anlazz (anlazz) wrote,
anlazz
anlazz

О расколах в коммунистическом движении (к поднятой Синей Вороной теме). Часть первая

Не так давно Яна Завацкая – Синяя Ворона – написала интересный текст о расколах (1, 2) в коммунистической движении. Которые она обозначила как: первый раскол – «троцкистский», второй раскол – «маонистский». Однако, основное внимание Яна обратила на «второй раскол» - посчитав первый слишком известным и давно уже разобранным. Собственно, это так и есть – наверное, вот уже лет двадцать нынешние сторонники коммунистического движения с увлечением выясняют: кто из них троцкист, а кто – сталинист. То есть, указанное деление на постсоветском простаранстве – это не мейнстрим даже, а что-то вроде давно уже покрывшейся пылью обыденности, которая надоела до такой степени, что поднятие ее в очередной раз вызывает только зевоту.

Тем более, давно уже очевидным стал факт, состоящий в том, что основной смысл указанного деления состоит скорее в оскорблении путем включения в ту или иную категорию. То есть, если кто-то кого-то называет «троцкистом» или «сталинистом» - то, с огромной долей вероятности он делает это с «ругательной» целью. Впрочем, «сталинизм» в последнее время, вроде бы, понемногу реабилитируется – хотя в современной левой среде попадается немало людей, которые как раз его и «не жалуют». (Имеется в виду, в российской левой – на Западе, как пишет та же Завацкая, обвинение в «сталинизме» среди левых является одним из тяжелейших оскорблений.) Но вот «троцкизм» у нас до сих пор выглядит практически «чистым» ругательством – настолько, что мало кто решается заявлять прямо и открыто: я троцкист. (Даже Кагарлицкий с его многочисленными дифирамбами Льву Давыдовичу это не отваживается сделать.)

Впрочем, это неудивительно – за последние лет тридцать именно Троцкий стал, наверное, главным «политическим пугалом» среди всех коммунистических деятелей. Сложно даже сказать, какие обвинения ему не предъявляли – кажется, писали даже о его каннибализме! (Ну да, как тут не вспомнить о том, что пресловутый «кровавый навет» еще лет двадцать назад обсуждался вполне серьезно – причем, среди тех лиц, которые считали себя «советскими».) Ну, а о том, что указанный политик кем только не был обозван «главным врагом русского народа», можно даже не упоминать. Причем, опять таки, это касалось и «правых» самых разных мастей – начиная с либералов и заканчивая националистами. (Правда, либералы тут выступали не за русских, а против коммунистов – но сути это не меняет. Троцкого они ненавидят не в меньшей мере, нежели сторонники «чистоты славянской расы».) Однако, помимо указанной категории, «анафему» «Льву Революции» принято высказывать и тем, кто, вроде бы, выступает сторонником Советской власти. Например, это относится к разнообразным «красным имперцам», для которых Троцкий оказывается чуть ли не самым главным врагом СССР – гораздо более опасным, нежели все белогвардейцы, вместе взятые. (Точнее, Белые для «красных имперцев» выступают людьми, в общем-то, союзными Красной Империи. Однако растерявшимися и не смогшими выбрать нужный путь - или запуганными указанным жутким «Львом».)
* * *

Но самое интересное и забавное тут, разумеется, то, что в реальности данная характеристика Троцкого – то есть, восприятие его в качестве зловещего еврея и русофоба – практически полностью совпадает с тем образом, что в свое время был создан именно в белогвардейской среде. Поскольку как раз для белых пресловутый Наркомвоенмор и председатель Реввоенсовета воспринимался самым главным врагом. Во многом это, конечно, было связано с его национальностью – что не удивительно, если учесть тот уровень антисемитизма, что был характерен для «образованных сословий» Российской Империи периода ее гибели. Но даже без учета данного факта «троцконенавистничество» белых было совершенно естественным: представители данной среды были, в большинстве своем, буквально «зациклены» на военном деле и военной иерархии. Поэтому формально «гражданская администрация» РСФСР во главе с Лениным стояла для них по статусу ниже, нежели «главнокомандующий» Красной Армии. (То, что подобное представление о главе РВС не соответствовало реальному его статусу, разумеется, тут не учитывалось. ) Именно поэтому они считали именно его – а не других ведущих большевиков – главным источником своих бед.

Ну, и разумеется, именно это самое представление белые перенесли в эмиграцию. После чего начался уже не раз описанный мною процесс, в результате которого именно их – этих самых бежавших из России участников Белого Движения – идеи и мысли стали основанием для формирующегося на Западе образа СССР. И даже последующее «падение» Троцкого, приведшее, в конце концов, к высылке его из страны, мало что тут поменяло. (Так как оторванное от всех корней, и лишенное вообще какого-либо смысла, «информационное пространство» российских эмигрантов с самого начала было чисто мифическим, оторванным от всякой «материальной основы».) Так что образ Троцкого-Бронштейна в виде кровавого «Мефистофеля», приносящего обильные «благородных людей с хорошими генами» в жертву «Черным богам революции», навсегда закрепился в господствующей на Западе концепции Гражданской войны в России.

Ну, а когда через множество десятилетий именно этот самый «образ СССР» был оттранслирован обратно в страну (о том, почему и как это произошло я уже писал), то на его основании и был создан тот самый образ Троцкого, ставший стал столь популярным среди правых и «имперцев» самого различного толка. Разумеется, к реальному политику этот образ имел крайне отдаленное отношение – что превратило бывшего Наркомвоенмора в одну из самых мифологизированных фигур в советской истории. Еще раз – миф о Троцком с самого начала не имел никакого отношения к его реальному прототипу. Причем, его разрушить не смог даже сам герой, после своей высылки из СССР попытавшийся встроиться в западную политическую систему. (Собственно, и встроиться ему так и не удалось – созданный им Четвертый Интернационал так и не стал значительной политической силой.)

Тем не менее, говорить о реальном Троцком и его значении для коммунистического движения надо отдельно. Тут же стоит сказать, что именно из указанного белогвардейского мира и происходит пресловутый образ «первого врага России», готового кинуть ее в топку пресловутой Мировой Революции. (Кстати, что такое: кинуть в топку? Использовать Красную Армию для наступательной войны с мировой буржуазией? Но Лев Давыдович, при всем неоднозначном к нему отношении, вряд ли мог быть клиническим идиотом – и хоть примерно, но должен был осознавать соотношение сил РСФРС/СССР и т.н. Западных стран.) Который оказался столь популярным в конце 1980 годов – но даже сейчас имеет немало своих сторонников. (Парадоксальным образом поднимающих образ данного политика на недосягаемую высоту, рисуя его настоящим «князем Тьмы» - то ли агентом мирового сионизма, то ли супершпионом, работающим на все известные разведки, то ли вообще, ставленником неких потусторонних сил.)

* * *

Впрочем, можно сказать, что образ Сталина в господствующем общественном сознании является так же практически целиком «стянутым» из того же самого источника. (Т.е., из уже помянутого западного представления о СССР, сформированного, в свою очередь, на основании концепций белоэмигрантов, бежавших после завершения Второй Мировой войны гитлеровских пособников, а так же разнообразной шушеры, «выбиравшей свободу» во время Холодной войны.) Так что, если честно, то даже знаменитая хрущевская «десталинизация», в формировании современного антисталинизма сыграла, по сути, второстепенную роль: ну да, пресловутые «шестидесятники» в определенной мере сформировали свои «антисталинские» взгляды под ее воздействием. Но они были немногочисленны, а для большинства населения СССР данный исторический деятель вплоть до 1980 годов был, в принципе, не актуален. Ну, может быть, представители старшего поколения любили «отсылать к Сталину» при столкновении с имеющимися недостатками. Типа «Сталина на вас нет» - но это было так архитепично, что мало пробуждало интереса к давно уже ушедшему в мир иной советскому руководителю.

Реальная же раскрутка концепции «кровавого тирана» началась лишь во время Перестройки. Причем, если честно, то ИМХО, первичным в данном процессе стало именно отрицание существующих порядков –на которое уже натягивались исторические» события. То есть, вначале (где-то в конце 1970-начале 1980 годов) появилось ощущение, что «так жить нельзя» - а затем под него было подобрано объяснение, что это из-за «нехорошего Сталина». Что же касается «постфактных» заявлений ряда советских деятелей – вроде Яковлева – что «бренд сталинизма» раскручивался специально, что это был «хитрый план», имевший цель «Лениным бить по Сталину», то принимать их всерьез сложно. Поскольку это выглядит самой откровенной попыткой «перейти на сторону победителя», т.е., показать свою значимость для западной элиты – что стало необходимым после гибели СССР. В реальности же вероятность реализации подобных планов минимальна – как вообще, вероятность реализации любых, сколь-либо сложных планов позднесоветской элитой.

Так что, можно сказать, что в «столкновении троцкистов и сталинистов» - столь популярных среди коммунистов бывшего СССР – в подавляющем случае речь идет о сторонниках совершенно «искусственных» образов, имеющих крайне слабое отношения к своим «оригиналам». (И созданных ярыми ненавистниками всего советского вообще.) Именно отсюда получается, что «с одной стороны» выступает еврей-русофоб-оккультист, желающий принести Россию в жертву ради Мировой Революции вообще, и уничтожить всех людей с «хорошими генами» в частности. А с другой – «кровавый тиран» и «параноик», мечтающий исключительно об уничтожении своих противников, да еще и максимально извращенным образом. (И так же ненавидящий «людей с хорошими генами».) Хотя в последнем случае встречается и «отзеркаленный вариант», выступающий инверсией изначального антисталинского мифа. (В результате чего получается некий «криптодворянин», имперец, желающий восстановления прежней России под новым именем. Разумеется, понятно, что и этот образ с реальностью так же не имеет ничего общего.)

* * *

Ну, и разумеется, понять суть пресловутого «раскола» исходя из указанного столкновения фантомов оказывается невозможным. Поскольку получается, мягко сказать, странная картина – в которой та или иная «сторона» (а зачастую и обе «стороны») представляются борцами против откровенно бредовых идей. Например, с якобы троцкистской концепцией «бросить Россию в топку Революции» для Троцкого – что в «пересчете» на «ту» реальность значило бы только одно: бывший Наркомвоенмор окончательно «поехал крышей». Или с якобы сталинской идеей «построения социализма в отдельно взятой стране» - которая трактуется, как отказ от Мировой Революции и начало построения «национального государства». (Тут еще должна быть отсылка к неистовой любви позднесоветского/постсоветского человека к понятию «нации», но об этом надо говорить отдельно.) Поскольку приписывать такое человеку, в реальности создавшему, по сути, «мировую систему социализма» и запустившему распад колониального мира, очень и очень странно. Так что можно было бы сказать, что за указанной проблемой отсутствует какое-то реальное содержание, а пресловутый «конфликт троцкистов-сталинистов» на самом деле есть просто фантомное порождение постсоветского мышления.

Тем не менее, некое, причем весьма важное противоречие, скрытое под данным «конфликтом», действительно имеется. Только суть его состоит вовсе не в том, что обычно бросается в глаза и что принято считать «главной проблемой коммунистического движения». Однако об этом будет сказано несколько позднее…


Tags: Завацкая, Сталин, Троцкий, антиконспирология, антисоветизм, классовая борьба, левые, постсоветизм, прикладная мифология
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 220 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →