anlazz (anlazz) wrote,
anlazz
anlazz

Category:

Итоги прошедшего года. Часть третья. Социальная

Наверное, если бы стояла задача выразить то, что происходит с миром последних двух-трех лет короткой фразой, то наилучшим вариантом тут была бы фраза из Второго Послания апостола Петра:
«…Но с ними случается по верной пословице: пес возвращается на свою блевотину, и вымытая свинья идет валяться в грязи…»
Ибо невозможно лучше выразить сущность происходящих сейчас перемен, поразительно напоминающих описанные выше попытки. В качестве «вымытой свиньи» тут, разумеется, подразумевается нынешнее капиталистическое общество, которое очень долгое время демонстрировала нам определенные элементы социалистических отношений. Те самые, которые принято было именовать «социальным государством» или «государством всеобщего благосостояния».

Впрочем, до недавнего времени эта самая демонстрация была удачной – в том смысле, что очень многие реально поверили в то, что при капитализме действительно возможен высокий уровень социального обеспечения для большинства. Появилось даже особое понятие: «скандинавский социализм» - означающий капиталистическое общество с высоким уровнем социальной защиты. Причем, наиболее популярным оно оказалось у позднесоветских граждан, для коих указанное общественное устройство показалось вершиной возможного существования. Разумеется, о том, почему подобный «социализм-капитализм» может быть возможен, позднесоветские граждане даже не задумывались. Решили – что так и надо, что особенности скандинавского – да и вообще, европейского – капитализма являются его «генетическими» составляющими. В том смысле, что вытекают из «естественной истории» человечества, способствующей постепенному смягчению нравов и росту популярности идеи сотрудничества.

И разумеется, решили, что подобные особенности присущи вообще любому «капитализму», находящемуся на высоком уровне развития. Вне разницы: в Скандинавии он находится или нет. Разумеется, тут нет смысла говорить, почему это произошло – т.е., как был сделан указанный вывод. (О чем, разумеется, надо говорить отдельно.) Поскольку в свете указанной темы наиболее важно только одно – то, что было решено, что капитализм «теперь» (т.е., в конце XX века) обязан быть только социальным». Ну, может быть, за исключением разного рода «диких стран», где еще не «доросли» до понятия демократии и социального партнерства. (Кстати, позднесоветский человек совершенно неожиданно приобрел еще и расистские представления. Но об этом, разумеется, надо говорить отдельно.) В любом случае, территории позднего СССР эта самая «дикость» не касалась – тут же все были культурные, в театры ходили, так что капитализм в данном месте по умолчанию должен был быть «цивилизованным». По крайней мере, так казалось…

* * *

Результат этого, разумеется, был крайне печальным. В том смысле, что исходя из вышесказанного было позднесоветскими гражданами было решено сменить существовавшее в стране социалистическое устройство на капиталистическое. (Ну, или по крайней мере, не препятствовать данной смене.) Правда, то, что случилось после данного акта, меньше всего походило на «скандинавский рай». (И очень сильно на капитализм в самых «диких» африканских странах – несмотря на все театры…) Однако даже в подобной ситуации сохранялась уверенность того, что это все временно, что это – пресловутый «период первоначального накопления», который по таинственным причинам переместился из века XIX в век XX. (Новая «фишка», придуманная в 1990 годах для того, чтобы объяснять происходящее.) И что в скором времени он сменится более «цивилизованными» формами. Тем более, что со временем жизнь населения бывшего Союза действительно стала улучшаться: вслед за ужасом 1990 годов пришел период «потребительского бума» 2000. Т.е., некоторое поднятие уровня жизни, связанное с отказом от жесткой политики утилизации и одновременно – с определенным улучшением мировой экономической конъюнктуры. В результате чего получившее хоть какие-то деньги население начало усиленно скупать разного рода «ништяки» - вроде импортной бытовой техники или автомобилей –которые еще недавно были недоступны.

Поэтому неудивительно, что даже в этот период представление о том, что «современный капитализм должен быть социальным» продолжало сохраняться. Более того, возникла иллюзия, что пресловутый «первоначальный период» закончился, и теперь наступает совершенно иная жизнь, с каждым годом приближающая нас к вожделенной Скандинавии. (Т.е., к «капитализму с человеческим лицом».) Однако в реальности шел совершенно противоположный процесс. В том смысле, что это не «развитие капитализма» в России обеспечивало относительно сносную жизнь для большинства. А совершенно обратное ему явление – то, что даже в 2000 годы в стране существовали еще достаточно мощные остатки советских «больших систем», позволяющие практически не тратить средства на обеспечение «витальных потребностей».

Причем, не только для граждан – хотя и в подобном плане указанное влияние было велико. (Скажем, здравоохранение в те же «сытые 2000» по прежнему обеспечивалось благодаря наличию огромных «запасов» советских врачей, а образование – благодаря «запасам» советских учителей. Способных качественно лечить и учить при минимальной зарплате.) Но и для страны в целом, существование которой обеспечивалась в значительной мере той инфраструктурой, что была построена до 1991 года. Это касалось самых разных областей – начиная с коммунального хозяйства и заканчивая обороной. Именно поэтому вплоть до самого недавнего времени власть могла поддерживать относительно низкую стоимость «витальных благ» - начиная с коммунальных услуг и заканчивая образованием и здравоохранением.

* * *

Однако понятно, что как бы не были велики запасы, но рано или поздно, они должны были кончиться. Собственно, именно это и случилось в конце 2000 – 2010 годах. В том смысле, что чем дальше – тем больше средств стало требоваться для поддержания самого базиса существования российского социума. Ну, а поскольку при капитализме «за все платит народ», в стране наступил постоянный рост «обязательных расходов» - намного опережающий рост зарплаты. (В результате чего люди стали получать больше, а жить хуже, нежели в 2000-2008 годах.) Ну, а «вишенкой на торте» для всего этого, разумеется, выступила нынешняя «пенсионная реформа». Или, говоря прямо – банальное повышение пенсионного возраста - случившаяся в уходящем году. (Для россиян.)

Наверное, тут нет смысла говорить о том, что значит данная «реформа» для каждого человека. (Об этом было уже написано столько всего с самых различных аспектов.) Однако так же бессмысленно считать, что указанного изменения можно было бы избежать – разумеется, оставаясь в рамках существующей социальной системы. Ибо, как уже было сказано выше, чем дальше – тем меньше остается «советских запасов». В том числе, и в самых неожиданных областях. Скажем, в области «международных отношений», где после ситуации с Афганистаном, Ираком, Ливией и Сирией стало понятно, что для нынешнего «гегемона» и его подручных никакие «законы» и «правила» не писаны. И что единственная возможность для государства выжить в среде империалистических хищников – это самому стать империалистическим хищником. Со всеми вытекающими последствиями – вроде роста затрат на оборону и ВПК, а так же – на активное проведение международной политики с подкупом различных элит и прочими «мелкими грешками». Которые есть норма для мира, в котором все конкурируют со всеми.

Ценность же населения в этом мире – именно населения, а не работников или солдат – падает практически до нуля. В том смысле, что люди, не вовлеченные в экономическую деятельность, оказываются абсолютно не имеющими смысл. Что и происходит с указанными пенсионерами. Причем, это никакая не российская особенность – как пытаются заявить некоторые «оппозиционеры». Скорее наоборот – нынешняя «пенсионная реформа» значит лишь то, что наша страна тут идет совершенным образом в русле всего остального мира. Поскольку подобные «реформы» - в смысле, повышения пенсионного возраста – прошли или проходят практически во всем «развитых странах». Скажем, в той же Финляндии (находящейся в благословенной Скандинавии) он был повышен с 63 лет до 65 в 2017 году – и нет никаких причин для того, что на этом повышение остановится. Примерно то же самое – повышение срока выхода на пенсию до 64 (с 61), а потом, и 66 лет – произошло в Швеции. В Германии же пенсионный возраст был недавно поднят до 67 лет. Ну, и наконец, в «граде сияющем на холме» это «показатель» (67 лет) был давно уже достигнут, а сейчас все ждут решения о том, что на пенсию будут выходить в 70(!) лет.

Причем, аргументируется в всех странах это одинаково: дескать, во-первых, выросла продолжительность жизни и человек может работать до гораздо большего возраста. (Хотя речь идет не о работе – а о начале выплате пенсий, которые ничто не мешает получать и в трудоспособном возрасте.) Ну, а во-вторых – тем, что снижается число «молодых» рабочих, которые способны были бы «содержать» пенсионеров. При это о том, что производительность труда по сравнению с 1960 годами – когда и были установлены «прежние» варианты пенсионного возраста – выросла в несколько раз, разумеется, никто не упоминает. (А ведь «кормят пенсионеров» не люди, а та часть прибавочной стоимости, которая от них отторгается в качестве взносов в пенсионные фонды.)

* * *

Впрочем, о реальных причинах случившегося было уже сказано выше – поскольку, если честно, то тут нет особой разницы, идет ли речь о РФ или о Швеции. Ведь и в том, и в другом случае основанием для указанных выступает одно – то, что современный капитализм требует все больше и больше средств на конкурентную борьбу. Поэтому в реальности пресловутая «пенсионная реформа» представляет собой ни что иное, как знаменитый закон снижения нормы прибыли, открытый Марксом, и не менее знаменитое следствие из него, состоящее в росте абсолютного обнищания пролетариата. (Да, то самое, над которым было принято издеваться в позднесоветское время – приводя в пример ту же Скандинавию.) Поскольку единственной причиной, по которой данная закономерность «не работала» в послевоенное время, выступала не раз уже помянутая «советизация мира», происходящей под действием так же часто поминаемой «тени СССР». Собственно, именно под действием указанной «тени» капитализм и превратился из того кошмара, что он представлял до 1917 года - с его нищетой, нещадной эксплуатацией, безработицей, войнами и т.д. – в то, что существовало в 1950-1980 годы. (Да и в 1990-2000 тоже – в связи с сильной инерцией социальных систем.)

Но сейчас эта эпоха уже позади. В том смысле, что не только СССР давно уже нет – но и созданные им подсистемы постепенно подвергаются эрозии. (А то и прямому разрушению.) И вследствие этого вместо благостной картинки «социального государства» мы все чаще можем наблюдать совершенно иное «лицо» -- а точнее, оскаленную морду – конкурентного мира. В рамках которого та же «пенсионная реформа» - вплоть до полной ликвидации пенсий – совершенно закономерна, а вот «забота государства о своих гражданах», напротив, странна. (Ну, если только не считать под заботой желание иметь минимально возможное количество лиц призывного возраста – поскольку войны для капитализма, как уже говорилось, есть нормальное состояние.) Так что стоит понять, что в подобном случае мы имеем дело вовсе не с «произвольным процессом», почему-то затеянным нашей «элитой». (По причине ее «жадности» или, скажем, из-за стремления «раскачать лодку» - как пишут некоторые авторы.) А с совершенно системным, и абсолютно предсказуемым действием, который прямо вытекает из сделанного в 1991 году выбора.

Ну, а выводы из всего этого может сделать каждый…


Tags: антисоветизм, капитализм, классовое общество, политика, постсоветизм, социодинамика
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 22 comments