anlazz (anlazz) wrote,
anlazz
anlazz

Category:

Иерархия - ее истоки и место в человеческой жизни

Итак, как было сказано в прошлом посте , проблемы «общества потребления» на самом деле связаны не с потреблением. А с тем, что это самое потребление, в значительной мере, определяется существующей в обществе конкуренцией. Именно поэтому совершенно бессмысленно пытаться устранить недостатки «потребительского общества» - скажем, очевидный дисбаланс удовлетворения потребностей в нем или вытекающие из этого дисбаланса высокие затраты ценных ресурсов (энергии, редкоземельных металлов) а так же загрязнение окружающей среды – через какие-то ограничения потребления. (Напомню, что сейчас подобные идеи находятся «в мейнстриме»  - например, в виде т.н. «зеленого безумия».)

Поскольку подобный путь ни к чему хорошему не приведет – в том смысле, что даже если потребление и удастся ограничить в одном месте (одной области), то оно неизбежно вырастет в другом. Ну, как например периодически возникающие «волны» отказа от «экологически вредных вещей» - начиная с одежды из натурального меха и заканчивая автомобилями – проходящие именно, как «ответственное потребление», в действительности оборачиваются обратным. А именно: массовой заменой одних товаров другими. (Скажем – натуральных шуб пуховиками или автомобилей электромобилями.) То есть, реальное давление на природу после этих акций только возрастает, ведь асе «новое» надо произвести, а старое еще переработать – что ведет к потреблению энергии и ресурсов.

Причина этого в том, что реальный смысл большинства «акций потребления»  состоит не в том, чтобы получить те или иные потребительские блага, а в том, чтобы обозначить свой «иерархический уровень». Причем, желательно уровень более высокий, нежели на самом деле –что потенциально позволяет снизить конкурентное давление на себя. Именно отсюда проистекает явление, которое сейчас принято именовать «понтами», иначе же – поведение, направленное именно на демонстрацию как можно более высокого статуса. Понятно, что показать, «насколько же я высок» можно только иррационально – через как можно более бессмысленные действия, которые показывают «наличие могущества». (Так же, как роскошные хвосты у павлинов или рога у оленей показывают жизненную мощь существа, способного прожить с такими вещами.)

Поэтому единственный способ остановить «маховик потребления», ввести последнее в рациональное русло, состоит в устранении необходимости конкуренции. То есть – в демонтаже иерархии. Однако можно ли устранить сделать это? В том смысле, что очень многие уверены: стремление борьбы за «лучшие места» заложено в человека природой. И поэтому любые попытки построить жизнь человека как-то по-другому – то есть, получить безирарахическое усторойство общества, и вытекающее из него бездемонстрационное потребление – обречены на неудачу.

Однако именно эта точка зрения является ошибочной. (Точнее, не всегда эта ошибка является несознательной – очень часто за ней скрывается… но об этом будет сказано уже отдельно.) Хотя бы потому, что варианты подобных обществ в действительности существовали, причем не так уж и давно. Разумеется, речь идет о т.н. крестьянских общинах – формах проживания 90% населения в традиционном обществе. Конечно, тут сразу же стоит сказать, что в действительности эти самые общины являли собой лишь продукт разложения более древнего общинного устройства, характерного для доклассового существования. И поэтому общинность – как будет сказано выше – тут была далеко не полная. Но даже этого было достаточно для того, чтобы … обеспечить рациональную систему потребление обитателей этого мира.

Другое дело, что рациональность эта оказывалась не сознательной, а заключенный в огромную сеть разнообразных традиций, норм и правил. (Как пресловутый Журден не знал, что он говорить прозой, так и крестьянин не понимал, что он действует так, чтобы получить максимум результата с минимальными усилиями.) Поэтому иногда – при резком изменении внешних условий – она «сбивалась», и получалась полная ерунда. (Скажем, при переселении в новую местность сельскохозяйственное производство «стабилизировалось» только лет через 50 и более. До этого даже в более благоприятных условиях чем раньше урожаи могли быть ниже.) Ну, и конечно же, не стоит забывать, что над этой общинностью железной неизбежностью нависала иерархическая и конкурентная государственная система классового мира.

Которая буквально выжимала все соки из крестьян, снижая их уровень жизни на порядок – несмотря на всю «рациональность» и оптимальность крестьянского бытия. Именно поэтому в доклассовой общине – «огрызком» которой, собственно, и была община крестьянская – продолжительность жизни человека составляла 30-31 год. (Для развитых общин – вроде Чатал-Гуюка – она доходила до 33-35 лет.) В классовом же мире, где наличествовало государство и иерархия, эта продолжительность падала до 28, а то и вообще, 24-25 лет. (Разумеется, тут учитывается высокая детская смертность, но, в общем-то, смысл понятен.) Кстати, интересно, что в развитых государствах – вроде Римской Империи – реальная продолжительность жизни была ниже (25-26) нежели в «наследовавших» ей варварских королевствах (27-28). И это еще без учета жизни рабов!

Зато с «понтами» и демонстрацией – как это нетрудно догадаться – в Риме было более, чем хорошо. Собственно, сама «римская жизнь», это, фактически, жизнь именно ради понтов – римлянин, потеряв возможность демонстрировать свою «мощь», предпочитал покончить жизнь самоубийством. То же самое, впрочем, можно сказать и про европейских аристократов Средних Веков и Нового Времени. Которые выкидывали колоссальное количество ресурсов на разнообразные пиры-роскошь-дворцы, а так же на обязательные войны друг с другом, старательно понижая уровень жизни населения. В результате чего за несколько тысяч лет развития, простите, «цивилизации», человек стал жить много хуже и короче, нежели жил до этого.

То есть – если вернуться к тому, с чего начали – можно сказать, что безиерархический тип существования не просто возможен, но и является, если так можно выразиться, «естественной формой» существования людей. По крайней мере, если брать мезолит-неолит, когда подобная жизнь была единственно возможной, то это будет более 10 тыс. лет. (Палеолит пока опустим, там человек еще не окончательно был человеком.) Да и в последующее время – как уже было сказано – значительная часть жизни проистекала в общинной, по сути, среде. И реальный переход к полностью иерархической жизни в той же Европе произошел не раньше 15-16 веков. (У нас – лишь в конце 18-19 веках, более того, «псевдообщина» поддерживалась до начала 20 века.)

В общем, иерархия и конкуренция – то есть, то, что считается сейчас основной человеческого бытия – на самом деле вовсе не «природная особенность человека». А, напротив, явление чисто культурное, цивилизационное – и временно-локальное. В том смысле, что единственный смысл существования социальных систем, построенных на подобной основе, состоит в том, что именно они позволяют осуществлять наиболее оптимальную систему разделения труда. То есть, превращать людей в производственные функции, способные работать в сложных производствах. Ну, а оптимальное производство, понятное дело, «перетекает» в максимальное могущество – т.е., в способность диктовать остальным свою волю. (Наверное, не надо говорить, как это происходит. Ну, а если кто не знает – то пусть обратится к истории европейского колониализма, построенного на преимуществе европейского же оружия.)

Таким образом, конкурентно-иерархическая система с самого начала не просто не является «естественной» и «природной» для человека. Но и, по сути, оказывается ему враждебной, приводя к превращению в «винтик» производственной машины. Настроенной прежде всего, на… обращение в «винтики» тех, кто еще не попал на данную роль. Именно этот всепожирающий Левиафан и являет собой т.н. «человеческую цивилизацию». Точнее – являл до недавнего времени, поскольку вот уже более ста лет мы наблюдаем обратный процесс. А именно: возвращение человека на первый план, появление попыток подчинения им этого самого «Левиафана» своей воле. Разумеется, речь тут идет о развитии рабочего движения во второй половине XIX – начале XX столетия, и о формировании системы социализма, которая стала следствием этого процесса. Поскольку именно благодаря последнему удалось не только на порядки поднять уровень жизни большей части населения Земли. (Не столько в самих соцстранах, сколько в остальном мире, «напуганном» этим самым социализмом.)

Но и – что самое главное – позволить выйти на уровень, при котором создание производственных систем, имеющих основу, отличную от конкурентно-иерархической, стало возможным. Но об этом, понятное дело, надо будет говорить уже в отдельном посте. Здесь же, завершая вышесказанное, можно только еще раз указать, что общество, имеющее подобную основу, «автоматически» сможет изменить множество самых различных проблем, включая и описанные в начале поста проблемы «потребительского общества». 

P.S. Еще раз: вопреки обывательским представлениям, нормальное поведение для человека состоит именно в «рациональном потреблении», в поведении, ориентированном на удовлетворении реальных, а не мифических потребностей. Собственно, именно так люди жили тогда, когда на них не осуществлялось государственного давления – с его правом, налогами, идеологией и прочими проявлениями насилия. Но, разумеется, во-втором случае производительность труда выше. Точнее, была выше…

Tags: классовое общество, общество, правое мышление, социодинамика
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 128 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →