?

Log in

No account? Create an account

anlazz

В действительности всё не так, как на самом деле

Фритморген и вопросы собственности на блоги
anlazz
Можете смеяться, но данный пост будет опять про Фритцморгена –а точнее опять про мышление правых. В том смысле, что данный блогер недавно в очередной раз предоставил нам прекрасный образец этого самого «правого мышления» в одной из последних своих публикаций. Самое забавное тут, разумеется, то, что там Фритц пытался показать абсурдность «коммунистических представлений» - однако в реальности получилось совершенно обратное.

Речь идет о том, что в качестве примера некоей гипотетической «частной собственности», созданной исключительно трудом своего владельца, Фритцморген предложил … свой блог. Абсурдность данного предложения, разумеется, состоит в том, что реально блог в «Лайвжурнале» объектом собственности не является даже по «капиталистическим законам» - поскольку сам «Журнал» находится в собственности не к ночи помянутой компании "СУП Медиа". (Той самой, о которой было сказано столько «добрых и хороших слов» со стороны пользователей «Лайвжурнала».) Что же касается блогеров, то их положение, по существу, мало чем отличается от положения «обычных читателей», поскольку и те, и другие выстыпают, по существу, потребителями «суповских услуг». Только читатели желают читать, а блогеры –писать.

Ну, а СУП, как известно, желает размещать рекламу – и это для него единственная рациональная цель существования «Лайвжурнала», поскольку только на данной операции реализуется главная задача коммерческой компании: зарабатывание денег. (Была еще забавная идея с платными аккаунтами, но она оказалась провальной из-за того, что 99% пользователей платить по естественным причинам не желали.) Кстати, и основные «терки» с СУПом происходят именно из-за этого: блогеры по загадочной причине, считают, что СУП должен ориентироваться на их интересы. Что противоречит указанному выше – т.е., тому, что основной актуальный потребитель для владельца ресурса выступает тот «тип», который способен условно говоря «кликнуть баннер». Владельцы же блогов, в целом, делают это крайне неохотно. (Почему – надо говорить отдельно, тут же можно только сказать, что я еще не встречал «жежешника», который бы радовался наличию рекламного мусора на ресурсе.)

* * *

Уже из вышесказанного можно сказать, что говорить о «собственности на блог» можно очень и очень условно. Что мы и можем наблюдать в реальности, когда настоящие владельцы ЖЖ могут с легкостью вмешиваться в судьбу каждого из «аккаунтов» - вплоть до его заморозки по собственному желанию. Впрочем, если честно, то на данном ресурсе это происходит еще «по-божески»: наверное, не надо говорить, что на других «платформах» - не будем указывать на них пальцем – забанить могут за любое высказывание, которое их («платформ») хозяевам может показаться некорректнымRead more...Collapse )

Фритцморген и Чернышевский
anlazz
Удивительно, но свой предпоследний пост  Фритцморген посвятил не каким-то особым достижениям Богоспасаемой, и не тем ужасным делам, которые творятся в безбожной Америке – увлекая последнюю к ее неизбежной катастрофе, а роману русского писателя Чернышевского «Что делать?». Связано это с тем, безусловно положительным, фактом, что господин Макаренко решил заново перечитать указанное произведение. Разумеется, его изучали в школе — но кто в школе понимает классическую литературу? Так что желание нашего топ-блогера приобщиться к русской культуре можно только приветствовать.

Правда, стоит отметить, что и в указанном случае с пониманием приведенного произведения у него возникают некоторые проблемы. В том смысле, что, например, Фритцморген считает Николая Чернышевского «коммунистом» - и это при том, что сам же пишет о том, что в «Что делать» «практически американскую идеологию». Наверное, потому, что — как написано в данном посте – «начал работать с 16 лет». Т. е., как раз с того возраста, во время которого в школе изучают историю Нового Времени. Поскольку иначе он бы знал о том, что Соединенные Штаты 1860 годов могли рассматриваться, как наиболее прогрессивное государство своего времени – в том числе и русским революционным движением. И хотя понято, что даже тогда за указанным государством водились очевидные «грехи» в виде рабства или стремления к империалистическому угнетению иных народов — но на «общем фоне» разнообразных европейских монархий Штаты тогда смотрелись крайне привлекательно.

Например, в том смысле, что они обеспечивали своим гражданам хотя бы минимум гражданских свобод – что выглядело необычно даже на фоне Европы. Что же касается России с ее только что отмененным крепостным правом, то тут ситуация была еще хуже. В том смысле, что российское общество этого времени было обществом сословным, ориентированным на абсолютное господство дворянства во всех сторонах жизни. (Реформы Александра Второго — при всем неоднозначном отношении к ним — еще не произошли.)

* * *

На этом фоне простое признание равенства прав людей «благородного» и «неблагородного» происхождения — которое описано в романе — было актом огромного интеллектуального мужества. И та самая попытка описать свободу взаимоотношений между мужчиной и женщиной, которая показалась прогрессивной даже Фритцу в реальности была колоссальной новацией даже на фоне «прогрессивного» на тот момент буржуазного представления.Read more...Collapse )

Еще раз о рейтинге Путина и стабильность нынешней политической системы
anlazz
Еще раз хочу сказать о «рейтинге Путина», который – как считают многие – неоправданно завышен. Разумеется, тут речь идет о тех людях, которые воспринимают текущую ситуацию критически, поскольку понятно, что для лоялиста чем больше цифра поддержки действующей власти – тем лучше. Но, для всех остальных возникает вопрос о том, как при условии накрывшего страну кризиса - выражающегося и в «пенсионной реформе», и в разнообразной «оптимизации» образования-здравоохранения, и в продолжающейся более четверти века стагнации производства – может существовать подобная ситуация с массовой «поддержкой президента».

Разумеется, самое простое объяснение тут было бы в привлечении «административного фактора». (В том смысле, что указанную поддержку начинают приписывать существующей системе давлений и подтасовок.) Однако это не совсем верно. В том смысле, что подобные действия, конечно, в реальности существуют – но основную роль в создании «путинского большинства» играют вовсе не они. И, на самом деле все гораздо интереснее - в то смысле, что в нашем обществе существует два «рейтинга Путина». Во-первых, «нормальный» его рейтинг, как политика «которому мы бы доверили решение важнейших вопросов» – тот самый, который равен 32%. (Кстати, это довольно много по «демократическим меркам».) Ну, а во-вторых, «альтернативный» рейтинг – альтернативный не в том смысле, что он иной по сравнению с первым, а в том, что он рассматривает нынешнего президента в сравнению с иными альтернативами. Так вот он действительно равен 72%.

Но значит это только то, что порядка 72% опрошенных не соглашаются менять Путина на кого-то из иных представителей текущего «политического поля»Read more...Collapse )

Тяньаньмэнь и коммунизм
anlazz
Товарищ Коммари вчера  напомнил о годовщине событий, произошедших на площади Тяньаньмэнь, произошедших 30 лет назад. Точнее сказать, вспомнили о них многие – однако эти воспоминания были выдержаны, в основном, в том ключе, что «как хорошо, что раздавили либералистическую мразь!». Коммари же попытался подойти к вопросу в более широком контексте – указав на то, что и наступившая после подавления возмущений победа китайской бюрократии вряд ли может рассматриваться столь однозначно, как это принято делать у нас. В том смысле, что, конечно «противоположная сторона» – декларирующая однозначно прозападные и либеральные лозунги (и даже построившая некую копию американской статуи Свободы) – это однозначный антикоммунизм вместе со всеми вытекающими из него явлениями. (Включая и национальную резню.) Однако и то, что наступило в Китае после 1989 года, так же вряд ли может быть отмечено, как нечто, особо близкое к коммунизму.

Исходя из этого товарищ Коммари даже объявил, что «…1989 год стал поворотным, если рассматривать историю человечества как движение к коммунизму…».  Впрочем, данное утверждение выглядит довольно наивным хотя бы по той простой причине, что – как было сказано о же автором – ни одна из участвующих в конфликте сторон к коммунизму двигаться не собиралась. (Если, разумеется, смотреть на реальное развитие событий, а не на официальные декларации КПК. Поскольку написать можно все, что угодно: у нас вон в 1987 году так же провозглашали движение к коммунизму, а в реальности принимали «Закон О государственном предприятии (объединении)», полностью обрушивающий всю систему социалистического производства.)

* * *

Собственно, то же самое можно сказать и про иные события указанного времени. В том смысле, что и восточноевропейский «бархатные революции», и позднеперестроечные советские «демократические выступления», в реальности противопоставлялись вовсе не движению «несгибаемых коммунистов», готовых грудью становиться на защиту «идеалов Октября». Скорее наоборот:  противниками «демократических сил» оказывались довольно «скользкие» режимы – наподобие горбачевского – которые вместе со словесами о «коммунистическом пути» открыто декларировали приверженность «общечеловеческим ценностям» и прочей либеральной «шелухе». Ну, а в «стратегическом плане» нацеливались на передачу имеющейся государственной собственности неким «частным лицам» - т.е., совершенно на то же, что хотели сделать и «восставшие» против них.

Другое дело, что, с точки зрения данных режимов, указанный процесс изначально планировалось проводить достаточно осторожноRead more...Collapse )

О самоуничтожении деструкторов во время Суперкризиса
anlazz
В прошлом посте , посвященном вопросу прохождение общества через период «кульминации» Суперкризиса – т.е., период катастрофического разрушения базовых основ социального устройства – и появляющемся во время этого процесса «окне возможностей» для конструктивных сил был затронут и вопрос о том, что же происходит в это время с «деструкторами». Т.е., с теми субъектами самого различного уровня – от отдельных личностей до политических движений – которые целью своего существования изначально имеют разрушение и «пожирание общего». (В смысле превращения его в «частное», в собственное могущество.)

На самом деле это интересно, прежде всего, потому, что именно указанные «субъекты разрушения» оказываются наиболее эффективными (если так можно сказать) в период «мирного существования». Особенно – в условиях «неразрешенной» точки бифуркации, т.е., точки, в которой общество «пошло естественным путем», а значит – двинулось по направлению к Суперкризису. Подобные процессы происходили, например, в период упадка Российской Империи в конце XIX начале XX века, и в период внутреннего разрушения СССР где-то с середины 1970 годов. (И до настоящего времени - поскольку полного прохождения через Суперкризис в 1991 году так и не произошло.)

Так вот: на основании данного положения, как правило, в подобные времена происходит формирование известного представления о том, что именно деструктивная-утилизаторская деятельность представляет собой наиболее оптимальный способ социального бытия. В том смысле, что всегда и везде выгодно думать (простите за тавтологию) только о собственной выгоде, грести под себя и стараться как можно больше переводить государственных ресурсов в собственное владение. Напомню, что именно подобное мировоззрение оказалось наиболее актуальным не только в постсоветский период - когда любое отклонение от него трактовалось (и продолжает трактоваться), как ненормальность, но и во время «конца Российской Империи». Включая период Первой Мировой войны, когда масштаб махинаций на военных поставках достиг такого уровня, что начал восприниматься, как государственная угроза. (В связи с чем был известный  «хоровод» с заменой министров раз в несколько месяцев – безрезультатно.)

* * *

Разумеется, на этом фоне было бы рациональным ожидать, что в момент прохождения Суперкризисом его кульминации - т.е., условно говоря, в условиях полного развала государственности - количество утилизаторов-деструкторов окажется еще большим, а их влияние поднимется на недосягаемый уровень. (Недаром считается, что «ловить рыбу лучше всего в мутной воде».) Именно поэтому в условиях указанного «мирного течения Суперкризиса» неизбежно порождается известный концепт «охранительства»Read more...Collapse )

Два пути?
anlazz
Сегодня увидел у уважаемого Мастерка: "в России начинаются продажи зеркальных фотоаппаратов «Зенит М»". Разумеется, тут можно было бы только порадоваться за возрождение легендарного бренда, если бы не одно "но". В том смысле, что данный аппарат, судя по всему, выступает копией камеры Leika-M - с незначительными отличиями дизайна. А, во-вторых, цена его так же оказывается крайне близкой к "лейковской": как пишет Мастерок, новый "Зенит" стоит от 5 до 8 тыс. евро. (Т.е., сравнимо с той де "лейкой".)

То есть - он изначально относится к "ультрапремиальному" диапазону. А это значит, что, во-первых, продажи данного аппарата будут незначительными - сравнивать с миллионными тиражами советских "Зенитов" их смешно. ("Зенит-Е" был выпущен в количестве более 8 млн. штук.) А, во-вторых, загадочно позиционирование подобного товара. В том смысле, что непонятно, кто будет покупать новый "Зенит", поскольку для людей, готовых выложить более 600 тыс. рублей за беззеркальную камеру первичным выступает именно бренд - и здесь "камера Лейтца" не имеет конкурентов! Все же это фирма, выпустившая первый в мире дальномерный фотоаппарат. "Зенит" же... ну, они бы еще "Смена-М" его назвали. Нет, конечно, есть некий слой "ностальгирующих нуворишей" - но делать ставку на них было бы смешно.

Впрочем, самое интересное тут даже не это. А то, что практически одновременно с указанным фактом мне попался другой - но крайне похожий на него - факт. А именно - информация о том, что китайцы так же приступили к выпуску своей беззеркальной камеры YI M1 от вездесущей Xiaomi.Read more...Collapse )

Вопрос о бифуркациях в социальных системах. Часть пятая
anlazz
Итак, как было сказано в прошлом посте, поддержка деструкции – даже если она направлена на «старый порядок» - вещь более, чем бессмысленная. И потому, что с данной задачей прекрасно справляется сам указанный «порядок». И потому, что именно деструкция – та самая борьба с существующим злом – очень быстро оказывается «охваченной работой» государственных репрессивных служб. Просто потому, что данная область является наиболее «понятной» в рамках существующих бюрократических механизмов – а главное, она очень хорошо вписывается в ту реальную разрушительную работу, которую ведет «разлагающаяся» государственная элита. (Разумеется, ведет не сознательно – а по самому факту собственного «разложения».)

Кстати, «разлагающаяся», «разложение» тут в кавычках потому, что, собственно, деструкция «общего блага» на сытые куски для себя есть вообще норма для «лучших людей» с самого начала их появления – и связана она с самой их «природой». (Т.е., с особенностью выделения одних представителей homo sapiens на роль руководителей для других.) Другое дело, что для «молодых», развивающихся социосистем эта деструкция, во-первых, компенсируется общей созидательной деятельностью. (Скажем, «светлейший» Меньшиков воровал – но при этом его умудрялся еще и решать ставившиеся перед ним задачи.) Ну, а во-вторых, в развивающихся социумах существуют действенные системы подавления указанного стремления «элиты». (Скажем, опять же при Петре Первом «зарвавшегося» дворянина вполне могли высечь публично и сослать в Сибирь – а то и просто лишить головы.) В социумах же «старых» подобные механизмы, как правило, блокируются – см. «Жалованную грамоту» Екатерины, с которой, по сути, и начался Суперкризис, приведший к катастрофе 1917 года.

* * *

Впрочем, рассматривать особенности «разложения» иерархических обществ надо отдельно. Тут же можно только указать на то, что подобные вещи являются неустранимыми и связанными с самим пониманием «неравноценности людей». (Т.е., с формированием иерархии. Причем, подобная опасность существует и в постклассовых системах, в которых иерархия сохраняется. Но это, опять же, совершенно иная тема.) Поэтому можно только еще раз отметить, что данная особенность характерна практически для всех государств – так что РФ с ее «Едром», как главным фактором антигосударственной деятельности, тут не одинока. (Можно, например, вспомнить Францию с Макроном, или поведение американского истеблишмента, выливающего тонны компромата друг на друга. И это не говоря уж о пресловутой коррупции, которая в Штатах зашкаливает даже на российском фоне…)

Другое дело, что – как уже говорилось – катастрофические процессы в социосистемах развиваются крайне медленно даже на фоне описанного «разложения правящих классов». (Еще раз напомню: критическая точка для той же Российской Империи находится во время правления Екатерины II – а «отдуваться» за нее пришлось Николаю II.) Поэтому при рассмотрении общества – даже весьма «разложенного» и близкого к гибели – с т.з. «обыденной реальности» создается впечатление «монолитности» и «несокрушимости». Что, разумеется, вызывает у честного человека желание вступать в борьбу с ним – с соответствующим результатом. Разумеется, подобное положение вряд ли может быть названо «оптимальным» - т.к. оно приводит к бессмысленному расходу сил самых честных, смелых и умных людей. (Т.е., тех, кто, по существу, максимально способен на конструктивные действия.)

Ну и конечно же, ставит вопрос о том, возможен ли иной путьRead more...Collapse )

Вопрос о бифуркациях в социальных системах. Часть четвертая
anlazz
Итак, как было показано в прошлом посте, «управлять бифуркациями» можно. Более того, на самом деле это самый действенный – если не вообще, единственный действенный – способ воздействия человека на социальную динамику. По той простой причине, что все попытки «перевернуть» социальные процессы в условиях «стабильного функционирования» социосистемы неизбежно будут испытывать мощнейшее противодействие со стороны ее «стабилизационных механизмов». (В итоге усилие, необходимое для данного момента становится настолько большим, что получить его путем воздействия относительно небольшой группы единомышленников не представляется возможным.) Поэтому очевидно, что при желании выйти за пределы «вечных социодинамических циклов» - того самого неизбежного движения общества от рождения к смерти, которое присуще ему «от природы» (в связи с накоплением энтропии) – «делать ставки» необходимо именно на данный путь.

То есть, как уже говорилось, необходимо оказывать непрерывное «негэнтропийное давление» на социум в надежде на то, что, рано или поздно, но он «попадет» в точку. Подобная стратегия, разумеется, выглядит на первый взгляд нерациональной, поскольку ведет к огромной растрате сил. Однако поскольку иного пути нет: как уже говорилось, определить точный момент прохождения точки бифуркации невозможно. (По крайней мере, на нынешнем уровне развития представлений об обществе.) Поэтому разумных альтернатив указанному «давлению» пока нет. А самое главное – в реальности «неэкономичность» данной стратегии не такая уж и большая. В том смысле, что, конечно, заставляет тратить силы – однако, с другой стороны, она показывает бессмысленность «деструктивного» поведения, которое часто выбирают те, кто желает изменить общество. И которое состоит в стремлении «как можно скорее» разрушить «старый порядок» - чего бы это не стоило.

* * *

Но на самом деле именно подобные действия могут быть охарактеризованы, как почти исключительно бессмысленные. (О том, почему «почти» - будет сказано отдельно.) Поскольку, во-первых, «разрушительные процессы» - как уже было сказано – «запускаются» за десятилетия до самого разрушения, а так же до того, как становится понятным, что текущий порядок плох. Ну, а во-вторых, поскольку этот «старый порядок» справляется с собственным разрушением гораздо лучше любых революционных сил.

Самый яркий пример этого – разумеется, судьба Российской Империи «периода упадка». В том смысле, что данная Империя была разрушена вовсе не революционными или еще какими-то «внешними силами». (Как обычно принято считать, с «назначением» на роль «убийц России» большевиков, либералов, германского Генштаба или пресловутой «гадящей англичанки».) А сделала это благодаря собственной элите – которая методично и упорно, день ото дня занималась уничтожением собственной страныRead more...Collapse )

Вопрос о бифуркациях в социальных системах. Часть третья
anlazz
В прошлом посте было сказано, что изменение свойств социальной системы возможно только в момент прохождения точки бифуркации – когда даже крайне слабое воздействие может оказаться критическим. Тогда как в «нормальном состоянии» социосистемы даже значительные усилия вряд ли способны привести к выводу ее из «устойчивого состояния». («Устойчивого» в смысле неизменности текущего тренда вне свойств последнего. В том смысле, что социосистема может уверенно двигаться к своей будущей катастрофе – но двигаться крайне устойчиво. Как СССР в 1980 годах или Российская Империя в 1910 гг.)

Это накладывает определенный характер на социодинамические процессы – а так же, на возможность влияния на них. В том смысле, что, во-первых, описанная особенность не позволяет «бросать» подобные вещи на самотек – поскольку в этом случае изменение общества будет происходить согласно случайным и при этом, с огромной вероятностью, деструктивных факторов. (Как в приведенном в прошлом посте примере, когда бифуркация конца 1960-начала 1970 годов оказалась определяемой пресловутой «Серой зоной» вкупе с антисоветчиками при их реальной слабости.) А, во-вторых, невозможность четкого определения момента бифуркации. Поскольку, как уже неоднократно говорилось, видимые ее последствия появляются уже после того, как все случилось. Поэтому определить тот момент, когда «наступает пора действовать», очень и очень тяжело.

* * *

Кстати, тут сразу же надо указать на тот момент, что прохождение «точки бифуркации» следует отличать от революций в классическом смысле слова. (Дабы не путать ее с «революционной ситуацией».) Поскольку революция – т.е., развал старого общества – на самом деле выступает не началом, а завершением начатого процесса. Скажем, 1917 год для Российской Империи стал завершением очень долгого кризиса, длившегося, как минимум, с 1870 годов. (А если присмотреться по-хорошему – так вообще, со времен правления Екатерины Великой.) Да и 1991 год – как уже говорилось – в реальности означал лишь окончания того кризисного процесса, в который СССР попал во время «непрохождения» точки 1960/1970 годов. Все это означает, что – вопреки привычным представлениям – реальное значение революционеров состоит вовсе не в разрушении «старого мира». Нет, разумеется, желание провести данный акт у них имеются, и они с великим удовольствием принимают участие в «добивании» бьющегося в агонии социума. Но это именно добивание того, что уже к этому времени мертво, и не способно ник какой жизни.

Поэтому их основная историческая роль состоит несколько в ином. А именно – в том, чтобы приступить к выстраиванию «нового мира» на развалинах умирающего «старого порядка». Впрочем, подробно рассматривать действия революционеров и динамику прохождения революций надо отдельно. Поскольку с «точками бифуркации» они – как уже можно догадаться – имеют весьма сложные «отношения». Но об этом будет сказано чуть ниже.Read more...Collapse )

Вопрос о бифуркациях в социальных системах. Часть вторая
anlazz
Итак, основным свойством «точек бифуркации» для социальных систем является существенное «отставание» их видимых «результатов» по сравнению с внутренними изменениями. В том смысле, что тогда, когда переход социосистемы в новое качество становится очевидным, ничего противопоставить этому процессу оказывается уже невозможно. Именно противопоставить – поскольку данные «неизвестные» изменения, как правило, несут деструктивный характер. (Что вытекает как раз из их «самопроизвольности», поскольку – как и другие «самопроизвольные» явления – она оказывается направленной соответственно «стреле Аримана». Т.е. накоплению энтропии в обществе.)

Впрочем, об этом было сказано в прошлом посте, поэтому повторяться тут нет смысла. Тем более, что гораздо понять, что данная особенность вовсе не означает полное признание фатализма – в смысле «запрета» на противодействовие подобным «переходам». Надо только знать момент, когда можно действовать. Более того – именно понимание подобной особенности социальной динамики позволяет не просто блокировать деструкцию, но и обеспечивает возможность для запуска процессов развития. Поскольку в «точке бифуркации» «сопротивление среды» падает практически до нуля – и незначительные по обычным меркам усилия способны принести колоссальные результаты. Можно сказать даже больше: именно в подобной «точке» такая большая, сложная и устойчивая система, как общество и получает возможность кардинальных изменений, поскольку вне «точки» любые – даже весьма значительные – усилия блокируются множеством «механизмов стабилизации».

Другое дело, что – как уже было сказано – понять, когда наступит «момент истины» крайне сложно, поэтому в течение веков именно указанный способ действия был единственно возможным, хотя КПД данного процесса близок к нулю. Но весь имеющийся прогресс обеспечивается только тем ничтожным количеством «попаданий», что изредка случаются. Впрочем, можно сказать, что даже по сравнению с «чисто случайным» распределением удач скорость данных изменений крайне мала: поскольку большая часть людей начинает свои действия именно тогда, когда проявления деструктивных процессов становились наиболее очевидными. А значит – они банально «выдыхались» задолго до момента подхода к следующей «точке». Ну, а во-вторых, именно благодаря этому – т.е. «самовыпиливанию» большинства сторонников конструктивных идей – в этот самый «роковой» момент часто актуальными оказывались именно «деструкторы». (Поскольку путь деструкции – тот самый «путь энтропии» - является «естественным». И при условии отсутствии борьбы с ним – неустранимым.)

* * *

Кстати, отсюда можно вывести эмпирическое правило, позволяющее, в принципе, хоть как-то «локализовать» точку социальной бифуркации. А именно – он практически всегда происходит в момент «социального затишья».Read more...Collapse )