anlazz (anlazz) wrote,
anlazz
anlazz

Categories:

О конце радиофобии и «возвращении атома»

Возвращаясь к вопросам футурологии, хочется рассмотреть еще один характерный момент наступающей в недалеком будущем эпохи. Момент, который может показаться крайне спорным – если не прямо противоречащим современным общепринятым тенденциям. И, вместе с тем, момент, который позволяет довольно серьезно обрисовать контуры будущего мира – причем, не только в техническом плане. Речь идет о «возвращении атома». Точнее, не атома, конечно – а техники, использующей атомную энергию. Ту самую, что казалось столь удобной людям в те же 1950-1960 годы, но для нашего современника выступает чуть ли не символом «мирового зла».

Я уже касался этой темы вчера в посте, посвященном радиофобии, а точнее – о ее полном исчезновении на территории России. В результате чего то же известие об испытаниях пресловутой крылатой ракеты «Буревестник» с ЯРД практически не вызвало в стране никакой реакции. А точнее – если что и вызвало, так это обвинение в излишней растрате денег («лучше бы пенсионерам отдали»), или в том, что никакой ракеты не будет, а деньги разворуют. Наверное, не надо говорить, что данные возмущения ничем не отличаются от иных возмущений любыми государственными проектами – и нужными, и ненужными. (Скажем, к Крымскому мосты были те же претензии.) А сама «атомная основа» вообще не вызывает никаких реакций: ну, ядерный двигатель – и ядерный двигатель. Думаю, большинство вообще не задумывается над тем, что это такое: скажи Путин, что новая ракета будет работать на принципе деритринитации – реакция была бы та же самая.

Разумеется, сейчас это воспринимается нормальным – но ведь относительно недавно было совершенно не так. Речь идет, разумеется, о периоде конце 1980 годов – когда, если кто помнит, пресловутая «радиация» выступала одним из самых страшных зол в природе. Тогда даже в самых захолустных городках висели табло, показывающие «уровень радиоактивного загрязнения», а пресловутый дозиметр был во многих семьях. Ну, а если у кого не было дозиметров и табло, то«уровень радиации» можно было узнать по телевизору, где его сообщали во время прогноза погоды. (По крайней мере, региональные телекомпании.) Правда о том, зачем это надо, а равно и то, что действительности стоит за этими рентгенами в час, бэрами и зивертами, мало кто понимал. Наверное, все надеялись на то, что найдется какой-нибудь «умник», который, посмотрев на цифры, вдруг заорет: «Спасайтесь, кто может!» И все побегут спасаться – а точнее, потребуют организовать государственную эвакуацию, как это было в Чернобыле.

* * *

Правда, «умников» подобного рода так и не нашлось. А спасаться через некоторое время пришлось от совершенно иного: скажем, в национальных республиках – от национальной резни, в некоторых сибирских поселках – от возможности замерзнуть насмерть, ну, а самой распространенной причиной спасения стала т невозможность заработать на жизнь. Причем, указанное действо совершенно не походило на известное из курсов гражданской обороны действо – когда государство присылает автобусы, организует эвакуационные и пересыльные пункты и способствует размещению на новом месте. (То есть – то, что было сделано, например, при эвакуации Припяти.) Нет, все сами, опираясь на свои средства и знания – и скажи еще спасибо, что живой…

Подобные события значительно поубавили страхи перед «ужасной радиацией». Впрочем, даже если не учитывать подобных «глобальных» проблем –вроде необходимости менять место жительства и работы – то, все равно, вдруг выяснилось, что существует множество вещей, способных значительно укоротить человеку жизнь. (И при этом не связанных со всеми этими бэрами и зивертами.) Например, банальнейший факт низкой зарплаты или пенсии, недостаток врачей в местной больнице или ее закрытие, отсутствие общественного транспорта, отмененного из-за «нерентабельности», ну и т.д., и т.п. В итоге на пресловутые «табло с радиацией» стали обращать все меньше внимание, и они постепенно исчезло. А вместо них открылись табло банков и обменников, показывающих «курс доллара» - действительно жизненно-важную информацию для многих.

