anlazz (anlazz) wrote,
anlazz
anlazz

Categories:

СССР и "длинные процессы". Часть первая

Прошлый пост , посвященный урбанизации в СССР и ее влиянию на жизнь советских граждан, позволяет поставить вопрос о т.н. «длинных трендах» и их взаимоотношении с социальными системами. И, в частности, позволяет немного разобраться в понимании проблемы «гибели СССР». Разумеется, полностью закрыть проблему это самое рассмотрение не может – однако серьезно прояснить запутанность данной ситуации в подобном ключе вполне возможно.

Итак, первый «длинный тренд» - это, как уже было сказано, ускоренная урбанизации страны. В смысле – переход большей части советских граждан от сельского к городскому проживанию. Точнее – переход от жизни в рамках традиционного крестьянского хозяйства и соответствующего ему быта к жизни в условиях господства индустриальных промышленных предприятий. (В том числе – и на селе.) Напомню, что еще в 1920 годах почли 80% населения нашей страны были крестьянами, живущими мелкотоварным, а то и вообще, нетоварным производством. Впрочем, если честно, то тогда даже большая часть горожан мало чем отличалась от крестьян. И в том смысле, что их быт был крайне близок к деревенскому: скажем, большую часть городского жилья до самых 1950 годов составляли избы, а огород или скотину держали даже в Москве или Петрограде. И в том смысле, что значительная часть «производственных мощностей», где работали горожане, представляла собой разновидности мелкотоварного ремесленного производства.

Сейчас, для сравнения, уровень урбанизации России составляет 73%. Впрочем, тут еще раз стоит отметить, что важно тут даже не то, кто и где проживает, а то, как он проживает. В том смысле, что человек, занимающийся мелкотоварным/нетоварным традиционным производством – крестьянин или мещанин – имеет вполне конкретные модели поведения. Модели, основанные на «ценностях выживания», поскольку ничего другого мелкотоварное/нетоварное производство у условиях средней полосы предложить не может. Для масс, разумеется не может – поскольку для «избранных», живущих за счет изъятия прибавочного продукта, ситуация была иной. Но этих «избранных» было менее 5% от всего населения на начале 1900 годов. (О том, что значительная часть дворян или духовенства так же жила не намного лучше крестьян, тут можно умолчать – сути это не меняет.) Так что неудивительно, что большую часть жителей страны имели «крестьянское происхождение», и сохраняли многие крестьянские черты.

* * *

Это, в частности, означало достаточно низкий уровень необходимого комфорта – именно необходимого, повседневного. Поскольку указанный «аскетизм» для подобной категории людей вполне мог сменяться на «демонстративное потребление»: скажем, покупку ковров, хрусталя, устраивание шумных праздников и т.д. Т.е., на то, что впоследствии – после начала массовой урбанизации – многие (потомственные горожане) воспринимали, как признаки «мещанства». Кстати, тут забавно то, что как раз данную модель с исторической точки зрения можно назвать «мещанской» - потому, что именно так вели себя представители мещанского сословия, коим посчастливилось подняться над общим уровнем потребления. Еще более выражена подобная модель была у русских купцов – причем, часто происходящих из старообрядческих общин – которые позволяли себе демонстративные загулы необычайной роскоши при том, что в обычной жизни довольствовались низким уровнем комфорта.

Впрочем, подобный тип поведения характерен не только для России – он появляется практически везде, где происходит смена образа жизни с традиционного на индустриальный. (Скажем, индийские богачи и сегодня живут в золоте, но без сортира в доме: ходят гадить на улице, а воду пьют из местно пруда.) Однако для нашей страны это осложнялось, во-первых, крайне высокой скоростью процесса: как уже говорилось, еще в 1920 количество «селян» тут составляло 80%, а уже в 1980 стало менее 30%. Причем, большая часть этой урбанизации пришлось на 1960-1970 годы. Ну, а во-вторых, стоит учесть, что подобный переход происходил в условиях отсутствия классового деления и (в целом) высокой демократичности советского общества. Да, разумеется, под «демократией» тут следует подразумевать не столько наличие формальных демократических процедур (хотя и они были), сколько необходимость государства прислушиваться именно к потребностям масс. Иначе говоря, местные Советы должны были стараться обеспечить именно требования населения – которое имело немалые возможности жаловаться в вышестоящие органы. (Т.е., люди могли или прямо требовать со «своего депутата» удовлетворения своих нужд - императивный мандат. Или писать в райком-обком-газету – как правило, на это обязаны были реагировать. И реагировали где-то до начала 1980 годов – пока начавшиеся деструктивные процессы не привели к деградации этого канала)

В любом случае, именно указанная категория граждан с 1950 и до самых 1980 годов стала определять live style советских городов. Что выражалось во всем: начиная с понижения внимания к объектам культурной и социальной инфраструктуры – всем этим домам культуры, спортивным сооружениям, паркам, детским клубам и т.д. – которые, как уже не раз говорилось, в 1960-1980 годах все чаще «оставлялись на потом» по отношению к «чистому жилью». (В отличие от комплексного строительства 1930-1950 годов, когда именно на подобную инфраструктуру делался упор: т.е., домов строили меньше, но клубы-стадионы старались открывать даже в небольших городах) Впрочем, что там клубы, тут асфальт на улицах был вторичен по отношению к строящимся домам – поскольку вчерашних жителей деревень грязь нисколько не пугала. С другой стороны, кстати, эта же «волна» вызвала известную «дачную эпидемию». Т.е., массовую раздачу знаменитых «6 соток» со стороны государства всем желающим – поскольку для вчерашних селян «свои овощи и фрукты» казались важнее, чем, скажем, тот же вопрос культурного и спортивного охвата молодежи. (Опять же, в отличие от более ранних времен.)

* * *

На самом деле в этом не было ничего особенно плохого – в том смысле, что подобное состояние общества было неизбежным при указанном процессе массовой урбанизации. Более того – помимо низких потребностей вчерашних селян у них было и огромное количество иных благоприятных качеств. Например – тот самый, любимый Кара-Мурзой, «коллективизм», т.е., легкое включение людей в различные совместные действия. Проблема была в другом – в том, что подобная модель поведения неизбежно должна была смениться на другую при переходе к следующему поколению. Т.е., когда в жизнь должны были прийти дети новоявленных горожан, выросшие уже в совершенно иных условиях. Однако общество и государство, «привыкнув» к указанному выше, к указанному вызову оказались не готовы. Да и нормы самого «сельского поколения» - лишенные «экономического основания» - так же подвергались существенной деградации. Порождая весьма неприятные явления. Такие, как, например, алкоголизм или уже упомянутое «мещанство» - которое на самом деле не мещанство в привычном понимании.

Однако понятно, что все это было устранимым – в том смысле, что указанную смену моделей поведения вполне можно было пережить. И последующие поколения вполне были способны перестроить имеющуюся систему отношений на нечто более подходящее для индустриального мира. В любом случае, ничего фатального в указанном состоянии не было – поскольку вместе с отрицательными сторонами быстрая урбанизация несла и, безусловно, положительные. Главной из которых было создание развитой производственной системы, потенциально способной разрешить практически все стоящие перед ней проблемы. (Скажем, пресловутый «дефицит», очереди, описанную выше нехватку объектов соцкультбыта вместе с низким уровнем благоустроенности в «новых районах» и т.д..) То есть, никаких неразрешимых задач у «того» общества не существовало – в отличие от общества современного, перед которым впереди маячит Суперкризис, избежать которого никак невозможно. (Никак, никогда и ни коим образом)

Однако динамика развития данного процесса оказалась таковой, что как раз самое «опасное» его состояние практически совпало с «локальными минимумами» других важных «длинных процессов». В результате чего указанные выше недостатки оказались в числе критических для Советского Союза. И, в конечном итоге, не дали возможности перейти ему в более-менее устойчивое состояние. Но об этом будет сказано уже в следующей части…

P.S. Кстати, нынешнее снижение уровня потребления спиртных напитков в СССР – это процесс, связанный исключительно с указанным завершением урбанизации. Поэтому если бы Советский Союз сохранился, то он не только бы произошел –но произошел гораздо раньше, примерно в 2000 годах. (Т.е., тогда, когда в нашей реальности была, напротив, массовая алкоголизация) Так что нынешние «деяния» руководства РФ в плане «борьбы с потреблением алкоголя» - это чистое битье в бубен перед восходом Солнца.

Tags: СССР, история, образ жизни, общество, теория инферно, урбанистика
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 126 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →