Бизнес по доверенности – завершение
Завершу незаконченный в свое время цикл постов (1, 2).
Итак, как уже было сказано, в современном мире практически исчез «классический» производственный капитал, замененный капиталом финансовым. В том смысле, что давно уже исчезли не только знакомые нам по прошлому/позапрошлому веку «промышленные магнаты», вроде Круппа или Форда, которые дневали и ночевали на своих заводах с мыслями о том, как бы еще развить производство. Но даже столь «любимые» еще недавно «распределенные владельцы» в виде держателей акций – не важно, частные это лица или юридические – так же давно ничего уже не значат. Поскольку в реальности современное производство – это явление, целиком и полностью контролируемое финансовым сектором. (Акции, кстати, это так же финансовый сектор.)
Что же это значит? А это значит очень и очень многое. Дело в том, что финансисты – т.е., люди и структуры, привыкшие работать с «финансовыми активами» - имеют одну интересную особенность, отличающую их от большинства иных работников нашего мира. А именно: они не знают «законов сохранения». Поскольку последние в информационном пространстве – а финансы это именно информация – не работают. Если кто не знает: о чем речь, то пускай вспомнит, что в тех же компьютерных играх – кои являются наиболее известным и очень наглядным примером информационного пространства – вполне возможно «появление чего-то из ничего». И наоборот, исчезновение «чего-то» из этого мира навсегда.
Ну да: достаточно только прописать в какую-то ячейку памяти нужное число, и у игрока появятся миллионы золотых монет и бесконечное число жизней. (Это называется «чит».) Разумеется, сделать это «просто так» из интерфейса игры, как правило, невозможно – но, в принципе, ничего необычного в нем нет. То же самое можно сказать и о мире финансовом. В том смысле, что здесь вполне возможно совершенно «магическое» возвышение до того ничтожного ресурса – скажем, акции или иной ценной бумаги. А можно и наоборот – случайная ошибка трейдера ведет к полному банкротству процветающей до этого фирмы. (Было несколько подобных случаев.)
О том, почему так происходит, думаю, надо говорить отдельно. Тут только отмечу, что связано это с тем, что «финансовый мир» - это не про создание ценностей, а про их перераспределение. Но в данном случае это не существенно, важно то, что финансы – это, фактически, магия со всеми ее магическими свойствами. А заводы, фабрики, электростанции, самолеты, корабли и т.д. – это, понятное дело, «физика», т.е., полное подчинение всем объективным законам нашей Вселенной. Начиная с законов Ньютона и заканчивая Вторым Началом термодинамики.
И вот тут-то и возникает главное противоречие текущей ситуации. В том смысле, что реальные «хозяева» бизнесов (финансисты – если кто не понял)– которые и определяют их развитие – органически оказываются неспособными понять: как же эти бизнесы работают? И не знают, что, например, нельзя «временно закрывать» завод – потому, что раз остановленные реальные техпроцессы оказывается очень трудно запустить. (Кстати, иногда это просто невозможно – как в случае с доменными печами.) Или что «просто так взять и перенести производство» из одного места в другое не получится. Поскольку производство – это не только «ценные бумаги», которые можно с легкостью перекидывать с места на место. Но и оборудование, а главное – люди. Которые с большой вероятностью уйдут – и уже не вернутся.
Кстати, мы в РФ прекрасно понимаем: о чем тут речь. В том смысле, что в 1990-2010 годы тут было потеряно огромное количество крайне важных производств именно из-за «финансовой неэффективности». А потом «вдруг» оказалось, что когда эта неэффективность исчезала, вновь запустить завод – или производство на заводе – оказывалось просто невозможно. Однако это – не только русская черта, скорее наоборот – мы в данном случае оказались просто внутри общемирового тренда. И в той же Европе или США на самом деле можно наблюдать такие же тенденции. А точнее – на самом Западе процесс «финансизации» зашел еще дальше. И последствия его – как это не покажется странным – являются еще более разрушительными, нежели процессы, вызванные подобным явлением в России.
Поскольку в нашей стране еще остается понимание «физической важности» некоторых базовых отраслей – например, энергетики, коммунального хозяйства, транспорта или, скажем, оборонки. (Точнее, не столько отраслей, сколько отдельных предприятий – но и этого оказывается достаточным.) «Там» же на откуп любителям виртуальных операций с реальными прибылями были отданы и они. Ну да, речь идет о пресловутой «зеленом повороте» - то есть, о замене большей части энергетики, основанной на ископаемом топливе, энергетикой на т.н. «возобновляемых источниках». Говоря еще проще – о программе по массовому закрытию угольных электростанций и возведению солнечных панелей и ветряков. (Ну и еще, за компанию, и АЭС решили позакрывать – видимо, чтобы два раза не садиться.)
Разумеется, самое интересное тут – то, что последствия данного шага были прекрасно просчитываемы еще до начала программы. В том смысле, что «возобновляемую энергетику» могут называть «современной» только хипстеры, для которых даже 2000 годы – уже несусветная древность. Нормальные же люди прекрасно помнят, что тот же ветер в плане генерации начали использовать еще в начале XX века (впрочем, раньше), а солнечные панели активно «форсили» годов с 1970. Однако никому даже в голову не приходило построить на них экономику. Потому, что подобная генерация крайне нестабильна, имеет суточные и годовые перепады, а главное – имеет высокий уровень затрат на оборудование для производства условного киловатта. (И да – сделанных один раз вложений хватает лет на десять. После те же солнечные панели активно деградируют, а ветровые генераторы требуют замены большинства механических элементов.)
Отсюда неудивительно, что – несмотря на крайнюю популярность тех же ветряков еще в 1930 годы – после появления единых энергетических систем данные варианты генерации использовались только «эпизодически», в отдельных частных случаях. (На удаленных островах, на стоящих в удалении объектах и т.д.) Хотя – как если кто помнит – та же идея «покрыть пустыни солнечными батареями», а ветреные степи и морские побережья ветряками – выдвигалась постоянно. Но это было тогда, когда экономикой управляли люди, имеющие представления о «физическом мире». Когда даже большая часть бизнесменов была инженерами по образованию, а если кто не было – то прислушивался к подчиненным им «технарям». Поэтому все это так и оставалось содержимом журналов «Популярная механика» или «Техника-молодежи».
Когда же мир окончательно захватили финансисты, то все изменилось. В том смысле, что идея «замены энергетического базиса» показалась им крайне привлекательной. Ну, в самом деле, по «формальным показателям» тут было все прекрасно: с одной стороны, стоимость солнечных панелей и ветряков в связи с особенностями экономики 2000 годов упала очень сильно. (Китай, Китай и еще раз Китай – начиная с огромного количества очищенного кремния и заканчивая неодимовыми магнитами.) А значит, можно делать деньги на открывающемся огромном рынке замены оборудования, на фантастическом количестве транксаций, возникающих при этом. В итоге же будет то же самое, что и «до», только у финансистов «кошельки» потолстеют в разы.
Ну, а итог этого хорошо известен. Правда, он еще не наступил – даже в Германии (одной из самых «финансилизованных» стран) ВЭС дают не более 40% электроэнергии. Однако даже того, что имеется, достаточно для того, чтобы понять, что данный проект вместо ожидаемого притока денег вызовет только их уменьшение. Причем, у всего общества, поскольку оказывается, что «зеленая энергетика» не просто дорогая – и эта дороговизна не падает по мере ее увеличения, как ожидалась – но и просто непригодна для современной экономики. И поэтому – после нескольких лет закачки фантастических средств в «возобновляемые источники» - теперь приходится вновь вводить в строй угольные станции. (В особенности после того, как стало понятным, что с российским газом в Европе дело обстоит не так уж и однозначно.) Но если с угольными ТЭС еще можно провернуть подобную «штуку» - хотя и эта возможность восстановления мнимая, поскольку угольные шахты и разрезы уже не восстановить – то с АЭС, по ряду причин, так сделать невозможно. И та же германская ядерная энергетика уже сейчас стала прошлым…
Впрочем, в данном случае важно даже не это – в смысле, не проблемы, принесенные обществу «зеленым поворотом». (Вместо ожидаемого успеха.) А то, что он – этот «поворот» - прекрасно демонстрирует саму сущность «финансистского» управления производством. Управление производством людьми, которые привыкли жить в «мире магии» - где удачно подобранным «словом» можно воздвигать целые города, и где реально «ценности» создаются исключительно «умом» талантливого предпринимателя. В то время, как на настоящей Земле – с которой эти финансисты, в любом случае, «кормятся» - все обстоит совершенно по иному.
Итак, как уже было сказано, в современном мире практически исчез «классический» производственный капитал, замененный капиталом финансовым. В том смысле, что давно уже исчезли не только знакомые нам по прошлому/позапрошлому веку «промышленные магнаты», вроде Круппа или Форда, которые дневали и ночевали на своих заводах с мыслями о том, как бы еще развить производство. Но даже столь «любимые» еще недавно «распределенные владельцы» в виде держателей акций – не важно, частные это лица или юридические – так же давно ничего уже не значат. Поскольку в реальности современное производство – это явление, целиком и полностью контролируемое финансовым сектором. (Акции, кстати, это так же финансовый сектор.)
Что же это значит? А это значит очень и очень многое. Дело в том, что финансисты – т.е., люди и структуры, привыкшие работать с «финансовыми активами» - имеют одну интересную особенность, отличающую их от большинства иных работников нашего мира. А именно: они не знают «законов сохранения». Поскольку последние в информационном пространстве – а финансы это именно информация – не работают. Если кто не знает: о чем речь, то пускай вспомнит, что в тех же компьютерных играх – кои являются наиболее известным и очень наглядным примером информационного пространства – вполне возможно «появление чего-то из ничего». И наоборот, исчезновение «чего-то» из этого мира навсегда.
Ну да: достаточно только прописать в какую-то ячейку памяти нужное число, и у игрока появятся миллионы золотых монет и бесконечное число жизней. (Это называется «чит».) Разумеется, сделать это «просто так» из интерфейса игры, как правило, невозможно – но, в принципе, ничего необычного в нем нет. То же самое можно сказать и о мире финансовом. В том смысле, что здесь вполне возможно совершенно «магическое» возвышение до того ничтожного ресурса – скажем, акции или иной ценной бумаги. А можно и наоборот – случайная ошибка трейдера ведет к полному банкротству процветающей до этого фирмы. (Было несколько подобных случаев.)
О том, почему так происходит, думаю, надо говорить отдельно. Тут только отмечу, что связано это с тем, что «финансовый мир» - это не про создание ценностей, а про их перераспределение. Но в данном случае это не существенно, важно то, что финансы – это, фактически, магия со всеми ее магическими свойствами. А заводы, фабрики, электростанции, самолеты, корабли и т.д. – это, понятное дело, «физика», т.е., полное подчинение всем объективным законам нашей Вселенной. Начиная с законов Ньютона и заканчивая Вторым Началом термодинамики.
И вот тут-то и возникает главное противоречие текущей ситуации. В том смысле, что реальные «хозяева» бизнесов (финансисты – если кто не понял)– которые и определяют их развитие – органически оказываются неспособными понять: как же эти бизнесы работают? И не знают, что, например, нельзя «временно закрывать» завод – потому, что раз остановленные реальные техпроцессы оказывается очень трудно запустить. (Кстати, иногда это просто невозможно – как в случае с доменными печами.) Или что «просто так взять и перенести производство» из одного места в другое не получится. Поскольку производство – это не только «ценные бумаги», которые можно с легкостью перекидывать с места на место. Но и оборудование, а главное – люди. Которые с большой вероятностью уйдут – и уже не вернутся.
Кстати, мы в РФ прекрасно понимаем: о чем тут речь. В том смысле, что в 1990-2010 годы тут было потеряно огромное количество крайне важных производств именно из-за «финансовой неэффективности». А потом «вдруг» оказалось, что когда эта неэффективность исчезала, вновь запустить завод – или производство на заводе – оказывалось просто невозможно. Однако это – не только русская черта, скорее наоборот – мы в данном случае оказались просто внутри общемирового тренда. И в той же Европе или США на самом деле можно наблюдать такие же тенденции. А точнее – на самом Западе процесс «финансизации» зашел еще дальше. И последствия его – как это не покажется странным – являются еще более разрушительными, нежели процессы, вызванные подобным явлением в России.
Поскольку в нашей стране еще остается понимание «физической важности» некоторых базовых отраслей – например, энергетики, коммунального хозяйства, транспорта или, скажем, оборонки. (Точнее, не столько отраслей, сколько отдельных предприятий – но и этого оказывается достаточным.) «Там» же на откуп любителям виртуальных операций с реальными прибылями были отданы и они. Ну да, речь идет о пресловутой «зеленом повороте» - то есть, о замене большей части энергетики, основанной на ископаемом топливе, энергетикой на т.н. «возобновляемых источниках». Говоря еще проще – о программе по массовому закрытию угольных электростанций и возведению солнечных панелей и ветряков. (Ну и еще, за компанию, и АЭС решили позакрывать – видимо, чтобы два раза не садиться.)
Разумеется, самое интересное тут – то, что последствия данного шага были прекрасно просчитываемы еще до начала программы. В том смысле, что «возобновляемую энергетику» могут называть «современной» только хипстеры, для которых даже 2000 годы – уже несусветная древность. Нормальные же люди прекрасно помнят, что тот же ветер в плане генерации начали использовать еще в начале XX века (впрочем, раньше), а солнечные панели активно «форсили» годов с 1970. Однако никому даже в голову не приходило построить на них экономику. Потому, что подобная генерация крайне нестабильна, имеет суточные и годовые перепады, а главное – имеет высокий уровень затрат на оборудование для производства условного киловатта. (И да – сделанных один раз вложений хватает лет на десять. После те же солнечные панели активно деградируют, а ветровые генераторы требуют замены большинства механических элементов.)
Отсюда неудивительно, что – несмотря на крайнюю популярность тех же ветряков еще в 1930 годы – после появления единых энергетических систем данные варианты генерации использовались только «эпизодически», в отдельных частных случаях. (На удаленных островах, на стоящих в удалении объектах и т.д.) Хотя – как если кто помнит – та же идея «покрыть пустыни солнечными батареями», а ветреные степи и морские побережья ветряками – выдвигалась постоянно. Но это было тогда, когда экономикой управляли люди, имеющие представления о «физическом мире». Когда даже большая часть бизнесменов была инженерами по образованию, а если кто не было – то прислушивался к подчиненным им «технарям». Поэтому все это так и оставалось содержимом журналов «Популярная механика» или «Техника-молодежи».
Когда же мир окончательно захватили финансисты, то все изменилось. В том смысле, что идея «замены энергетического базиса» показалась им крайне привлекательной. Ну, в самом деле, по «формальным показателям» тут было все прекрасно: с одной стороны, стоимость солнечных панелей и ветряков в связи с особенностями экономики 2000 годов упала очень сильно. (Китай, Китай и еще раз Китай – начиная с огромного количества очищенного кремния и заканчивая неодимовыми магнитами.) А значит, можно делать деньги на открывающемся огромном рынке замены оборудования, на фантастическом количестве транксаций, возникающих при этом. В итоге же будет то же самое, что и «до», только у финансистов «кошельки» потолстеют в разы.
Ну, а итог этого хорошо известен. Правда, он еще не наступил – даже в Германии (одной из самых «финансилизованных» стран) ВЭС дают не более 40% электроэнергии. Однако даже того, что имеется, достаточно для того, чтобы понять, что данный проект вместо ожидаемого притока денег вызовет только их уменьшение. Причем, у всего общества, поскольку оказывается, что «зеленая энергетика» не просто дорогая – и эта дороговизна не падает по мере ее увеличения, как ожидалась – но и просто непригодна для современной экономики. И поэтому – после нескольких лет закачки фантастических средств в «возобновляемые источники» - теперь приходится вновь вводить в строй угольные станции. (В особенности после того, как стало понятным, что с российским газом в Европе дело обстоит не так уж и однозначно.) Но если с угольными ТЭС еще можно провернуть подобную «штуку» - хотя и эта возможность восстановления мнимая, поскольку угольные шахты и разрезы уже не восстановить – то с АЭС, по ряду причин, так сделать невозможно. И та же германская ядерная энергетика уже сейчас стала прошлым…
Впрочем, в данном случае важно даже не это – в смысле, не проблемы, принесенные обществу «зеленым поворотом». (Вместо ожидаемого успеха.) А то, что он – этот «поворот» - прекрасно демонстрирует саму сущность «финансистского» управления производством. Управление производством людьми, которые привыкли жить в «мире магии» - где удачно подобранным «словом» можно воздвигать целые города, и где реально «ценности» создаются исключительно «умом» талантливого предпринимателя. В то время, как на настоящей Земле – с которой эти финансисты, в любом случае, «кормятся» - все обстоит совершенно по иному.