anlazz (anlazz) wrote,
anlazz
anlazz

О «взрослых цивилизациях». Заключение.

Разрушение «советской цивилизации» знаменовало завершение контрреволюционного поворота. Теперь ничто не мешало цивилизации «откатываться» назад, в дореволюционное состояние, постепенно отбрасывая все те свойства, которые она приобрела за «советский период». Сегодня это движение все сильнее ускоряется: если в самом начале процесса, после 1991 года, большинство людей (кроме, конечно, жителей бывшего СССР) слабо ощущали потерю тех или иных благ (хотя, по сути, данный процесс шел где-то с начала 1980 годов, когда стало ясно, что перехода к коммунизму не будет), то теперь сокращение социального обеспечения испытывают даже в тех странах, что еще недавно казались разновидностью «земного рая». Кризис, охватывающий всю планету, похоже, перестает давать человечеству даже небольшие поблажки, все сильнее затягивая свою петлю. Мир стремительно летит назад, и все явственнее проступает облик той точки, к которой он стремиться – того рокового момента столетней давности, с которого началась Первая Мировая Война.

За последние тридцать-сорок лет человечество умудрилось растерять все, чего достигло предыдущие несколько десятилетий: социальную защищенность (и в СССР, и в западных государствах «всеобщего благоденствия»), относительно высокую оплату труда, развитое образование и науку (сейчас все более превращающихся в фикцию), наконец, умение жить в мире – за период, прошедший с окончания Второй Мировой Войны, человечество больше не знало  серьезной бойни. И вот, все эти достижение становятся все более и более призрачными, заменяясь суровой реальностью мира эксплуатации.

Но не стоит отчаиваться. На самом деле этот откат назад не так страшен, как многие себе представляют, поставив крест на самой идее изменения общества в лучшую сторону. Вряд ли можно отрицать, что в Истории было немало примеров, когда тот или иной революционный переход откладывался, несмотря на все существующие для него условия. Мир был готов к приходу капитализма еще в XIV-XV веке, в итальянских городах-государствах. Там было все, что требовалось для этого «будущего»: от «двойной записи» и фондовых бирж, до применения поточного производства на венецианском Арсенале. Но человечеству не суждено было пройти этот путь так просто – итальянский капитализм «канул в лету», и сама Италия оказалась отброшена в самую, что ни на есть дремучую архаику. Причем настолько сильно, что вплоть до второй половины XIX века, когда буржуазные отношения завоевали большинство стран Европы, оставалась «заповедником» феодальных пережитков (хорошо еще, Наполеон подсуетился, со своим «Кодексом»).

Тут не место подробно разбирать, почему Италия периода «чинквеченто» не стала локомотивом исторического развития. Важно то, что, несмотря на наступившую реакцию, движение вперед не было остановлено. Место Италии занял Север Европы, территория, которая в настоящее время входит в Нидерланды и Бельгию. Буржуазная революция в Соединенных Провинциях очень близко подошла к тому барьеру, за которым лежал «устойчивый капитализм», но полностью взять его не могла. Чтобы это произошло, понадобилась кровавая и разрушительная Тридцатилетняя война, только после которой стало возможным перейти к буржуазному обществу. И даже после этой войны существование «старого» и «нового» представляло непрерывную борьбу, щедро проливающую людскую кровь.

Да и переход к пролетарской революции начался, как известно, с Парижской Коммуны, бывшей реальностью менее трех месяцев. Но сам этот момент значил очень много – он поставил перед будущими революционерами задачи, которые они могли бы решить в будущем. Коммуна была «фальстартом» - противоречия капитализма в 1871 году еще не дошли до той точки, после которой они могли быть разрешены только катастрофически. Данный момент настал позднее -  в 1914 году, который и привел к 1917. И вот, во «второй раз» Революция реализовалась крайне успешно, сумев миновать огромное множество «подводных камней» и выйти в режим «устойчивого развития». Более того, из «национального» события, связанного с историей одной страны, Революция стала событием международного масштаба. Более того, она выступила основой для истинно космических событий – космических, в прямом смысле. Путь в космос открыл человек, рожденный на родине Революции, и впервые поднялся над планетой человек, рожденный там же. Более того, вполне возможно, что без победы Революции человек никогда бы не смог совершить этот рывок и выйти в межпланетное пространство. Даже высадка на Луну имеет прямое отношение к Революции, хотя отнести Армстронга, Колиндза и Олдрина к коммунистам невозможно никоим образом.

* * *

Впрочем, отношение Революции и космонавтики – отдельная большая тема. Пока же можно заметить, что помимо всего прочего, рожденный Революцией Советский проект не только дал огромный толчок развитию науки и техники по всему миру, но сделал науку и знание повседневной реальностью для миллионов людей, вынес науку из «университетских храмов» в массы. Сейчас трудно поверить, но еще пятьдесят лет назад первейшими мировыми событиями становились не очередные войны или теракты, а научные открытия или технические достижения, которые обсуждались, как главнейшие события жизни. Да, войны, и даже теракты, существовали, социализм избавил мир от кошмара Мировой войны, но не мог избавить от локальных конфликтов. Но все это казалось признаком уходящей эпохи – той, в которой остались короли и графы, фаворитки и конкистадоры-колонизаторы, таблички «только для белых» и умирающие от голода дети. Человек готовился осваивать Луну и рвался к звездам – и чем дальше, тем сильнее становилось понимание, что именно тут, в столкновении с природой, и лежит истинное его предназначение. Что человек рожден, чтобы решать сложнейшие задачи, а не изображать из себя бабуина, стараясь оторвать кусок побольше, и занять место повыше.

Вот это, к сожалению, не успевшее сформироваться, мировоззрение – и есть главный итог этой Революции. Если Парижская Коммуна доказала, что обыкновенные люди, не графы с баронамиы, и даже не рожденные в богатой семье буржуа - вполне могут заниматься государственным управлением, то «Эпоха СССР» сделала видимым альтернативное, по сравнению с «традиционным», представление о цели в жизни. Как не удивительно, но подобное по своей значимости даже превосходит доказательство устойчивого существования общества, построенного не на конкурентной, но на солидарной основе. Опыт СССР разом  обесценил и превратил в чистые «агитки» все утверждения о невозможности иного мира, кроме элитаристского и конкурентного. Интересно, что во Второй Мировой войне СССР столкнулся именно с ультраэлитаристской, ультраиерархичной и ультраутилизаторской (в смысле, стремящейся исключительно к переделу все ресурсов в свою сторону) силой, выражавшейвсе ценности «предыдущего мира» в наиболее явной форме. И одержал над ней чистую победу.

Поэтому не стоит думать, что даже сейчас, после распада Советского Союза, мир вернулся на круги своя. Тот переворот традиционных представлений, что произошел после Революции, превосходит по своей значимости значение христианской эсхатологии, в свое время разомкнувшей традиционный круговорот и подарившей человечеству будущее. Какие бы «откаты» после этого не совершались, подобное не забывается. Что же касается значения поражения Революции, то оно, как не удивительно, в большей степени «раздуто» исторической близостью. Ну, живем мы в постсоветский период, что тут поделаешь, и любая историческая мелочь раздувается для нас до размеров не слона даже, а мамонта или бронтозавра. Чем дальше История отходит от 1991 года, тем менее важным становиться «распад мировой коммунистической системы».

Это неизбежно – антикоммунизм, как особая разновидность мировоззрения, представляет собой артефакт именно «Советской эпохи». В этом смысле, происходящее «возвращение к капитализму» делает его все менее актуальным, оставляя  маргиналам из «прежнего времени», помнящим «нехватку колбасы» и «репрессии». Чем дальше, тем все менее очевидными становятся подобные вещи, превращаясь в разновидность сказок, и никакая пропаганда  не поможет сделать их актуальными. Капитализм озабочен совершенно иными явлениями, нежели борьба с «красной угрозой»: призрачное единство «капиталистических интересов» возможно было только перед лицом Революции – как не странно, это единство есть тоже ее «Тень». С ее исчезновением капитализм возвращается опять туда же, откуда все началось – к миру Хаоса и конкуренции.

Поэтому новая Революция неизбежна. Базовое противоречие капитализма, состоящее в том, что огромная система общественного производства используется для решения частных задач (а именно, победы в конкурентной борьбе), никуда не делась. Более того, сам капитализм лишь актуализировал и вывел на поверхность данную проблему, бывшую основой цивилизации с самого момента основания классового общества. Потому что, разве не этим занимались все феодальные и рабовладельческие владыки, все эти  Рамзесы, Цезари, Сулейманы, Людовики и прочие Чингисханы, создавая свои царства и накапливая богатства. Просто когда человечество перешло от боевых колесниц к танковым армиям, а от овечьих стад к металлургическим комбинатам, подобное стало заметнее. И разумеется, теперь уже не скрыться за «маской неведенья», говоря, что невозможно жить иначе, чем живем сейчас – потому, что человек помнит иную жизнь.

* * *.

Человечество, обретя власть над атомом и космосом, уже не может идти «чингисханьим» путем, тратя все свои силы на борьбу «сильных» друг с другом. Помимо очевидной военной опасности следует упомянуть усиливающееся давление цивилизации на биосферу, приводящее уже к началу явных процессов ее деградации. Данное давление – тоже не новость, с самого начала классовой Истории те или иные общества вполне могли довести свой «вмещающий ландшафт» до состояния «полного цугундера». «Ближневосточная цивилизация», превратившая своей хаотической хозяйственной деятельностью плодородные земли в пустыню, тому порука. Но теперь речь идет о проблемах не локального, но глобального характера, когда опасности подвергается вся планета Земля. Я не хочу, как ряд «экологистов», придумывать некую опасность «уничтожения жизни на Земле», потому, что это бред – человек не способен уничтожить жизнь целиком. Проблема состоит в том, что для существования самого человечества, как сложной развитой системы, требуется достаточно сложная биосфера, и потеря как раз этой сложности может оказаться опасной.

Впрочем, говорить о опасности Хаоса в человеческих делах я тут особо много не собираюсь. На самом деле, это есть базис нашего цивилизационного развития – медленный, постепенный, с откатами назад, но подъем из хаотического состояния в состояние разумно устроенное. Разум, как таковой, и есть, по сути, «антихаотический инструмент», позволивший человеку подняться над хаосом природы, и вступить на путь превращения во всепланетную упорядочивающую силы. Разумеется, столь важный, космический по сути, шаг, не явился одномоментным переходом, Разум при рождении был еще слаб, блеск его искры терялся во тьме животных еще инстинктов и страстей. Потребовались долгие тысячелетия, прежде чем он смог стать значимой силой – переход от присваивающей к производящей экономике стал новой эпохой, приводящей к появлению человека-творца – мыслящего существа, способного вырваться из «цепких лап» времени. Возможность предвиденья будущего, на котором основано производство, сделало человека планетарной силой. Но за овладение «властью над временем» ему пришлось заплатить свободой – платой за производящую экономику стало классовое общество. Люди разделились – достаточно произвольным образом – на «две разновидности»: властители, которым «дозволено творчество», и «говорящие орудия», которые оказались обязаны служить их воле.

Данное разделение было оправдано как ограниченным числом ресурсов – прежде всего, земли, так и ограниченным числом «возможностей творения»: действительно, ну не мог каждый выкопать оросительный канал, построить пирамиду или основать новое царство. Для этого каждому «творцу» надо было иметь определённое количество рабов. Даже высечение статуи или написание фрески занимало то время, которое «творец» иначе потратил бы на добывание пищи. Которую ему должны были дать те самые «говорящие орудия». Причем, не обязательно рабы: те же крестьяне, обслуживающие феодального сеньора – который и платил какому-нибудь Леонардо – так же представляли собой бесправные источники «ресурса», «закованные» в вечный круговорот бессмысленной и нищей жизни. И лишь со временем, когда цивилизация накопила достаточное количество благ и узнала значительное количество способов производства, стало возможным говорить о необходимости отказа от этого разделения. Великие пророки религий «Осевого времени» были предтечей этих идей – Христианство стало первой декларацией равенства, пусть и символического. Но только через несколько десятков столетий после возникновения Христианства человек подошел к барьеру, за которым стало возможным говорить о создании солидарного общества, в котором теряется смысл в «говорящих орудиях», и напротив, появляется массовая потребность в творцах.

Именно этот момент мы наблюдаем сейчас. Все прежние ограничения, дающие явные преимущества иерархической цивилизации, исчерпаны: производственная мощь человечества достигла такой величины, что нет нужды уже «выцарапывать» крохи прибавочного продукта друг у друга. С другой стороны, сложность производства поднялась уже настолько, что выстроить «традиционную» иерархию с разделением на «принимающих решение» и «исполняющих» становится все труднее. Еще сто лет назад один инженер приходился на 1000-500 рабочих. На многих производствах сейчас это соотношение равняется 1 к 10. Разумеется, человек продолжает старательно цепляться за истины «предыдущего периода», в том числе и за иерархию трудовых отношений, стараясь как можно дольше удержаться в рамках «конвейерного производства» с массовым низкоквалифицированным трудом. Иногда даже сознательно приходится опускать образовательную планку, не давая массам людей почувствовать себя равным элите. Но это может продолжаться только до определенного времени. Рано или поздно, по появится общество, способное перейти к полному отказу от концепции «хозяев» и «рабов», «посвященных» и «профанов».

* * *

Именно с этого момента можно будет говорить о новом этапе в развитии человечества. Новое общество  обязано появиться – потому, что человеческое общества, как динамическая система, просто обязано развиваться. Что же касается характера этого перехода – то исходя из «прошлого случая», можно определить только несколько общих его черт. Данный переход начнется с «периферии» нынешней мир-системы (почему – было сказано в третьей части), поэтому ждать социалистических преобразований в Европе или США однозначно не стоит. Данный переход начнется, как достаточно локальный пример, по той или иной причине не уничтожимый капиталистическим миром, опять же, о чем сказано в третьей части. Тут же отмечу только, что это – универсальный принцип: как таковой, «капиталистической солидарности» не существует, это, как сказано выше, «тень СССР», и пока новое общество еще слабо для того, чтобы «отбрасывать тени», капиталистические страны будут, скорее. разбираться друг с другом, нежели стараться во что бы ни стало подавить этот «локус будущего» (к ненависти политэмигрантов, которым опять таки суждено стать изгоями, на этот раз - навсегда).

Далее, данный переход не приведет с самого начала к построению коммунистического общества, напротив, он будет достаточно длительным и драматическим. Ефремов – сошлюсь снова на него – «растягивает» период этого перехода на несколько столетий. Он определяет в нем несколько «эр» (палеонтологический термин) – периодов изменений. Начало перехода от современного общества – которое он называет Эра Разобщенного Мира – к коммунизму, у Ефремова называется Эра Мирового Воссоединения. Которая, в свою очередь, разделяется на ряд этапов, называемых «веками»: «Союза Стран, Разных Языков, Борьбы за Энергию и Общего Языка». И лишь после этого человечество обрело столь значимое единство, приступив к глобальной перестройки всей своей системы – началась Эра Общего Труда с её «веками Упрощения Вещей, Переустройства, Первого Изобилия и Космоса». Тут нет смысла слишком подробно рассматривать, что подразумевал под подобными вещами писатель, а уж тем более, пытаться «вычислить», сколько продолжались эти «Эры».

«Хронология Ефремова» - вещь очень условная (несмотря на ее значимость для некоторых «ефремовцев») и имеет число «литературоведческое» значение. Однако писатель прав в одном – никакого одномоментного перехода в «мир Полдня» не будет. Потребуется огромная и напряженная работа – но, в отличие от современности, не работа, направленная на борьбу с себе подобными, но ведущая к устройству новой цивилизации. Впрочем, и без того понятно, что все случиться далеко не так просто, как казалось наивным матросам или рабочим где-нибудь в 1917 году. Возможно, что и нынешнее поражение Революции будет восприниматься, как малозначительный этап в человеческой Истории, как незначительная остановка перед будущим рывком. В одном можно не сомневаться – взрослеть человечеству придется. Ничего не поделаешь – нельзя провести все время в песочнице, даже если и суметь забить всех «сопесочников» совочком до полусмерти. Человечеству уже невозможно придерживаться мировоззрения, которое было пригодно для ближневосточных царств или даже колониальных империй.

Хаос должен быть побежден. Разумное же устройство жизни означает отказ от «бросания костей» по любому поводу – потому, что чем дальше, тем сложнее устройство создаваемых человечеством конструкций, и тем меньше предоставляется шансов для выбора удачных бросков. А это значит, что человеку придется жить будущим и для будущего – потому, что иначе ему не сохранить настоящее. Каждый «шаг» человека становится не просто случайным выбором – а результатом сознательной деятельности, результатом согласования миллиардов различных интересов. Человек начинает учиться искать в каждой ситуации тот самый оптимальный путь, который позволяет получить нужные ему результаты с минимумом затрат.

Это – и есть начало перехода от «цивилизации отбора» к «цивилизации пути». «Советская эпоха» дала нам лишь слабое подобие этой «цивилизации пути», но именно эти слабые контуры внушают нам надежду. Будущее развитие создаст мир, который будет превосходить «Советскую эпоху» по всем статьям, в котором те действия, что в «Советской эпохе» творились робко и с известными оговорками станут базисом общества. Возможно, будущая «цивилизация пути» создаст такие способы взаимодействия с миром, о которых мы еще не знаем – потому, что в наше время они абсолютно неэффективны. Но однозначно можно сказать то, что эта цивилизация не будет «увеличенной копией» нашей современной Земли, что люди будущего не будут «суперменами» - аналогами современного человека, только выполняющего свои современные обязанности лучше, чем мы. Просто потому, что эти обязанности покажутся им смешными, как нам кажется смешной драка в песочнице.

* * *

И в заключении, хочу сказать, что диалектическое понимание динамики развития цивилизаций позволяет ответить на многие мучащие нас, современных, вопросы, вроде «Suentium Universi». Действительно, поскольку окружающий нас мир настолько велик, то он должен иметь соответствующее огромное число разумных цивилизаций. Значит, эти цивилизации должны вести между собой не менее значительных обмен – и «товарный», и «информационный». А следовательно, наша цивилизация имеет огромную вероятность этот обмен увидеть, и соответственно, получить сведенья о том, что мы не одиноки во вселенной. Помимо всего прочего надо понимать, что космические цивилизации склонны – по мнению большинства ученых – к колонизации всего мира. А так как наша Галактика существует много миллиардов лет, то очень вероятно было бы освоение ими всех планет существующих в ней звездных систем – ведь даже если наша слабая цивилизация засылает зонды по всей солнечной системы, то что должны делать разумные существа, существующие миллиарду лет?

Была даже разработана знаменитая «формула Дрейка», которая предсказывала колоссальное число потенциальных цивилизаций. Но постоянное наблюдение за Космосом в течении многих десятилетий, казалось, не подтверждает все вышесказанное. Все феномены, наблюдаемые человечеством в этот период, имели исключительно природное происхождение (вроде знаменитых квазаров). Никаких признаков интенсивного обмена между «населенными мирами» нет. Исходя из этого, формируются всевозможные «космоскептические» теории, вплоть до крайних – признающих человечество единственной разумной расой во Вселенной. Хорошо еще, что не происходит возврат к геоцентрической системе, но вообще, ученые ищут огромное число причин, которые не позволили бы цивилизациям заполнить всю Галактику, от неких «физических фильтров» до неприступного для цивилизации барьера развития, достигая которого она «автоматически» уничтожается (вроде обладания атомным оружием).

Удивительно тут то, что допуская огромную вариативность развития цивилизаций (и даже, порой, физических законов), исследователи (и ученые, и фантасты) не допускают одного – возможность иного направления развития, нежели безудержная экспансия. Но если мы действительно перейдем к «цивилизации пути», то вся проблема «Suentium Universi» оказывается «высосанной из пальца». Действительно, если не нужно делать миллионы «бросков костей» ради получения нужного результата, то какой смысл бросаться на освоение миллионов звездных систем. Ради увеличения биомассы? Или, переходя к человечеству, «экономической и военной мощи», что, в принципе, одно и то же. Мы не можем точно предполагать, как будут рассуждать представители «постбарьерной» цивилизации и какую цель они поставят для себя, но однозначно, что гонка за численностью особей не будет входить в их приоритеты.

Опять же, радиобмен – если не существует иных методов – на межзвездных расстояниях в любом случае будет узконаправленным (почему- отдельная тема), и передавать сигналы цивилизации, которая «не доросла» до «Великого Кольца», никто не будет. Сигналом к передаче может стать посыл узконаправленного сигнала с Земли на ближайшие планеты – но опять-таки, если нет иного, более экономичного пути. Что же касается контактов… Ну что тут сказать: если инопланетные цивилизации не имеют психологии древних конкистадоров, то им нет нужды идти на контакт с нами. Историю они – в отличие от массы фантастов – должны знать однозначно, следовательно и наше «место» в ней тоже. И, равным образом, то, что до перехода к «разумному миру» никакое явное присутствие и контакты с «официальными лицами» невозможны (опять  же, отсылая к Ефремову, отмечу, что планета Торманс из «Часа быка» - уникальна, почему - понятно из особенностей появления на нем людей. И весь сюжет романа основан на этой уникальности). Что же касается неявного – то оно вполне может быть, но к «Suentium Universi» это не касается. Впрочем, это уже абсолютно иная, хотя и интересная тема.

И получается, что рассуждая о высокоразвитых цивилизациях и инопланетных контактах, наши ученые, мыслители и фантасты продолжают надеяться на то, что и на этом уровне продолжают действовать «детское мышление». Что те, «кто живет вне песочницы» – такие же «дети», только более сильные и могущественные, с огромным количеством «игрушек», а то – и с огромными «совочками», которыми могут сильно «дать по голове».  Впрочем, это все временно. Рано или поздно, но нам придется выйти из своей «колыбели» и увидеть «внешний мир». Впрочем, и это уже совершенно иная история…
Tags: коммунизм, теория, фантатика, футурология
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 48 comments