anlazz (anlazz) wrote,
anlazz
anlazz

Categories:

Еще раз о проблеме гибели СССР. Часть вторая

Итак, как было сказано в прошлом посте , позднесоветская номенклатура сделала ставку на максимальное продление «текущего» состояния. На охранительство – как принято говорить в постсоветской России. Подобное поведение в настоящее время не вызывает никакого удивления: собственно, нынешние «хозяева страны» ведут себя подобным образом. На этом фоне одно время даже появлялись сатирические сравнения Путина с Брежневым – особенно после того, как последний «высидел на троне» больше дорогого Леонида Ильича. Впрочем, если честно, то сравнения эти только в сатирическом (для нынешнего «хозяина») тоне и могут быть, поскольку достижения советской эпохи 1964-1982 годов в нынешней РФ, разумеется, даже представить невозможно.

Тем не менее, очевидность подобного сравнения кажущаяся. В том смысле, что в действительности уподоблять советскую номенклатуру – несмотря на все ее серьезные недостатки – нынешней чиновной олигархии невозможно в принципе. Поскольку реальные отношения этих двух «правящих сущностей» с основанием общественного существования – с производственным базисом – являются различными. Напомню, что РФ – это капиталистическая страна, в которой господствует частная собственность на средства производства. Посему главной целью управления обществом становится удовлетворение интересов этой самой частной собственности. (Разумеется, крупной.) Отсюда нетрудно догадаться, что в «социальном плане» - т.е., в плане взаимодействия различных слоев общества друг с другом – подобному обществу на определенном этапе развития действительно может оказаться выгодной «стабильность».

* * *

Конкретно это состояние наступает после того, как «первоначальный рост капитала» завершается, и «наверху» остается несколько монстров-супермонополий, имеющих практически бесконечные возможности по влиянию на все остальное. Т.к. любого человека на любой должности в государстве эти «супермонстры» могут «купить», и единственное, что ограничивает подобные «покупки» - так это то, что данная личность может быть «куплена» другим «супермонстром». (Разумеется, стоит понимать, что «покупка» тут – не банальная взятка, а гораздо более сложный механизм обеспечения контроля.) В подобной ситуации действительно устанавливается некое «статус-кво», изменить которое становится практически невозможно. (Поскольку сами супермонополии уничтожить друг друга не могут, а любой актор, не входящий в состав «монстров», напротив, данной системой будет с легкостью уничтожен.)

Разумеется, это не значит, что подобная ситуация будет существовать вечно. Нет конечно, довольно быстро (в историческом масштабе) это самое «статус-кво» станет тесным для расширяющихся капиталов. И пресловутая «монополистическая стабильность» будет взорвана. Или же – что еще более вероятно – она будет взорвана «снаружи» общества, монополиями из других социумов. (Стран.) Тем не менее, какое-то время она просуществует. Ну, и самое главное – даже в случае слома данного «статуса» это произойдет только для монополий. Что же касается «нижних слоев» общества – то они всегда и везде будут удерживаться в состоянии «минимальной свободы». (Ну, за исключением небольшого периода «первоначального накопления».) Это, кстати, прекрасно видно сейчас, когда «пелена» мнимой демократичности спала, и стало понятным, что практически во всех капиталистических странах – от Индии до США – действует практически полицейская диктатура.

Впрочем, о современном обществе в указанном контексте надо говорить уже отдельно. Тут же стоит вернуться к тому, с чего начали – и обратиться к советскому периоду и к той ситуации, в которой существовала пресловутая номенклатура. Поскольку тогда можно будет увидеть, что ее (номенклатуры) положение кардинально отличалось и от положения крупных капиталистов, и от положения крупных чиновников при этих капиталистах. А именно: отсутствие в советском обществе помянутых выше «суперакторов» - т.е., крупных капиталистов, подчиняющих всех своей воле – лишает его указанного «суперстабилизирующего» фактора. Чиновники же сами по себе являются силами, достаточно слабыми для поддержания указанного «статуса кво». Что, например, показывает смещение Никиты Хрущева – лица, занимающего высшее место в иерархии, однако не могущего противостоять совместного давлению других «высших лиц».

Для примера можно сравните это с положением того же Сечина – который, кстати, всего лишь глава госкорпорации. О Дерипаске с Абрамовичем – являющихся владельцами капитала –разумеется, даже разговор в подобном тоне идти не может. (Вот Ротшильды с Рокфеллерами, разумеется, могут «снять» Дерипаску – но это уже другой уровень.)

* * *

То есть, советские номенклатурщики – несмотря на всю формальную власть – не могут выступать источниками «самостоятельной» стабильности. Что же касается взаимодействия их друг с другом, то – вследствие конкурентного характера этого взаимодействия – никаких стойких структур в данном случае образовываться не может. (Еще раз: даже возможности генерального секретаря оказываются на порядки более низкими, нежели возможности современной крупной корпорации.) Поэтому возникает парадоксальный, по сути, эффект – а именно, в рамках сохраняющейся иерархической системы значимыми становятся неиерархические, идущие со стороны народа, возмущения. Да, именно так: советские руководители, по сути, оказываются обреченными не только слушать «народные массы», но и стараться следовать их интересам. (Разумеется, не всегда это получалось удачно – но сути это не меняет.)

Поэтому в данной системе возникновения «охранительства» - с его главным лейтмотивом, состоящим в том, что «массе» следует дать некое минимальное содержание, максимальное количество развлечений и нулевую возможность для самостоятельной политики – является невозможным. (Так как в данном случае тот руководитель, кто решит опереться сломать данную систему, опираясь на народ, выигрывает в любом случае.) Однако это странным образом противоречит описанному в прошлом посте состоянию – тому, что установилось к началу 1970 годов и сейчас именуется «застоем». Разумеется, на этом можно было бы приводить различные «конспирологичесие» концепции на тему того, что в действительности в СССР был не социализм, а капитализм. (Госкапитализм.) С реальной частной собственностью на средства производства. (Госсобственность при капитализме выступает частной собственностью в государственных руках – не более того.)

Однако они очевидно противоречат тому, что частная собственность – это довольно специфическая форма взаимодействия между экономическими агентами. Которая имеет вполне определенные качества, отсутствующие в СССР. (Как, например, возможность покупки/продажи, коя входит в базис частной собственности – т.е., является необходимым условием для существования последней.) Так что с «моделью госкапитализма» в Советском Союзе дело обстоит отнюдь не так однозначно, как это многим кажется. Но что же в данном случае выступает источником пресловутого «застоя»?

* * *

Так вот – в прошлых постах как раз и был ответ на этот вопрос. А именно – было показано, что одним из факторов, определяющих поведение советского руководства, был страх перед возможностью повторения «Культурной революции» в нашей стране. Кстати, если честно, то указанный страх, вообще, оказал огромное влияние на СССР во многих областях: например, закрыв возможность примирения с КНР после снятия Хрущева. (Напомню, что именно этот деятель своей бездарной внешней политикой, по существу, привел к разрыву с Китаем и последующим дрейфом данной страны в антисоветский лагерь.) Впрочем, понятно, что полностью охватить подобный вопрос в данном посте совершенно невозможно – и поэтому внешнеполитическое значение «Культурной революции» следует рассматривать отдельно. Тут же можно только сказать то, что указанное воздействие происходящего в КНР на «нашу» номеклатуру оказалось настолько велико, что оно, по сути, стало главным определяющим ее поведение фактором.

Поскольку оно одновременно «сплотило» данный социальный слой – дав ему общую опасность, т.к. в случае гипотетического повторения «китайского опыта» у нас должны были пострадать практически все начальники. (И, тем самым, создав ее субъектность.) И при этом «закрыло» возможность использования «народных инициатив» любым номенклатурным представителем. (Поскольку последний неизбежно становился «кандидатом в Мао» - коего следовало уничтожать.) Кстати, ИМХО, именно тут следует искать причину «культа серости» в застойном советском обществе, и одновременно – источник нарастающей некомпететности советского руководства. (Поскольку любой «яркий» человек начинал восприниматься, как опасность.) Ну, и в довершение ко всему, именно из этого страха приостекало и известное стремление «геронтократов» как можно дольше «засиживаться» на своих постах. А главное – массовая поддержка этой самой «геронтократии» всей остальной номенклатурой. (При том, что еще недавно – скажем, в 1964 году – номенлатурщики, в общем-то, достаточно легко соглашались на смену персоналий.)

То есть – источником (по крайней мере, одним из самых значительных) «застоя» следует признать пресловутую «бучу» в Китае. Которая, по сути, стала одним из главных факторов, приведших к остановке «коммунизации» советского общества, определив его движение в обратном направлении. Разумеется, это не значит того, что не было иных процессов, влияющих на указанное измение, однако сути это не меняет.
Ну, а о том, что же отсюда следует, будет сказано уже отдельно.

P.S. Кстати, и для самого Китая влияние «Культурной революции» оказалось крайне велико, и при этом очень и очень неоднозначно. Причем неоднозначно в «деструктивном смысле» - который у данного события на несколько порядков превышает деструкцию тех же «сталинских репрессий». Но об этом, разумеется, надо писать в отдельной теме.

Tags: 1970 годы, Китай, СССР, история, общество, теория инферно
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 28 comments