anlazz (anlazz) wrote,
anlazz
anlazz

Categories:

Утро магов.

Иногда, просматривая старые фильмы, можно сделать весьма интересные наблюдения. В известном фильме 1935 года "Космический рейс" один из героев - подросток, мечтающий о космосе, пробирается в ракету, чтобы полететь на Луну. В общем, это допущение не редкое для приключенческой литературы конца XIX первой половины XX века,  где желающие приключений подростки пробирались на борт разного рода транспортных средств - от парохода до аэроплана, поэтому способ "отправки" не вызывает удивления - в тех же 1930 годах мальчишек нередко "снимали" с пароходов, идущих на полярные станции.

В другом известном советском произведении на космическую тематику - фильме 1973 года "Москва-Кассиопея" рассматривается практически та же ситуация - желание подростка полететь в космос. Но допущения, принимаемые автором фильма для этого, лежат совершенно в другой плоскости. Понятно, что просто так взять, и отправить группу подростков на космическом корабле уже нельзя, авторы применяют однако иной прием - герои становятся космонавтами благодаря содействию некоего персонажа, сыгранного Смоктуновским -ИОО (Исполняющий Особые Обязанности). Этот персонаж, как по мановению волшебной палочки разрешает все проблемы героев и позволяет им отправиться в космос.

В чем разница между двумя этими фильмами? Не только в том, что первый - практически выверенный по научным данным того времени, а второй - некое подобие западных космоопер с непонятными допущениями (движение выше скорости света для релятивистского звездолета, мнгновенная связь с межзвездным кораблем и т.д.)
.
Гораздо более важно то, что во втором фильме все допущения сводятся к загадочной фигуре этого ИОО - существа с возможностями, близкими к бесконечным. В общем, ИОО по сути выступает, как классический волшебник. Поэтому можно сказать, что фильм, несмотря на научно-фантастический сюжет, несет в себе элементы именно волшебной сказки. В общем,  для детского фильма это вполне приемлимо, и волшебник настолько органично смотрится в советском фантастическом фильме, что данное допущения возможно не выглядит чужеродным.

Советское детское кино 1970-1980 годов очень любит волшебников и волшебство. Именно сказка того времени является сюжетом, в котором наш кинематограф достиг небывалых высот. В отличии от Запада, где сказка неотвратимо принимала черты фэнтэзи - жанра, который отбрасывает сказочную условность при сказочных сюжетах - в СССР снимались именно сказки, которые можно рассматривать практически по Проппу.

В 1920 годы Корней Чуковский спорил с противниками сказок для детей, доказывал, что сказка очень важна для их воспитания. В 1970-80 годы сказка становилась единственной нормой искусства для детей. Чуковский победил безоговорочно, и его оппоненты были повержены. Для детей реалистичные допущения, как например в книге "Тимур и его команда" становились все менее приемлимыми. Но из детских произведений чудеса постепенно переходили и во взрослые. Те же Стругацкие, что в 1950 годах описывали вполне реалистичный космолет "Хиус", в конце 1960 написали "Понедельник начинается в субботу", полный магии и волшества. Но если в "Понедельнике" магия еще играла второстепенную роль, и главным было отношение к работе, то поставленному по "Понедельнику" мюзиклу "Чародеи" в 1982 году работа исчезает, а главным становится именно волшебство, решающее проблемы героев.

Впрочем, многие популярные советские фильмы, например такие, как "Обыкновенное чудо" или "Тот самый Мюнхгаузен", основаны на чудесном сюжете. И даже советский новогодний хит -"Ирония судьбы", несмотря на свою явную реалистичность, построен как новогодняя сказка, (только вместо Дед Мороза тут алкоголь).  Впрочем, в СССР и вне кинематографа все популярнее становилась идея "верить в чудо". Советское искусство выбирало все более "чудесные" и все менее реалистические допущения. Но искусство не является изолированным от основных общественных процессов, и оно реально отражает их. Увлечение магическими сюжетами означало важное изменение в жизни советского народа. Идеал "золотого детства", казалось давно забытый, становился все более популярнее. "Прилетит вдруг волшебник в голубом вертолете и бесплатно покажет кино" - пели взрослые дяди и тети, и им казалось, что это так. Тем более, что кино и эскимо стоили копейки.

Во первых, оно означало, что общество обрело наконец, чувство безопасности. Чудо не могло быть плохим, идея расплаты за неожиданно свалившееся счастье была невозможной. Впервые, наверное, в человеческой истории человек перестал ждать от жизни плохое. При всей положительной оценке этого явления оно имело довольно неприятные последствия в виде, например, снижения производственной дисциплины. И катастрофы 1980 годов - во многом, расплата за ложное чувство безопасности.

А во вторых, увлечение чудесами означало отказ советского человека от идем самостоятельного устройства своей жизни. Идея о том, что именно человек своим трудом создает все окружающие блага, стала постепенно уходить в тень Это свидетельствовало о значительном кризисе в жизни советского человека, об росте отчуждения труда в обществе. В самом деле, при капитализме никто не сомневается, что та или иная ценность создана волей капиталиста. Автомобили создал Форд а компьютеры - Джобс. Предмет возникает как бы по магической воле творца, при этом роль исполнителей его воли просто исчезает.

В СССР напротив, постоянно шла речь о том, что именно народ - автор всех великих свершений. Настолько, что даже имя генерального конструктора ракет Королева было неизвестно. Народ запустил спутник в космос, народ перекрыл Енисей, народ победил в Войне. Но по мере того, как советское общество погружалось в кризис, идея того, что вещи создаются, в первую очередь, человеческим трудом, стала уходить. На смену возникала идея о магическом исполнении воли. Если до кризиса путь к цели означал: "Ты должен долго учиться и много работать, чтобы ее достичь", то теперь возник мираж того, что цель может быть легко достигнута. Если мальчишка 1930 годов, стараясь стать летчиком, прежде всего много учился и тренировался, записывался в аэроклуб, то мальчишка 1980 годов мечтал полететь на Марс, не прилагая к этому никаких усилий. Клубы "юных космонавтов", конечно были, но с массовостью аэроклубов их не сравнить. Очевидно, как герои "Москвы-Кассиопеи", надеялся встретить ИОО. Понятно, что виноваты в этом  взрослые, которые дали мечту, но не дали пути к ней, но от этого не легче.

В общем, страсть к чудесам можно связать с уникальной ситуацией в СССР 1970-80 годов, характеризующейся отказом от развития в сторону безопасности. Это оказалась идеальная среда для роста интересам к магии, понимаемой, как мгновенное, без лишнего труда решение задач. Частным случаем этого процесса был рост интереса к "реальным" магам - всевозможным целителями и экстрасенсам. При том, что большинство их клиентов имело далеко не фурсенковское образование и могло вычислять определенные  интегралы и согласовывать предложения, эти маги очень быстро завоевали интерес большинства.

Наверное не надо рассказывать о Кашпировском и Чумаке, о целителях "поменьше", разъезжавшим по стране и собиравшим полные залы. СССР позднего периода. неожиданно оказался обществом, не просто не имевшем иммунитета к магическим решениям, но напротив, прямо приверженным им. Человеку, который изображал мага, не надо было даже манипулировать массами, обманывать их, тратиться на рекламу и т.д. - вообще не надо было ничего делать. Народ сам находил малейший повод к тому, чтобы подогнать реальность к своим представлениям.

Но гораздо более важным следует рассматривать вера в так называемые быстрые простые решения, которые могли легко изменить уровень жизни. Вера в то, что некие действия в политике и экономике страны неожиданно сделают всех богатыми подобна вере в Кашпировского, но по сути, много опаснее ее. Вторая половина 1980 годов представляет собой череду этих самых быстрых решений, от хозрасчета и аренды до  "500 дней" и переходу к капитализму. Маги от политики, начиная с Горбачева проводили одну реформу за другой, в результате которых жизнь становилась все хуже и хуже, но тем не менее, они получали полную поддержку. Мага мог победить только другой маг, использующий более сильное "колдунство". Так, Горбачев проиграл Ельцину, который предложил улучшать жизнь гораздо более быстрыми способами.

Ельцин, впрочем, идеальный маг по природе, полностью отвергающий рациональные действия, и ставящий во главу угла только свою волю. В результате ельцинской магии он смог стать первым президентом России, а народ лишился практически всего, что имел. Но тем не менее, даже после этого Первый президент смог выиграть предвыборную гонку против серого популиста Зюганова, а затем править еще четыре года практически в бессознательном состоянии. В этом нет ничего удивительного - ведь  маг и мертвым может править

В результате только сейчас до людей начинает медленно доходить - магии не существует, не прилетит волшебник на голубом вертолете, а если и прилетит, то заплатить за вертолет придется сполна. Магия и реальность - несовместимы, а волшебники на самом деле просто обыкновенные обманщики. Советская система ушла, а пришедшая на смену ее капиталистическая несмотря на все, уже не скрывает реальность под покрывалом безопасности. Да, обман, манипуляция, пропаганда при капитализме сильны, но эта магическая сила - внешняя, в отличии от внутренней, присущей позднему советскому обществу.
Tags: политика, прикладная мифология
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments