anlazz (anlazz) wrote,
anlazz
anlazz

Categories:

Легенда о несбывшемся грядущем 2

У хорошо известного и любимого в СССР Джека Лондона есть известный роман «Железная пята». В котором Лондон описывает гипотетический сценарий установления в США олигархической диктатуры – наподобие той, которая в будущем получила название «фашистской». Напомню, что «Железная пята» написана в 1908 году, а описываемые в ней события начинаются с 1912 и заканчиваются где-то в 1930 годах. Точнее сказать, в 1930 заканчиваются непосредственно описанные события, поскольку в данном произведении постоянно даются отсылки на более длительные временные интервалы.

Тем не менее, сам роман совершенно очевидно несет прямые отсылки к ситуации в 1900 годах в Соединенных Штатах. О которых автор очень хорошо был осведомлен – в том смысле, что Джон Гриффит Чейни (как на самом деле звали Джека Лондона) являлся человеком, тесно связанным с американским социалистическим движением, и прекрасно представлял собой жизнь рабочих в указанное время. Этому не помешало даже то, что к концу своей жизни он стал одним из самых высокооплачиваемых литераторов в стране (практически полная аналогия с «нашим» Горьким). Поэтому те проблемы, которые поднимаются в «Железной пяте», по существу своему имеют малое отношение к фантастике – так как взяты были напрямую из жизни. Напомню, что большая часть данного произведения происходит в 1912 году, который от 1908 отстоит всего на 4 года. Вследствие чего описанные там вещи стоит считать не «прогнозом», а практически чистым отражением американской реальности.

Например, это относится к бесправному положению рабочего класса, когда потерявшего руку рабочего просто выбрасывают на улицу без какой-либо компенсации. И это при том, что он сделал это ради предотвращения серьезной аварии. Но данный факт никак не влияет на его судьбу: никакой суд или государственный «надзорный орган» не смеет противоречить решению крупного собственника. Или, например, постоянно поминается детский труд – причем, труд именно на фабрично-заводском производстве, имеющий ненормированный рабочий день. Напомню, что реальная регламентация труда в Соединенных Штатах для «частных предприятий» была введена только… в 1930 годах. Т.е., в богатейшей и развитой стране мира с этим показателем было хуже, нежели в бедной и «дикой» Российской Империи.

* * *

В общем, бесправие, сопряженное с бедностью, являлось «визитной карточкой» рабочего класса даже при условии экономического подъема 1900 годов. Что же говорить о кризисах! Впрочем, о кризисах будет сказано отдельно. Пока же стоит еще раз отметить, что в указанном произведении показаны и иные особенности «американского бытия» 1900 годов. Например, полная профанация имеющихся демократических механизмов – то есть, ситуация, при которой даже выбранные в демократические органы социалисты оказываются неспособными что-либо изменить. Конечно, это так же не сказать, чтобы огромная тайна – о реальной сущности «демократии» в США писал еще Марк Твен –однако, все равно, ценно в наше время. (Когда огромное число людей думают, что от пресловутых «выборов» чего-то зависит.)

Не менее интересно тут то, что Лондон показывает (относительно) высокую поддержку социалистических настроений в американском обществе. (У него в 1912 году социалисты побеждают на выборах в конгресс. Хотя, как было сказано, безо всякого результата – ибо органы буржуазной демократии есть чистая профанация.) И, тем не менее, революционной ситуации это не означает – по той простой причине, что ни социалисты, ни рабочие не готовы к «радикальным действиям». Гораздо более не готовы, нежели, например, социалисты пролетариат Российской Империи. В том смысле, что даже включенные в профсоюзную деятельность рабочие, прекрасно осознавая свои экономические права, о правах политических почти не задумываются. Да и сам Джек Лондон – несмотря на свое несомненное знание марксизма – с «революционной теорией» имел определенные проблемы. На этом фоне «наши», российские марксисты действительно выглядят впечатляюще, а созданная ими рабочее движение вообще находится за гранью возможного для американского пролетариата.

На этом фоне удивляться тому, что революция случилась именно в России – и не случилась в Америке, несмотря на то, что ужасы эксплуатации пролетариата там были не меньшими –не приходится. Впрочем, разбирать то, почему произошло именно так – в смысле, почему российское революционное движение имело больший потенциал – надо отдельно. (Пока же можно только заметить, что связано это с особенностью функционирования российской экономики.) Тут же в данном случае можно обратить внимание на то, что хотя революции в Америке и не случилось, однако «волны» от произошедшего в 1917 году в России ее все равно достигли. И, собственно, стали главным основанием для того, что описанная в «Железной пяте» олигархизация общества в не стала (пока) господствующим трендом.

На самом деле, конечно, развитие событий уровня Мировой Революции – процесс очень и очень сложный и одновременно очень и очень неочевидный. В том смысле, что так просто увидеть связь между событиями в далеком Петрограде и отсутствием показанной в романе Лондона «Чикагской бойни» чрезвычайно трудно. Тем не менее, эта связь существует. В том плане, что послевоенный «промышленный взлет» Соединенных Штатов был, во многом, связан именно с той изменившейся ситуацией в Европе, которая была создана именно Революцией в России. (Существенное ослабление европейских держав – и, прежде всего, Великобритании – сразу после Первой Мировой войны были связано и с опасностью «распространения большевизма». Что позволило Штатом осуществить беспрепятственный «раздел британского наследства» при том, что Британия была, в общем-то, державой-победительницей.) Впрочем, есть и «очевидные формы влияния» - например то, что после 1917 года американские профсоюзные организации получили прекрасный пример успеха, а буржуазия, как уже не раз говорилось, увидела, что рабочие действительно могут быть опасны. На этом фоне дальнейшее «закручивание гаек» (пока) прекратилось, и даже были сделаны значительные послабления в плане повышения заработной платы и т.д. (Если кто думает, что капиталисты «сами» могли бы пойти на подобный шаг из-за улучшения конъюнктуры, тот просто не знает истории капитализма.)

* * *

В любом случае, первое послевоенное десятилетие, казалось бы, полностью опровергло «предсказания Джека Лондона». Однако это было только временное отклонение. В том смысле, что именно в это время в недрах американского общества вызревали плоды будущих изменений – причем, не сказать, чтобы изменений особо приятных. Это проявлялось, например, в постепенном распространении социал-дарвинистских представлений. Которые, разумеется, всегда были присущими США, как капиталистическому социуму – однако до определенного времени активно не высказывались. (Во многом потому, что считались само собой разумеющимися – опять же, см. «Железную пяту», где показана интеллигенция, полностью оторванная от народа и ушедшая в «башню из слоновой кости» университетов.) После 1917 года подобная «страусиная жизнь» стала невозможной.

Теперь надо было показывать кто ты и за кого. Поэтому в американском образованном обществе произошел определенный раскол – одни его представители заняли левую позицию. (Я уже писал, что, например, значительное число деятелей великой американской литературы имели левые взгляды.) Другие же начали склоняться к той идеологии, что в Европе получила название фашизма. Да, американские последователи идей Муссолини а впоследствии – и Гитлера – реально существовали, хотя особой массовости пока не имели. Впрочем, как уже не раз говорилось, для того, чтобы быть фашистом не обязательно вскидывать руку в «римском приветствии» и рисовать повсюду свастику. Гораздо важнее тут другое – сведение человека к чистой «исполняемой функции», к чистому инструменту в руках представителей «расы господ». По этому признаку мы можем найти в США огромное количество людей – по существу, всех представителей элиты 1920-1930 годов. Например, Генри Форда, который мечтал загнать всех рабочих в пресловутые «фордландии», т.е., находящиеся в собственности корпорации поселки. Где они бы оказались в полностью управляемом пространстве, не имея ни малейшей возможности проявления свободы воли. Их даже начали строить – правда, для «обкатки» в Бразилии. И единственное, что не дало Форду распространить данную концепцию на территорию, собственно, Штатов – это Великая Депрессия.

На этом фоне знаменитый роман «Дивный новый мир» - дальнейшее развитие концепций, высказанных в «Железной пяте» - перестает казаться какой-то фантастикой. В том смысле, что создание полностью управляемого общества из 1920 годов виделось достаточно близкой перспективой – неслучайно как раз в это время произошел активный расцвет бихевиоризма и евгеники. (В США) Наверное, тут не надо говорить, что подобное могло быть только при активном финансировании со стороны обеспеченных кругов страны. Финансировании, которое однозначно невозможно связать с какими-либо «абстрактными целями», вроде «любви к знаниям». (Поскольку люди, способные бросать сотни тысяч и миллионы еще «тех», полновесных долларов, вряд ли стали бы это делать.) Так что активное развитие идеи «управляемого человечества» шло – невзирая на описанную выше задержку. (Что поделаешь – СССР пока был достаточно слаб для того, чтобы окончательно отменить «будущее Железной пяты».)

* * *

Однако, как известно, данным планам не суждено было сбыться. По той простой причине, что эти самые представители «расы господ», мнящие себя «вечными управителями надо бездумной массой», в действительности оказались такими же «бесправными игрушками» в потоке идущих событий, как и последние нищие. История в очередной раз посмеялась над желаниями новоявленных «полубогов» из финансово-промышленных сфер «вечно править миром», сломав все их планы на самом взлете. Навсегда перечеркнув возможность создания «Железной пяты».

Но об этом будет сказано чуть позже...

Tags: 1917, 1920 годы, США, классовая борьба, классовое общество, литература, революция, социодинамика, фантастика, футурология
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 36 comments