Забавно – но данное состояние не изменила даже серьезнейшая авария на атомной станции «Фукусими-1» в Японии. Которая по уровню радиоактивного загрязнения оказалась чуть ниже Чернобыльской – а по применяемым мерам устранения последствий сильно уступила ей. (В том смысле, что в Чернобыле удалось довольно быстро соорудить саркофаг над реактором, а так же осуществить захоронение всех пораженных радиацией «артефактов», включая зараженный грунт. В Фукусиме же темп очистки местности гораздо меньше – а про слив радиоактивной воды в океан и говорить нечего.) Тем не менее, фукусимская авария практически не оказала влияние на отношение наших граждан к Японии и японским товарам. (ИМХО, если бы в 2011 году появилась возможность беспошлинного ввоза тех же автомобилей из зоны заражения, то за ними выстроилась бы огромная очередь.)

Кстати, в самой Японии ситуацию расценили гораздо серьезнее – скажем, было принято решение в течение нескольких десятилетий просто закрыть все АЭС. (Если учесть, как беспомощно вел себя персонал фукусимской станции, то данное решение выглядит весьма обоснованным.) То же самое можно сказать и про Европу, где в очередной раз началась компания по «денуклеаризации» -с очередным же воспеванием «зеленой энергетики». Кстати, в Японии – надо отдать ей должное – закрытие АЭС должно было компенсироваться развитием угольной отрасли, а не указанного «фантома». (Что, конечно же, «не сахар» для окружающей среды, но, по крайней мере, позволяет избежать «энергетического провала».) В Европе же угольная генерация или уже ликвидирована, или же так же ликвидируется. (Как в Германии.) Наверное, после этого мало кого должен удивлять тот факт, что Газпром строит свои «потоки», а так же одновременно налаживает выпуск сжиженного природного газа.


* * *

Впрочем, указанная тема уже выходит за рамки данного поста, поэтому обратимся вновь к России. И отметим, что нулевая реакция российского общества на Фукусиму – а равно, и на любые события, связанные с атомной техникой, не важно, российской или нероссийской – выступает дополнительным доказательством того, что оно окончательно избавилось от пресловутой радиофобии. Подобное положение стало источником крайне парадоксального положения – согласно которому именно наша страна неожиданно оказалась в лидерстве при разработке атомных технологий. И это несмотря на тот колоссальный удар, который данная отрасль понесла в конце 1980 – 1990 годах. А так же на однозначно дебильный – а другого у нас быть не может – «новорусский менеджмент» Росатома во главе с сайентологом Кириенко. Поскольку даже он оказался не способным угробить отрасль. (Как изначально думалось.) Более того – российская атомная промышленность вошла в тот узкий состав отраслей, которая успешно развивается. (В том числе, и осваивает новые технологии, превышающие по уровню «общемировую норму».)

Этот факт прекрасно показывает истинное влияние «больших процессов» - к который следует отнести радиофобию – и вызывает определенные надежды. (Причем, не только в плане российской экономики.) Более того – рассмотрение динамики возникновения и угасания данного явления позволяет увидеть многие интересные особенности бытия. Например, стоит указать на тот факт, что реальный страх перед радиацией возник еще в «дочернобыльскую эпоху»- скажем, программы по разработкам тех же ЯРД, активно шедшие с 1950 годов, были серьезно «подторможены» еще в 1970 годах. Кстати, вместе со множеством иных очень и очень интересных программ – начиная с программы освоения Луны. (Наиболее печальна тут, конечно, судьба ОГАС – которая в реальности могла бы вызвать огромный кумулятивных эффект модернизации и автоматизации советского производства.) Что, как говориться, намекает на очевидную связь между определенными процессами, происходящими тогда в СССР и его печальной судьбой.

Впрочем, рассматривать подробно данный аспект тут нет смысла – для этого требуется отдельная большая тема. Поэтому можно ограничится только указанием на то, что и тогда основной причиной «сбивания темпов» стал страх перед «загрязнением окружающей среды». (Опять же – не только по отношению к ядерной технике.) В итоге – был сделан выбор в пользу гораздо менее эффективных, но более безопасных технологий. Разумеется, полностью уничтожить развитие атомной отрасли тогда не удалось – поскольку, во-первых, оставалось ядерное оружие. (Которое, конечно же, очень очень хотелось «сократить» – не даром СССР в 1970 годах оказывался основным актором в сфере сокращения гонки вооружений. Но сделать это в одностороннем порядке было невозможно – по крайней мере, даже Брежнев понимал опасность данного шага.)

* * *

Поэтому ядерные технологии приходилось, volens nolens, но продолжали развивать – несмотря на то, что с точки зрения общества они уже тогда выглядели довольно сомнительно. Однако их применение старались ограничить минимумом – сохраняя в военной сфере и, частично, в энергетике. Например, уже к началу 1980 годов стало очевидно, что достичь планируемого в конце 1960 годов массового строительства АЭС – должного по завершении программы давать более 60% производимой в стране энергии – никак не получится. (Хотя все технические и экономические возможности для этого были.) Что же касается разного рода космических, авиационных и прочих мобильных атомных двигателей, то их разработку «урезали» весьма серьезно. Поэтому Чернобыльская авария оказалась, скорее, предлогом для того, чтобы «свернуть» атомную отрасль – нежели основной причиной данного свертывания.

Тем более, если учесть, что «свертывались» тогда практически все проекты в области инфраструктуры и тяжелой промышленности. Поскольку считалось, что все это «простому человеку не нужно». Правда, очень быстро выяснилось. что производство того, что «нужно простому человеку» требует наличия этих «ненужных» вещей – начиная с электроэнергии и заканчивая цементом – но время было уже упущено. А главное, производство вообще стало считаться enfant terrible – любое, вне того, что на нем производили – а главной отраслью человеческого бытия стала торговля и сфера услуг. Надо сказать, что тогда – в конце 1980 годов – популярной стала вообще бредовая идея, согласно которой «правильная мотивация» на порядки важнее, нежели вся техника и технология, вместе взятая. Например, считалось, что крестьянин с сохой гораздо производительнее, нежели колхозник на тракторе – т.к. «крестьянин кормил всю Европу»…

Так печально завершилась эпоха т.н. «безопасного общества» - общества, которое начинало с отказа от наиболее «рискованных проектов», а закончило – отказом от самого себя. После чего начавшийся развал экономики, а так же рост самых «черных» явлений человеческого бытия – вроде национальной нетерпимости и жажды быстрого обогащения – очень быстро показал, что же в нашей жизни выступает реальным злом. Впрочем, помимо очевидных «отрицательных итогов» этот самый процесс привел и к некоторым положительным. Например, к уже помянутому уничтожению радиофобии – да и вообще, к резкому снижению страха перед любыми технологиями. (До уровня, гораздо более низкого, нежели в США или Европе.) Что, в принципе, может рассматриваться, как несомненный плюс – особенно с учетом будущего развития событий…

P.S. Вопрос о реальной опасности радиации, и о том, что же требуется для действительного овладения ядерной энергией, надо разбирать отдельно. Равно, как и вопрос нарастающего понимания важности пресловутых «гуманитарных технологий» и их возможной разрушительности. Единственное, что тут стоит сказать, так это то, что «сверхвопросом будущего» выступает вопрос о «возвращении ответственности» - главного признака действительно развивающегося человека. Причем, во всех сферах.


Tags: СССР, безопасное общество, перестройка, смена эпох, техникогуманитарный баланс, технофобия
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 44 comments