anlazz (anlazz) wrote,
anlazz
anlazz

Category:

Уровень жизни и уровень потребления 2

В прошлом посте  был рассмотрен пример дореволюционного инженера (в принципе, можно было вообще брать относительно высокооплачиваемого служащего), который, не имея многих привычных для нас вещей – начиная с «айфона» и заканчивая собственным жильем – тем не менее, мог позволить себе гораздо более свободную и обеспеченную жизнь, нежели подавляющая часть наших современников. Обладающих огромным количеством кажущихся необходимыми – на первый взгляд – предметов. Кстати, это относится и к большинству «входящих в первый дециль» - т.е., получающим более 100 тысяч рублей – современных россиян. Поскольку даже они не имеют тех возможностей, которые были у служащего дореволюционных времен.

Скажем, в плане наличия прислуги или возможностей жизни недалеко от места службы. Последнее вообще оказывается мало кому достижимым – ну, разве что наиболее богатым представителям правящего класса. В итоге жизнь современного человека оказывается на порядок более зависимой от имеющихся условий. То есть, он – при формальном наличии значительного количества собственности – в действительности оказывается гораздо более подчиненным внешним условиям, нежели его «дореволюционный аналог». В том смысле, что даже получая большую зарплату, он вынужден, скорее, повиноваться чужой воле, нежели диктовать свою волю кому-то. Выступать инструментом, а не субъектом деятельности.

Именно поэтому современный «обеспеченный россиянин» (или немец, или американец – в данном случае не важно) вынужден, как правило, каждый день тратить два часа и более на то, чтобы «добираться до службы». (Иногда приходится вообще ездить в другой город.) Да еще при этом надо выделять время на личное посещение торговых центров – поскольку, во-первых, прислуги, которая занималась бы закупками нет. А, во-вторых, следует понимать, что состояние современных товаров таково, что без «личного занятия» покупками легко получить откровенное дерьмо. (Вон, в прошлом посте я писал, что дореволюционный инженер носил добротную обувь, сшитую по мерке – в то время, как менее обеспеченный народ рисковал купить на рынки готовый некачественный продукт. Так вот – теперь практически все находятся в положении этого самого «народа».)

* * *

В любом случае, современный «обеспеченный человек» существует в крайне жестких рамках, выйти за которые не позволяет даже формальное обладание машиной, квартирой, утварью и т.д. Точнее наоборот – эта самая «утварь» (в обобщенном смысле) фактически становится инструментов выживания в указанных условиях. Так, автомобиль – как нетрудно догадаться – существует для того, чтобы ездить на удаленную работу, возить детей в удаленную школу, а жену – в удаленный торговый центр. Разнообразная «бытовая техника» позволяет снизить временные затраты на совершение домашних работ – и этим выделить хоть немного свободного времени для отдыха. Наконец, квартира в «личной собственности» является, по сути, единственной гарантией того, что в условиях изменения конъюнктуры человек не будет в прямом смысле выброшенным на улицу – т.е., дает минимальную иллюзию стабильности в быстро меняющемся мире. Собственно, именно поэтому столь многие оказываются готовыми вступать на десятилетия в пресловутую «ипотеку» со переплатой итоговой стоимости жилья в разы. А после – мириться с уже помянутой ситуацией, связанной с необходимостью организовывать свое перемещение из мест нахождения данной «ипотеки» до всех посещаемых мест. (См. написанное выше про автомобиль.)

И вот тут то мы и подходим к определяющему данную тему вопросу. А именно – к тому, совпадает ли уровень жизни и уровень потребления, и если нет, то что его определяет? Впрочем, на первую его часть можно честно дать отрицательный ответ. В том смысле, что при различных «внешних условиях» один и тот же уровень потребления может очень сильно различаться в плане влияния на жизнь человека. Скажем, тот же автомобиль может выступать элементом «хобби» - как это было в дореволюционное время, или элементом «статуса» - как это было во время советское. А может быть жизненной необходимость, обеспечивающей само существование человека – как это происходит в настоящее время. Поэтому, как уже не раз говорилось, данный вид товара буквальным образом «обращается» - превращаясь из показателя высокого уровня жизни в свою противоположность. По крайней мере, для жителей крупных городов, для которых именно отсутствие автомобиля становится признаком «свободы бытия». (Именно поэтому разнообразные бездетные «хипстеры-урбанисты» с радостью объявляют об отказе от машин, с восхвалением пресловутых велосипедов-самокатов. Не понимая, что это возможно только для крайне небольшой категории людей.)

На этом фоне пресловутые «дворы, заставленные иномарками» - которые так любят приводить в пример сторонники современной власти – выглядят далеко не так привлекательно, как это кажется на первый взгляд. (И как это воспринимают люди, чьи взгляды сформировались в советское время.) Поскольку в действительности это не столько благо, сколько  колоссальная проблема. Например, в плане необходимости строительства транспортных коммуникаций, на которые ежегодно выкладывается астрономическая сумма. (Скажем, в 2016 году общие расходы на автомобильные дороги  составили 1,6 трлн. рублей.) Впрочем, к этой сумме надо еще прибавить стоимость самих машин – которых в 2018 году (например) было продано на 2,38 трлн. рублей, а так же – стоимость бензина, масла и прочих сопутствующих затрат. Для сравнения – на то же здравоохранение в 2018 году было потрачено 2,6 трлн. рублей. А ведь указанные цифры означают только денежные затраты – а ведь есть еще затраты экологические, психологические и т.д.  

* * *

Поэтому вопрос: «а ты готов отказаться от личного автомобиля?» - который любят задавать сторонники нынешней власти всем, кто оказывается с ними не согласен -выступает откровенной провокацией. Поскольку  автомобиль для современного человека оказывается фактическим «костылем» - вещью одновременно и необходимой (и поэтому изымающей из его бюджета немалые средства), и вынужденной. Вынужденной самой организацией современной жизни, изымающей его из изначально удобной «жилой среды» - то есть, мест, где он имеет возможность удовлетворения своих потребностей в «шаговой доступности» - в места, где имеется возможность хоть как-то заработать. Кстати, к современным квартирам это относится так же в полной мере. В том смысле, что, гордясь построенными в современной России «квадратными метрами» - к которым относятся, в большинстве своем, пресловутые «человейники», т.е., малоприспособленные для жизни многоэтажки с колоссальной плотностью населения – стоит понимать, что в подавляющем большинстве, переселяясь туда, люди вовсе не «улучшают жилищную ситуацию». А просто переезжают из мест, где нормальная жизнь оказывается невозможной.

То есть, нынешний строительный бум означает, прежде всего,  отток людей из «внутренней России» в города-миллионники и, главное, столицы. Причем, в подавляющем большинстве случаев, вызывается это не желанием повысить комфортность проживания –как это было в 1950-1970 годы, когда переселялись из изб и бараков в благоустроенные квартиры – а возможностью иметь хоть как-то оплачиваемое рабочее место.

То есть, те два «кита» современного роста потребления – на которых, собственно, и делают акцент сторонники нынешнего режима – в действительности повышением уровня жизни можно называть очень и очень условно. В том смысле, что, в лучшем случае, они могут рассматриваться, как стремление к сохранению прежнего положения – скажем, в плане получения достойной зарплаты. (Поскольку в провинции модальная зарплата – т.е., та, которую получает большинство - не превышает 25 тысяч рублей. Что делает «среднего человека» там просто нищим. А если учесть идущий развал провинциальной медицины и образования…) Поэтому все сравнения с «советскими временами» - которые, собственно, и делаются на основании того, что «количество машин и квартир выросло» - по большей мере не имеют смысла. (Даже без учета того, что при сохранении СССР количество машин и квартир так же выросло бы за указанные 30 лет.)

Кстати, сюда же можно отнести также не менее любимое правыми «улучшение связи и информационных коммуникаций» - в виде «мобильников», интернета и т.п. вещей. В том смысле, что основное значение данных явлений состоит вовсе не в увеличении свободны человека – как это выглядит на первый взгляд. (И как казалось людям, стоявшим у основания внедрения данных технологий.) А в компенсации того роста хаотичности и непредсказуемости общества, которое охватило нашу страну (да и весь мир) с конца 1980 годов. Ну да: ранее никому в голову не приходило, что надо постоянно «быть на связи». И что, скажем, может возникнуть необходимость связаться с человеком, находящимся в отпуске или в выходном для срочного решения рабочих вопросов. Или что невозможно спланировать важную встречу заранее – поскольку партнер может на два часа застрять в пробке. Ну, а о детях и говорить нечего – в том смысле, что сама мысль о необходимости постоянного контроля над ними еще в начале 1980 выглядела нелепой. (В конце данного десятилетия, кстати – уже нет.)

То есть – мобильная связь на самом деле выступает таким же «костылем», который помогает выживать в условиях нынешнего мира, однако лучше было бы, если подобной необходимости бы не возникало. Про интернет, кстати, так же можно сказать нечто подобное – и в плане обеспечения работы (скажем, удаленной), и в плане создания альтернативы ставшему в последнее время совсем «блевотным» телевиденью. (Именно поэтому с каждым годом все меньшее число людей усаживается перед «голубыми экранами», предпочитая смотреть в монитор или смартфон.) То есть, в рамках настоящего существования все это оказывается довольно нужными и полезными явлениями – но лучше был было жить в мире, где эти нужные и полезные вещи не нужны. (В таком мире, где Хаос если не полностью побежден – то значительно усмирен и загнан в требуемые рамки.)

* * *

В общем, очень часто оказывается, что потребление и уровень (или качество) жизни связаны крайне нелинейно. И что часто количество потребляемых товаров может возрастать – а уровень жизни при этом оставаться неизменным или, вообще, падать. (И это даже без учета непрерывного падения качества указанных товаров – что можно считать практически доказанным законом.) А значит, использование указанного критерия сравнения в огромном количестве случаев будет крайне некорректным. Поэтому гораздо более рациональным тут будет «прямое обращение» к указанному выше показателю «свободы поведения». Т.е., к рассмотрению, насколько та или иная личность может сама планировать свою жизнь, а насколько – подчиняться требованиям необходимости.

Однако тогда мы можем увидеть множества крайне неожиданных вещей – и в плане сравнения современности с советским временем. (О дореволюционной жизни служащих, понятное дело, тут лучше вообще не заикаться.) И – что еще более интересно – в плане рассмотрения отдельных «слоев» этой нашей современности. Но это, понятное дело, будет уже совершенно иной темой…

P.S. Кстати, из приведенного выше можно хорошо увидеть разницу между "личной собственностью" или собственностью на средства потребления - и собственностью на средства производства. Которая оказывается фундаментально отличающейся от первой. Но, понятное дело, это так же предмет отдельного разговора.

Tags: образ жизни, постсоветизм, потребление, прикладная мифология
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 162 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →