из-за колоссальной инерции подобной системы до фактической реализации указанного процесса «дошли» лишь к 1990 годах. (До этого были лишь мечты, однако мечты, идущие в одном конкретном направлении – вплоть до концепции «гипнотической загрузки знаний в мозг», ставшей популярной в 1960 годы.) Так что можно сказать, что современные «модернизаторы» образования на самом деле наследуют достаточно давней традиции.

Впрочем, как уже не раз говорилось, образование от этого только ухудшается –поскольку его основная роль, то самое «расколдовывание мира», признание его познаваемости и изменяемости – от данной «виртуализации» только падает. И в результате чем дальше, тем больше становится в нашем мире людей с магическим представлением о реальности – причем, не только в рамках традиционного оккультизма и т.д., но и в применении у той же самой техники. Как уже говорилось, «черные ящики» вокруг нас постепенно «выбивают» последние остатки «расколдованного мира». И в настоящее время «маги» практически завоевали мир. (Скажем, все идеи о том, что информационные технологии способны радикально изменить мир – вплоть до нынешней паранойи с Big Data – это следствие именно указанного магизма.) Результат всего этого, впрочем, оказывается одним и тем же – как уже не раз говорилось, происходит нарастающая деградация созданной в «золотые десятилетия» системы. А точнее, систем – образовательной (рекурсия, однако), производственной, медицинской, научной и даже военной. (Разумеется, речь идет о т.н. развитых странах.)

В общем, магия и ее сестра виртуальность, в конечном итоге оказываются бессильными перед текущим миром – в полном противоречии всем современным «постмодернистским» теориям. Ну, а о том, к чему это в конечном итоге приведет, разумеется, надо говорить отдельно…


Tags: образ жизни, образование, общество, прикладная мифология, теория инферно
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 75 comments