anlazz (anlazz) wrote,
anlazz
anlazz

Category:

Про преходящесть буржуазного общества

Как уже было сказано в прошлом посте , вся современная культура основывается на аристократических моделях общества. В том смысле, что и базовые сюжеты, и способы их реализации сохраняются практически такими же, как и во времена господства  сословной культуры. (И буржуа – если их действительно желают отобразить – как правило, «рисуются» в рамках аристократических сеттингов.) Как не удивительно, но это заставляет задуматься о сути буржуазного общества. Которое очень для многих выглядит «естественным» и чуть ли не изначальным – некоторые мыслители даже пытаются «загнать» в его рамки всю человеческую историю. Но на самом деле является не только довольно молодым типом общества – но и занимает в нем исключительно промежуточную позицию.

Разумеется, под буржуазным обществом следует рассматривать не просто социум, где существуют товарно-денежные отношения – а они существовали много где, начиная с Древнего Рима и заканчивая Российской Империей периода упадка – а общество, которое имеет реальное отличие от того, что было до него. А именно: оказывается лишенным главного признака «аристократического мира»: сословных отношений, т.е.,  изначального неравенства людей, связанного с их различным происхождением. Впрочем, можно сказать еще точнее: сословное общество – это общество с четко поделенными социальными ролями, т.е., с ролями людей в системе общественного производства. Менять которые не просто невозможно – но преступно, так как это является вызовом той «высшей силе», которая, собственно, и сотворила данный мир.

При этом даже внешняя «буржуазность» той или иной роли сути не меняла: те же купцы или ростовщики прекрасно входили в «аристократический мир», и подчинялись всем его законам так же, как и остальные. Именно в рамках подобного состояния человечество и прожило подавляющую часть своей «письменной истории». Той самой, которая сейчас считается «историей вообще», поскольку именно в это время были созданы практически все известные сейчас социальные механизмы. (Начиная с религиозных систем и заканчивая семейными отношениями.)

На этом фоне становится понятным, почему в действительности то, что принято называть «буржуазными революциями», стоит рассматривать гораздо шире, нежели обычно делается. Поскольку они не просто меняли «состав правящего класса» - как это считается – заменяя феодалов на буржуа. Но и делали первый шаг к «новому миру» - миру, который кардинально отличается от всего того, что было до него – через отмену сословных отношений. Да, именно так: главным смыслом буржуазного общества во всемирноисторическом смысле выступало вовсе не развитие капиталистических отношений – а создание «внесословного общества». Сиречь, общества, в котором человек является не изначально приспособленном к исполнению своей роли винтиком, место которого установлено высшими силами и не может быть изменено. А самостоятельно действующим актором, могущем менять собственную судьбу и судьбу иных людей.

Правда, подобное изменение оказывается настолько радикальным, что буржуа сразу же постарались его компенсировать – разнообразными цензами, институтом наследства, ну и т.д., и т.п., а то и прямой реставрацией «старых порядков». (О том, почему это происходило, надо говорить уже отдельно) Ну, и самое главное – буржуа сохраняли главный механизм превращения людей в  винтики: институт частной собственности. (Которая, собственно, и является главным институтом расчеловечевания людей в течение веков.) Однако даже указанное положение оказывается крайне важным – хотя бы потому, что оно показывает возможность изменения «извечно заведенных порядков», а так же способ реализации этих изменений. (Через политическую и вооруженную борьбу.)

А значит – за буржуазными революциями неизбежно должны были прийти (и пришли) революции пролетарские, и не было способа этого избежать. (Поскольку вернуться к идее «установленного высшими силами миропорядка» уже невозможно.) Все это делает «буржуазный порядок» крайне зыбким и достаточно неопределенным – в отличие от «аристократического миромеханизма», работающего как часы. Отсюда вытекает и неизбежность использования в рамках буржуазных систем разного рода манипуляций и махинаций. (Да: то, что буржуазные выборы есть чистый фарс, стало общепринятым еще в позапрошлом  столетии.) То есть, там, где в рамках аристократического мира можно было ограничится простым указанием каждому человеку на его «место в жизни» - скажем, с рождения чистить навоз в хлеву, поскольку так установлено свыше – теперь приходится использовать сложные механизмы пропаганды и управления общественным мнением. Все эти СМИ, разного рода «проплаченных мыслителей», «подкормленную интеллигенцию», купленные голоса и т.д. А так же – всевозможные «спецслужбы», следящие за постоянно появляющимися в подобном социуме смутьянами и бунтовщиками, а так же подавляющие периодически возникающие возмущения низов.

То есть, вопреки господствующим представлениями, буржуазное общество является не просто «неестественным» - в том смысле, что не могущем существовать без наличия огромной машины по подчинению людей. (Полиции явной и тайной, спецслужб, инструментов формирования общественного мнения, ну и т.д., и т.п. – без чего классовое общество прекрасно обходилось в течение тысяч лет.) Но и обществом неустойчивым, требующем для своего сохранения наличие опоры в чем-то ином. Скажем, в сохраняющихся элементах сословного мира – как это было в «золотом» для подобного общества XIX столетии. Когда одновременно существовали и элементы капитализма вместе с буржуазной демократией – скажем, выборы или биржи – и механизмы прошлой эпохи. Такие, как монархия, религия или аристократия. Которые позволяли буржуазии реализовывать те вещи, кои для нее были недоступны. (Например, значительная часть военной деятельности была, по определению, аристократической, поскольку для буржуа трудно принять роль того же офицера.)

Отсюда, кстати, неудивительно, что после того, как в 1917 году все эти «сословные архаизмы» были выброшены на свалку – о том, почему и как это было сделано, пока умолчим – буржуазные общества оказались в «подвешенном состоянии». И поэтому уже во второй половине 1920 годов начали формировать пресловутые «псевдомонархии» в виде фашистских режимов. (Фашизм – если кто помнит – в то время был крайне популярным во всех развитых странах, включая США.) Но об этом надо так же говорить уже отдельно. Тут же можно только еще раз сказать, что подобное поведение – то есть, попытки вернуть хотя бы некоторые элементы сословности и аристократичности, пускай и в откровенно пародийной форме (коей являет фашизм) – на самом деле является неизбежным и неустранимым явлением. И единственное, что подобному течению событий можно противопоставить -  так это противоположный процесс. А именно: опирание буржуазного мира не на «псевдоаристократичность», а на существующий вариант более совершенного – социалистического – мироустройства.

Собственно, именно этот процесс и происходил после Второй Мировой войны, дав начало т.н. «Золотым десятилетиям» и одновременно, избавив мир от опасности фашизма. (Про то же, что именно социализм физически победил фашизм, думаю, упоминать нет смысла.) Причем, этот период стал самым лучшим во всей истории человечества. Но рассматривать его, понятное дело, надо уже отдельно. Тут же, завершая разговор, можно только еще раз указать, что подобная особенность буржуазного общества – в смысле его указанной «неполноты» - приводит к очень интересным вещам. Которые для современного сознания – основанного, как уже было сказано, на «аристократических механизмах» - выглядят практически невозможными, но, тем не менее, просто обязаны случится. Но об этом так же надо писать уже отдельный пост…

Tags: история, общество, социодинамика
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 75 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →