anlazz (anlazz) wrote,
anlazz
anlazz

Categories:

Главная книга: "Туманность Андромеды" и "Час быка"

Никогда в жизни не участвовал в пресловутых флешмобах. Но в данном случае тема показалась мне интересной: в хешмобе #главнаякнига предлагается рассказать о книге (книгах), которые изменили что-то в вашей жизни. Поскольку со мной случилось именно это – своим текущим мировоззрением я действительно обязан прочтению вполне конкретного произведения. А точнее – не произведения даже, а именно книги, конкретного «физического» тома, попавшего ко мне в руки. Речь идет о сборнике произведений Ивана Антоновича Ефремова, включившем в себя два романа: «Туманность Андромеды» и «Час быка».

Прочитал я его в 2003. В 28 лет, если что. Удивительно, но до этого времени я произведений Ефремова не то, чтобы не читал, но считал этого автора «типичным представителем соцреализма», а его фантастику – унылым представлением о «самом правильном типе общества». Ну да: «герои картонные, ситуации ходульные» - как это было сказано про «Туманность Андромеды» во время ее выхода. Понятно, откуда это взялось: единственный раз «Туманность» попала мне в руки лет, наверное, в 11. Когда ожидаешь от книг – а тем более, фантастических – исключительно приключения и прочий «экшн». А в «Туманности» этот «экшн» - в виде истории с посадкой на «планету Железной Звезды» - «зачем-то» перемежался с изображениями «мирной Земли». Которая подростку из  1980 годов была, в общем-то, по барабану, а уже тем более по барабану были все «научные отступления» автора, показывающие более глобальное устройство данного общества и его историю.

Поэтому впечатление от чтения осталось «так себе» - с одной стороны, очевидная «ретрофантастика 1950 годов», а с другой – чистая пропаганда «хорошего общества». (Которое подростков никогда не привлекает – скорее, наоборот.) Ну, а если прибавить сюда то, что в 1990 годы господствующей идеологией нашего общества стал антикоммунизм и антисоветизм, то нетрудно догадаться, что до указанного момента у меня даже не возникало желания притронуться к подобным вещам. Вот братья Стругацкие – это другое, это мир, в котором коммунизм существует лишь в названии, а в целом это вполне неплохая, динамичная фантастика, где обыгрываются интересные ситуации. Вроде «тоталитаризма» в «Обитаемом острове» или встречи с Неизвестным в «Пикнике на обочине». (Собственно, коммунизм у братьев занимает более-менее центральное место только в «Полдне», но это можно перетерпеть.)

Собственно, и  «Туманность Андромеды» я начал читать только после того, как на пресловутом «Имперском Генеральном Штабе» - был такой сайт Переслегина в конце 1990-нач. 2000 годов – увидел бурное обсуждение этой самой «Туманности». (Равно как и «Часа быка».) Но это чтение превратило меня из уверенного антикоммуниста, либерала-рыночника и технократа, в человека с коммунистическими убеждениями. Поскольку – совершенно неожиданно – я открыл для себя мир, совершенно не похожий на то, что было за окном, в РФ образца 2003 года. И при этом мир совершенно логичный, закономерный, и, что самое главное, гораздо более пригодный для жизни человека, нежели то, что существовало в реальности. Мир, где можно по всей Земле пробежать босиком, и не поранить ноги. Или, например, можно заниматься наукой или искусством – а не думать, что твоя жизнь находится в руках «великих владык», кои считают, что для нее есть иное предназначение. Например,  работать для блага этих владык. (Но последнее – это уже к «Часу быка», второй книге сборника.)

Да, именно так: Ефремов показал в своих произведениях общество, которое было коммунизмом не декларативно – как часто можно сказать про книги  тех же в Стругацких – а на самом деле. Поскольку это был мир, где необходимость в конкуренции, вражде, насилии не блокировалось государственным механизмом или какими-то физическими изменениями человека – как, например, это было у фантаста Станислава Лема в «Возвращении со звезд. (И уж тем более не подавлялась «авторским произволом», как у братьев.) А исчезала по той простой причине, что в сытом, разумно устроенном обществе – где образование и здоровье людей составляет главную цель существования – просто не возникает желания стать негодяем или садистом. Да, именно так: человеческому разуму, на самом деле, деструкция не нужна, и любые деструктивные действия человек со здоровой психикой отбрасывает без сомнений. Но, разумеется, для этого его психика должна быть именно здоровой, не угробленной совершенно нелогичной, а порой абсурдной, античеловечной социально-экономической системой.

Как это показано в уже помянутом «Часе быка», где коммунистической Земле была противопоставлена фашистская планета Торманс. Напомню, что этот самый Торманс оказывался населен такими же землянами,  бежавшими туда от наступающего на Земле коммунизма. (Т.е., «биология» тормансиан была той же самой.) И единственная разница его жителей была в том, что на данной планете сохранялось жизнеустройство, характерное для классовых обществ. Разумеется, изначально никакой фашизм там строить никто не собирался – наоборот, высадившись на планету, будущие тормансиане создали что-то вроде буржуазно-демократических государств с изрядной примесью «американского Дикого Запада». (Т.е., анархокапиталистической вольницы.) Однако, в итоге, они пришли именно к указанному результату.

Разумеется, тут сразу стоит сказать, что Ефремов специально подчеркивал искусственность Торманса, как главный источник Инферно. И, тем самым, показывал, что «тормансианский путь» нашей планете не грозит, и что – несмотря на все будущие потрясения, которые отделяют ее от наступления всепланетарного коммунизма – итог нашей, земной истории будет, все же, светлым. Собственно, и завершение романа «Час быка» посвящено именно этому: констатации наступления «рассвета», окончание времени фашистской, олигархической Тьмы,  которая может быть долгой, но не вечной. (Изначально «Час быка» автор хотел назвать «Долгая заря».) А равно – и показу того, каким должен быть путь преодоления этой самой Тьмы. (Если кратко – то этот путь лежит через понимание равенства всех людей, через отказ от деления человечества по различным критериям. Поскольку именно признание этой разницы – например, по способности к умственному или физическому труду – и составляет основу фашизма.)

Впрочем, обсуждать сюжет приведенных произведений надо отдельно. Здесь же стоит только еще раз сказать, что для нас, в любом случае, наиболее ценным качеством произведений Ефремова является то, что в них (не только в приведенных выше) показывается искусственность и навязанность всех деструктивных, разрушительных проявлений человека. И наоборот – имманентность, привлекательность и естественность проявлений конструктивных, таких, как дружба, любовь, тяга к знаниям и желание делиться. От которых человека отделяет только «историческое устройство» общества, продолжающее воспроизводить сущности,  бывшие когда-то актуальными, но со временем превратившиеся исключительно в источники человеческих бед. (На самом деле у Ефремова прекрасно показано, что подобная ситуация пронизывает не только общество, но и всю живую природу, приводя к явлению, которое он именует Инферно.)

И поэтому ключом к переходу от данного «Ада» к тому мироустройству, что показано в «Туманности Андромеды», выступает необходимость понимания мира. Необходимость познания его глубинных процессов, которые – как это не удивительно – являются не такими уж и особо сложными. (Правда, они весьма необычны для обыденного сознания – но это уже совершенно иной вопрос.) Собственно, именно этот момент и стал для меня самым главным из всего, что дал Иван Антонович Ефремов в своих книгах. И, думаю, даст и другим внимательным читателям, которые смогут отбросить привычные стереотипы о том, что наша жизнь есть «юдоль страданий», и что зло в нем непобедимо и неизбежно.

На этой оптимистической ноте можно и закончить.

Tags: #главнаякнига, Иван Ефремов, литература, фантастика, футурология
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 293 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →