anlazz (anlazz) wrote,
anlazz
anlazz

Categories:

Почему в позднем СССР не было сто сортов колбасы

Товарищ Буркина-Фасо опубликовал пост , посвященный известной «колбасной проблеме» в СССР. Где привел пример каталога мясных изделий из 1930 годов. Каталог этот крайне занимательный – правда, смотреть его на голодный желудок не рекомендуется. Поскольку содержит он 68 видов самых разнообразных колбас – начиная с дешевых ливерных, и заканчивая какими-то невероятными изделиями высших сортов с добавлением цельных языков. После чего сразу хочется бежать в магазин и купить там чего-то подобного. Однако, как можно легко догадаться, данное желание неизбежно оказывается невыполнимым – поскольку найти на современных прилавках что-то, стоящее близко с изображенным, совершенно невозможно.

Почему – наверное, объяснять не надо. Но если кому непонятно, то можно напомнить, что ни в одном из приводимых мясных изделий нет ни грамма соевого белка. И разного рода мясокостной эмульсии тоже нет – даже в дешевых ливерных. А состоят «сталинские колбасы», в основном, из мяса – ну, может быть, с добавлением субпродуктов. (Для ливерных.) Впрочем, кажется, сейчас это отличие объяснять никому не надо – в том смысле, что даже для «либералов» соево-эмульсионный состав современных «пищевых изделий» не является секретом. (Другое дело, что они считают, будто имеется возможность купить что-то другое – пускай и за бОльшие деньги.) Так что в плане качества «совок» из 1930 годов однозначно оказывается в преимуществе.

* * *

Впрочем, о данной проблеме я уже говорил не раз – и поднимать ее тут не буду. А лучше обращу внимание на иное – на то, что указанный каталог не случайно происходит именно из 1930 годов. Впрочем, есть что-то похожее из 1950 – то есть, данное многообразие вкусов существовало в СССР только при Сталине. В позднесоветское время о чем-то подобном оставалось только мечтать – например, в том же посте Буркина-Фасо публикует фото из 1980 годов, где присутствует только 17 наименований колбас. (Да и то, из них 5 позиций относятся к мясопродуктам иного типа, вроде бекона и корейки. В 1930-1950 годы для них был отдельный каталог.) И хотя понятно, что по качеству советская колбаса сорокалетней давности была все равно на порядки лучше всего, что было сейчас – но число ее разновидностей к данному периоду действительно сильно сократилась.

Указанная закономерность, разумеется, коснулась не только мясных изделий. В том смысле, что сокращение ассортимента производимых продуктов (и не продуктов) за последние два десятилетия существования СССР действительно было ощутимым – хотя, казалось бы, должен был идти обратный процесс. В том смысле, что в стране существовали целые институты, которые занимались тем, что усовершенствовали имеющиеся методы производства и изобретали новые виды товаров. Впрочем, собственно, так оно и было – новые товары действительно появлялись, причем регулярно. (В том числе, и в продуктовых магазинах) Однако одновременно с этим шел обратный процесс с товарами «старыми» - даже при условии, что они были очень востребованными населением. И связано это было с тем, что именно оно в послесталинский период страна переживала очень серьезную перестройку в плане производства. А именно - переход к производству массовому.

Вследствие чего изготовление одного вида изделий стало требовать достаточно крупных вложений – создания соответствующих производственных линий. Это, конечно же, было выгодным – поскольку производительность труда при этом росла, себестоимость падала, а качество становилось стабильным. Но вот разнообразие производимых товаров при этом неминуемо снижалось. Причем, чем совершеннее становились технологии, тем серьезнее был удар по указанному многообразию. Именно поэтому пресловутое «сталинское изобилие» товаров постепенно уходило – сменяясь менее широкому, зато более доступному ассортименту «застойных» магазинов. Это касалось практически всех отраслей, производящих т.н. «продукцию народного потребления». Механизация и автоматизация тут – так же, как и других отраслях - неизбежно означало стандартизацию. То есть, ограничение ассортимента изделий.

* * *

Разумеется, после всего этого может возникнуть вопрос: а как это решалось во всем остальном мире? В том смысле, что там-то – как известно было каждому советскому человеку – разнообразие товаров зашкаливало. Впрочем, особого секрета тут нет. Западный рынок являлся на порядок (порядки) более широким, нежели «рынок» советский, а значит, тут можно было запускать условно не одну автоматизированную линию по изготовлению тех же колбас, а десять и более. Ну, и разумеется, не стоит забывать, что уже в 1950 годы в капиталистических странах были выработаны методы создания «ложного разнообразия». Т.е., способы когда создания «иллюзии выбора» при том, большая часть товаров практически не отличается по своим качествам. (И по используемым в производстве технологическим процессам.) Впоследствии – в 1990-2000 годы – это привело к тому, что самые «разнообразные» (якобы) устройства стали изготавливаться в одних и тех же цехах у одних и тех же китайских производителей. (Только шильдики разные клеили.) Но даже в 1960-1970 годы этот процесс очень сильно изменил существующий рынок. (Приведя к реальному сокращению разнообразия товаров при видимом взрывном росте ассортимента.)

Впрочем, говорить о том, что происходило в капиталистических странах, надо отдельно. Тут же, подводя итог, следует обратить внимание на самое главное. А именно, на то, что для нашей страны переход к массовому типу производства оказался крайне неоднозначным явлением. Хотя бы в том смысле, что он привел к серьезному сокращению ассортимента производимых товаров – что, в свою очередь, вызвало уже не раз описанное недовольство граждан. И хотя общее качество удовлетворения потребностей этих самых граждан при этом повысилось – скажем, ту же колбасу в 1980 годы стали есть намного больше, нежели в 1950 или, тем более, в 1930 годы – но субъективно отсутствие выбора сыграло вполне очевидную роль для формирования негативного образа СССР. (Особенно по сравнению с Западом.) Ну, и разумеется, последнее оказалось не последним в рамках захвата общественного сознания антисоветским мировоззрением.

Впрочем, тут стоит сразу же указать на тот момент, что никакой очевидной альтернативы указываемому переходу у СССР не было. (То есть – даже при большом желании удержать «сталинское изобилие» для модернизируемой страны вряд ли удалось бы.) Поскольку, во-первых, как уже говорилось, это было единственным способом обеспечить населением дешевым и качественным продуктом. (Тут не следует забывать, что за последнее тридцатилетие советской истории социальное устройство общества поменялось довольно сильно – например, число сельского населения стало меньше, нежели городского, при том, что город, сам по себе, практически «оторвался» от села. Что, в свою очередь, привело к значительному изменению процесса потребления.) Ну, а во-вторых, поскольку идущие в стране – а точнее, во всем мире – процессы, связанные с воздействием «советской тени», привели к очень серьезным изменениям в производственной структуре. В связи с чем поддержание «доконвейерных» технологий стало невозможным. (Несмотря на то, что в плане сбалансированности экономики «позднесталинский» ее тип был одним из наилучших.)

* * *

И единственным способом избежать серьезных проблем тут оказывалось лишь кардинальное движение вперед, к совершенно иному типу производства. Но, как уже было сказано в прошлом посте, подобная возможность появилась слишком поздно…


Tags: СССР, антисоветизм, потребление, прикладная мифология, смена эпох, социодинамика
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 228 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →