anlazz (anlazz) wrote,
anlazz
anlazz

Categories:

О национальной культуре России

В продолжение прошлого поста  хочется сказать несколько слов о том, что принято называть «национальной культурой». А точнее – «русской национальной культурой». Поскольку сейчас под последней понятием действительно принято понимать разнообразные матрешки-самовары-балалайки, танцующих вприсядку медведей с бутылкой водки в руках, ну, или в крайнем случае, пресловутые «золотые купола» вперемешку с портретами Путина и «триколорами». В более «расширенном» варианте все это превращается в заставленные избами и церквями города, пресловутые березки за околицей, девиц в кокошниках, несущих ведра на коромысле, хороводы по праздникам ну, и т.д. – в общем, в хорошо знакомую картину «славянского фэнтази» под раскидистыми зарослями «клюквы».

К которой еще можно прибавить – для «интеллектуалов-ценителей» - Толстого с Достоевским, музыку Чайковского и «Русские сезоны» в балете. Но это для самых-самых-самых «продвинутых». Забавно, кстати, но на Западе еще знают «русский авангард», однако «у нас» данная тема сводится к анекдотическому «Черному квадрату» Малевича, который все норовят повесить вверх ногами. Впрочем, данный момент практически ни на что не влияет – в том смысле, что когда заводится речь о «сохранении русской культуры», то, прежде всего, речь заходит именно об избах-матрешках-балалайках в различных вариациях, а только потом, если поведет – о Толстом с Достоевским. И на этом все, как правило, заканчивается.

* * *

Но так ли это. В том смысле, что, действительно ли, главные достижения, которые имеет «историческая Россия», могут быть сведены в данный нехитрый корпус? Разумеется, нет. И дело тут даже не в том, что матрешка на самом деле пришла к нам из Японии относительно недавно (в начале ХХ века) и, по существу своему, с самого начала была исключительно «экспортным товаром». А водка была придумана, кажется, поляками – которые до сих пор отчаянно страдают от того факта, что данный напиток именуют русским – и вплоть до середины позапрошлого столетия не имела особенного распространения на основной территории страны. Примерно то же самое можно сказать и про другие «символы России» - начиная с самоваров и заканчивая березами. Кстати, на самом деле в этом ничего страшного нет – ведь и знаменитый «английский чай» стал в Великобритании нормой лишь во второй половине 19 столетия, а американские «гамбургеры с колой» появились лишь с развитием сети «Макдональдса» аж в 1960 годах. Так что можно было бы вести речь просто о «национальном брендировании», как одном из направлений бизнеса, если бы не одно «но».

Состоящее в том, что указанные «национальные символы» - даже в самом расширенном варианте – скрывают не просто важные, а базисные для нашей страны вещи. Более того – они буквальным образом «оборачивают» их, превращая в свою противоположность, и заставляя население нашей страны играть по совершенно абсурдным правилам. То есть – делать то, что, в реальности, несет лишь увеличение проблем. (Причем добровольно, по собственной инициативе, возникающей на основании указанного непонимания – а не благодаря коварным действиям неких «внешних сил», о которых любят говорить конспирологи.) Речь идет вот о чем: дело в том, что населяющий Россию народ владеет удивительным умением создавать сложную цивилизацию в условиях крайней скудности ресурсов. Например, в климатическом плане: как уже было сказано, те же самые «русские березки» для всего остального мира маркируют места «условно возможного проживания». Т.к. произрастают там, где «полноценное» сельское хозяйство вести очень и очень сложно. Поэтому люди в «березовых краях» издавна кормились охотой-рыбалкой, ну, и различными промыслами – выступая «пограничьем» для «настоящих цивилизаций».

И лишь наши предки построили в данных условиях полноценное государство, да еще и смогли при этом противостоять мощнейшему давлению «просвещенной Европы». Превратившись, в конечном итоге, в один из мировых культурных центров, создавший упомянутую выше великую литературу, музыку, балет и прочие достижения, характерные лишь для самых высокоразвитых народов. Разумеется, эта особенность бытия была отнюдь не безупречной – в том смысле, что за подобную возможность основной массе людей приходилось платить жестокой эксплуатацией со сторону государства. Но, во-первых, положение их было, в общем-то, не намного хуже, нежели положение низших классов других, гораздо более благополучных в климатическо-ресурсном отношении стран. А зачастую даже и лучше – например, те же итальянские крестьяне XVIII столетия жили беднее, нежели русские их собратья. (Хотя Италия, сама по себе – один из благоприятнейших для жизни регионов мира.) Ну, а во-вторых, именно указанные условия позволили России «вырастить» и оформить то самое «миропонимание», благодаря которому впоследствии удалось покончить с указанным положением.

* * *

В том смысле, что русская Революция – то есть, конечно, Революция Мировая применительно к нашей стране – выступала органическим продолжением именно той ситуации, которая сложилась в нашей стране до этого. И русские революционеры – вопреки всем воплям их противников – были чуть ли не идеальным воплощением пресловутого «русского духа», т.е., того самого психотипа, который был наиболее органичным для жизни на здешних скудных пространствах. Да, именно так: для русского человека идея построения нового, более «оптимизированного» мира на руинах мира старого никогда не являлась «запрещенной» или невозможной. Наверное, тут сразу же приходят в голову «реформы» Петра Первого, полностью переформатировавшие государство. (Можно пойти и «глубже», скажем, во времена Ивана Грозного – но особого смысла в этом нет.)

Наверное, тут не надо говорить, что, несмотря на все «пертурбации», послепетровская Россия осталась той же самой Россией, несмотря на смену чуть ли не всех «внешних атрибутов», начиная со столице и заканчивая одежды дворян. Да что там одежда – в течение чуть ли не века «правящий класс» страны использовал для разговоров иностранный язык! И ничего – в том смысле, что именно «франкоговорящие» дворяне создали условия для формирования той самой великой русской литературы, музыки и живописи, которая выступает сейчас «национальным символом». На этом фоне пресловутый «большевизм» смотрится отнюдь не чужеродным явлением. Скорее наоборот – это противники большевиков, сделавшие ставку в своей деятельности на «призвание» иностранных оккупантов страны: вначале Антанты, а потом и Третьего Рейха, выглядят «выпадающими» из русской культурной традиции. Поскольку как раз последнее для нее является полностью неприемлемым – в отличие, кстати, от той же Европы, где «установление государственности» иными странами является нормой.

Поэтому как раз в рамках «национальной идентичности» Красные могут рассматриваться, как русские, а Белые – нет. (Несмотря на то, что внешних признаков «русскости» у последних было много больше.) Впрочем, в любом случае тут наиболее важно то, что как раз на данном примере мы можем увидеть одну из важнейших особенностей действительной «национальной культуры» - т.е., того, что действительно отличает русских от всех остальных «наций» в мире. (А не польская водка или китайский самовар с японской матрешкой.) Речь идет о том «культурном ядре», которое большевикам удалось спасти в ужасе катастрофы 1917 года. (Катастрофы, спасением из которой и стала Революция, как бы абсурдно это не казалось.) Более того, именно в послереволюционное время наша страна сумела существенно развить культурную мощь, доведя ее до космических высот в самом прямом смысле слова. (Наверное, тут не надо объяснять, что культура – это не только матрешки и даже книги с картинами, но и технологии. Т.е., способы преобразования реальности.)

* * *

Впрочем, еще более важным, нежели само начало освоение космоса в данном случае является то, что последнее было совершено в условиях крайнего дефицита ресурсов. В том смысле, что даже в 1950 годы СССР (выступающий тогда воплощением исторической России) был в формальном смысле достаточно бедной страной. Однако, так же как и раньше, наличие способности к осуществлению сложной деятельности при неблагоприятных условиях, сыграло в данном случае ключевую роль – причем, не только в «национальном» (баллистические ракеты позволили больше не опасаться нападения извне), и но и в глобальном масштабе. В том смысле, что космическая – и иные высокотехнологичные – программы по существу переформатировали весь Земной шар, приведя к изменению жизни в самых различных государствах. И даже – зародив надежду на то, что именно «русский путь» сможет стать основой для разрешения базовых противоречий современности.

Впрочем, тут мы уже уходим с поставленной темы. Поэтому наиболее логичных тут было бы снова вернуться к ней, и, наконец, сформулировать: в чем же состоит тот самый «уникальный корпус» знаний, умений, идей и моделей поведения, который, собственно, и имеет смысл называть «русской национальной культурой». К сожалению, составить исчерпывающее описание его вряд ли представляется возможным – поскольку адекватного аппарата описания подобных систем сейчас не существует. Поэтому можно только еще раз повторить, что базисом данного «корпуса» является умение создавать сложные системы при ограниченном наличии ресурсов, при этом допуская локальные упрощения ради более «высокоуровневой» сложности. (Кстати, локальные не только с т.з. места, но и с т.з. времени.) Иначе говоря, снижение требования к деталям ради приоритета целого. Поскольку только так и можно было выжить в имеющихся неблагоприятных условиях – и природных, и социальных.

Но об этом – а равно, о том, что отсюда следует, надо говорить уже отдельно…

Tags: Российская Империя, Россия, СССР, искусство, история, культура, прикладная мифология
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 30 comments