Category: коронавирус

Category was added automatically. Read all entries about "коронавирус".

Спасибо вам, американские негры!

Спасибо вам, американские негры за то, что вы смогли побороть ужасный Коронавирус. В том смысле, что внезапно выяснилось - страшная зараза потеряла свою "злость" и стала уносить намного меньше жертв, нежели ранее. По крайней мере, в Италии.

По крайней мере, именно так высказались два итальянских врача - Альберто Зангрильо, возглавляющий больницу Сан-Раффаэле в Милане, и Маттео Бассетти, руководитель клиники инфекционных заболеваний больницы Сан-Мартино в Генуе. Которые указали, что коронавирус, мутируя, превратился, образно говоря, в собственную тень - заболевание стало гораздо менее опасным, чем в начале пандемии. 

Правда, тут непонятно, с какого момента считать данное "начало". Поскольку пресловутый COVID-19, он же SARS-CoV-2 свирепствует в мире, по крайней мере, с начала декабря. А точнее - с еще более раннего времени. Поэтому непонятно, почему за первые четыре месяца (декабрь, январь, февраль и март) он, похоже, только "набирал силу". И начала "выдыхаться" только в самом конце весны.

Как раз тогда, когда Соединенные Штаты оказались в одном из самых тяжелых кризисов в своей последней истории. Впрочем, возможно он действительно развивается подобным образом - ведь никаких запретов на мутацию указанной заразы нетCollapse )

Коронавирус, bigdata и власть...

Итак, как было сказано в прошлом посте , реальная эпидемия коронавируса развивается совершенно иным образом, нежели предполагалось в изначально созданных моделях. На самом деле в данном случае нет ничего страшного: как уже говорилось, данные модели создавались при практически полном незнании «параметров» указанного заболевания. Тогда даже не было представления о том, как данный вирус распространяется – то ли воздушным, то ли капельным путем – сколько он живет на поверхностях и т.д. Поэтому неудивительно, что данное заболевание предполагали гораздо более «универсальным» и патогенным, нежели сейчас. Ну, а самое главное – старались в расчетах вообще не использовать данные о вирусе, предпочитая реальному моделированию экстраполяцию имеющихся данных.

Т.е., проще говоря, пытались найти тенденцию в имеющихся случаях заражений – и на этом основании выстраивать «функцию» распространения болезни. (Получались те или иные варианты «экспоненты», но это не суть важно.) То есть, по существу, пытались использовать столь любимые сейчас методы big data, «больших данных» - которым в настоящее время придается буквально магическое значение. Напомню, что «бигдата» сейчас выступает в качестве некой магической палочки, при помощи которой возможно получить модель любой, сколь либо сложной, системы. Разумеется, прежде всего, данный метод получил популярность в отношении общества и возможности управления им. В том смысле, что современные властители считают необходимым сбор любой информации о подчиненных им гражданах, поскольку именно там они надеются найти ключ к «абсолютному подчинению» их своей воле.

* * *

Кстати, забавно – но в этом смысле «бигдата» сменила, по сути, пресловутое НЛП. («Нейролингвистическое программирование».) Которое еще лет двадцать назад виделось тем же самым «золотым ключом», открывающим путь к полному контролю государства над подданными или корпораций над покупателями. Обычно подобное применение именовалось «политтехнологиями» (в бизнесе «маркетинговой компание»), обеспечивая хлеб с маслом (а часто и черной икрой) несметному множеству политтехнологов и рекламщиков. Кои осаждали всех, более-менее влиятельных, лиц и организации с предложениями обеспечить тому «абсолютную власть». (Гарантированную победу на выборах, 100% продаж в бизнесе и т.д.)

Однако в последнее время это самое «всемогущество политтехнологов» несколько померкло – особенно когда стало понятным, что реальная победа на тех же выборах обеспечивается совокупностью админресурса и правильного подсчета голосов. (Собственно, это было верно и раньше – но казалось, что «волшебные технологии» из «умных западных книг» так же чего-то значат.) И поэтому сейчас этих самых «политтехнологов» с побитыми молью переводными учебниками для рекламных агентов, сменили специалисты по «бигдате». Которые так же предлагают несбыточную мечту для любого, наделенного властью, человека – а именно, уверенность в том, что он все может предсказать в своей жизни, и все выстроить по собственному желанию.

Ради этого создаются огромные системы сбора данных, выстраиваются специальные дата-центры, разрабатываются федеральные программы, в рамках которых – по мнению их авторов – будут выискиваться скрытые тренды и направления поведения людей. (По сути же – идет работа в рамках той же самой парадигмы, что и у «энэлэперов», согласно которых «посвященный» всегда сможет манипулировать «профанами».) Причем, данная стратегия выглядит настолько очевидной, что, по существу, ее принимают и сторонники, и противники существующих властей. Другое дело, что последние видят в происходящем не добро, а зло – сиречь, пресловутый «электронный концлагерь». В котором низведенные до роли послушных биороботов граждане будут выполнять все указания «вышестоящих». (Удивительно: но то, что в свое время это делалось безо всякой «бигдаты» или «политтехнологий» - посредством банального крепостного права или иных способов порабощения – от этих «антибигдатчиков» как-то ускользает.)

* * *

Тем не менее, указанная выше проблема с моделирование коронавируса – которые в моделях оказался на несколько порядков более страшным, нежели в реальности – прекрасно показывает: в чем же состоит реальная проблема данной технологииCollapse )

Цифра, вирус и экономика

Кстати, многие ли сейчас могут вспомнить, что еще месяца два назад крайне популярными были «апокалиптические» прогнозы течения коронавирусной эпидемии. В том смысле, что предсказывались десятки – и даже сотни – миллионов заболевших, а так же многомиллионное множество погибших. Собственно, именно отсюда, во-многом, и вытекали те радикальные меры, что были предприняты правительствами практически всех стран. (И вошли в историю под абсурдным названием «самоизоляция».)

Еще раз: когда стало понятным, что сдержать болезнь на территории Китая не удасться, то началось активное моделирование ее развития. Которое очень быстро пришло к катастрофическим вариантам, сходным – а то и превосходящих – по своей жесткости знаменитую «испанку», т.е., эпидемию гриппа 1918-1919 годов. Например, ученые из Австралийского университета в начале марта в случае худшего развития эпидемии предсказали до 68 млн. погибших. В лучшем случае же они предполагали ограничиться «всего» 12 миллионами трупов. Или, скажем, еще раньше – в начале февраля – американский исследователь, решивший использовать для данной задачи нейронную сеть, получил  порядка 53 умерших в течение трех месяцев, причем первый миллион был бы «пройден» в течение месяца. (Зачем нужно использовать ИИ в случае очевидного применения геометрической прогрессии – вопрос отдельный.)

В любом случае, прогнозируемые подобные потери – превышающие в максимальном варианте потери от Второй Мировой войны – понятное дело выглядели настолько катастрофически, что ради их предотвращения их можно было идти на что угодно. Поэтому неудивительно, что как только 12 марта ВОЗ «объявила о начале пандемии», как началось массовое сворачивание и закрытие всего и вся – начиная с кафе и заканчивая большей частью гражданских прав. Т.е., массовое внедрение той самой «самоизоляции», о которой было сказано выше.

* * *

Итог данного действа оказался соответствующим: например, для России ожидаемые потери экономики варьируются от 4% ВВП при «оптимистическом сценарии» до 18% при «пессимистическом». (Т.е., от примерно 4 трлн. рублей потерь до 18 трлн.) Для других стран, впрочем, дело обстоит еще хуже – скажем, падение ВВП в США может достичь 38%, что сравнимо со временами Великой Депрессии. И хотя понятно, что подобный экономический провал оказывается связанным не только с пресловутым «недокарантином», однако недооценивать вклад последнего так же было бы странным.

Правда, так же становится очевидным, что никаких «апокалиптических жертв» данная эпидемия не несет. В том смысле, что сейчас – когда пресловутый «пик» в большинстве стран оказывается пройденным – количество заболевших и погибших находится на вполне терпимом уровне. (Ни с какой «испанкой» даже близко не стоящи м.) Более того – практически все всплески смертности оказываются связанными с достаточно ограниченными районами. (Например, в Италии это, прежде всего, Ломбардия с примыкающими к ней Эмилио-Романьей и Венецией.) Более того, можно провести еще более «мелкое» деление с выделением отдельных «зачумленных» городов, вроде того же итальянского Бергамо или американского Нью-Йорка. (Кстати, о США: если в той же Италии можно еще наблюдать какую-то закономерность в виде «заболевшего Севера – не заболевшего Юга», то в Штатах вирус демонстрирует полную хаотичность в плане своей поражающей способности.)

Впрочем, разбирать указанную особенность надо отдельно. Тут же можно сказать только то, что в целом никакого «эпидемиологического апокалипсиса» не наблюдается нигде. Да, болезнь существует, и при этом уносит жизни людей – но по сравнению с теми астрономическими затратами, кои возникают при борьбе с ней, она кажется не такой уж страшной. В конце концов, от тех же сердечно-сосудистых заболеваний в России умирает более 70 тыс. человек каждый месяц – причем, значительное число этих смертей можно было бы уменьшить простым улучшением медпомощи. (Если бы в профилактику-лечение тех же инфарктов или инсультов было вложено, хотя бы, половина из указанных 4 трлн. рублей минимальных потерь, думаю, результат дал бы, как минимум, сотню тысяч спасенных в год.)Collapse )

Два пути...

Недавно по российской блогосфере прокатилась «интересная новость». Состоящая в том, что сын писателя Александра Солженицына Степан  стал генеральным директором крупнейшей угольной компании России. («Сибирской угольной энергетической компании», принадлежащей миллиардеру Мельниченко.) Причем, что удивительно, огромное число комментаторов отреагировали на нее, в общем-то, адекватно. А именно: указали на то, что подобная «судьба» отпрыска известного «неполживца», в общем-то, закономерна. В том смысле, что он – став высокооплачиваемым представителем современной паразитической элиты – в общем-то, реализовал идеал своего родителя, помешанного одновременно на «семейных ценностях» и на элитаризме.

Т.е., стал богатым и знатным человеком, могущим существовать за счет указания, как жить, другим людям – не то, что эти убогие совки.  Нет, разумеется, это не значило, что Солженицын-младший не мог спиться, снаркоманиться, утонуть в море, умереть от коронавируса и даже разориться и стать бомжом – на самом деле, все возможно. (Другое дело, что положение его отца позволяло отсечь 99% негативных воздействий этого мира.) Но вот начать, например, бескорыстно помогать простым людям… Такое развитие событий являлось бы крайне маловероятным. (Разумеется, при учете, что Степан воспринял ультраэлитаристкое миропредставление своего родителя.)

Ну, и для того, чтобы уравновесить сказанное выше, приведу еще одну новость. Правда, новость, российской российской блогосфере практически неизвестную. Которая состоит в том, что внучка Че Гевары – Эрнесто Рафаэля Гевара де ла Серна, известного латиноамериканского революционера и кубинского государственного деятеля – в настоящее время работает в отряде кубинских врачей, борющихся с коронавирусом . Не самое  безопасное и спокойной место в современном миреCollapse )

Коронавирус, фашизм и мировая элита

В прошлом посте  было сказано, что наступление нацизма на Европу очень сильно напоминало «Олимпиаду глупости» европейской – да и мировой – элиты. В том смысле, что они сделали все возможные ошибки для того, чтобы превратить нацистов из маргиналов в повелителей Германии. А затем – привели к полному (как во Франции), или почти полному (как в Великобритании) своему поражению в схватке с ними. Вопрос о выходе из данного состояния, связанный с наличием в мире СССР, пока опустим. (Хотя, конечно, полностью опускать его нельзя.)

А лучше обратим внимание несколько на иное. А именно – на то, что примерно такая же «Олимпиада глупости» наблюдается сейчас по отношению к коронавирусной эпидемии. Да, разумеется, сравнивать «природную болезнь» и социальное явление –которым был нацизм – может показаться некорректным. (Поскольку они подчиняются совершенно различным законам.) Однако в данном случае важно вовсе не то, что, собственно, вызывало реакцию элиты (стало для нее вызовом) – а то, как последняя реакция протекает. Так вот, протекает она примерно так же, как и в 1930 годах – в том смысле, что доминирует исключительное желание получать свои локальные выгоды при полном игнорировании глобальных явлений. Ну, и разумеется, результат этого оказывается соответствующим.

* * *

Например, до определенного момента – а именно, до 11 марта, когда ВОЗ признала пандемию – особых мер по блокированию распостранения заразы не предпринималось. Более того, даже с Китаем – где эпидемия стала очевидной уже в декабре 2019 (число «19» в названии COVID19 означает именно год) – границы начали закрываться только в начале февраля. Тем не менее, даже после этого вплоть до объявления ВОЗом пандемии практически не предпринималось мер по снижению трансграничных потоков. (Скажем, Меркель еще 11 марта заявляла, что закрытия европейских границ не будет.) То же самое можно сказать и про РФ, в которой туристические путевки за рубеж продавались вплоть до 30 марта! (Когда границы были, все же, закрыты.) После чего началось эпическое – и эпидемиологически опасное – «возвращение соотечественников», в результате которого люди по нескольку дней проводили в аэропортах (т.е., зонах максимальной зараженности). Причем, часто в нескольких – скажем, из Таиланда вывозили через ОЭА. (Очевидно для того, чтобы гарантированно заставить подхватить болезнь.) 

По сравнения с этим "забегом идиотов" полная неготовность медицинской системы всех развитых стран выглядит уже фатором «второго порядка». Хотя именно она, во-многом, и стала причиной массовых заражений на втором этапе эпидемии. (Когда люди, в значительной мере, заражались именно в медицинских учреждениях – в РФ, например, в конце апреля этот фактор давал 55% больных.) Более того, низкая готовность европейской медицины к работе в условиях эпидемий – связанная с низким количеством «коечного фонда» - оказалась критической в плане формирования «вала тяжело больных», что, собственно, и привело к высокой локальной смертности в отдельных странах. (Скажем, в Италии приходится 3,2 койки на 1000 человек – сравните, в Южной Корее – 12,3 койки. При том, что «койка» тут – не просто кровать, а минимальная единица «больничного фонда», с соответствующим оснащением и числом персонала.)

На этом фоне спешное переоборудование всего и вся под «коронавирусные госпитали» вряд ли может быть названо удачным решением. (Поскольку перестроить спортзал в больничную палату, конечно, можно – но вот где достать к ней квалифицированный персонал, это еще вопрос!) Хотя это кому как. (О чем будет сказано чуть ниже.) Ну, и разумеется, нельзя не отметить «вишенку на торте» - спешно введеный практически во всех странах «режим самоизоляции», ставший фактической экономической катастрофой. При том, что его влияние на реальное распостранение эпидемии в действительности крайне сомнительное. (По крайней мере, доходы граждан и бюджета он уменьшает на порядок эффективнее, нежели заражение коронавирусом.) Впрочем, подробоно рассматривать тот epic fail, которым явилась «противоэпидемиологическая борьба» развитых стран в реальности, тут нет смысла – это уже неоднократно делалось. (И будет делаться в специализированных темах.) Поскольку главное и так понятно: данные действия если и ведут к какому-то итогу, то совершенно очевидно не к тому, который ожидался от них «лучшими людьми цивилизованного мира». А точнее – к итогу полностью противоположному ожидаемому: и от вируса не спаслись, и экономику угробили.

* * *

Таковой оказалась плата за стремление к «локальной выгоде»: Collapse )

Еще раз о сторонниках "твердой руки"

Прочитал очередной опус господина Колясникова-Зергулио, призывающий к ужесточению «карантина». Дескать, слишком слабо россияне выполняют предписания по самоизоляции, слишком расслабились и не понимают великой мудрости власти, решившей совершить прорыв в медицине: победить вирусную инфекцию путем выписывания штрафов. Впрочем, вирусу – как нетрудно догадаться – на все это совершенно безразлично. Поэтому он продолжает распространяться, опираясь на свои, «вирусные» законы – которые, как не странно, мало совпадают с законами юридическими.

Впрочем, в данном случае нам интересен не он, а то, с каким упорством Зергулио – равно, как и множество иных авторов – пытается уверять окружающих в необходимости как можно более жестких мер. Как написано в приведенном посте: «…в случае возникновения глобальной срани, дисциплина должна быть не железной, стальной. Жесткость - сразу по максимуму. Без оглядок на права человека и свободы…»  Самое же интересное тут – то, что подобное отношение касается не только коронавируса. На самом деле, нечто подобное можно наблюдать по самым различным поводам – начиная с отношения к выступлениям оппозиции и заканчивая правилами ПДД. В том смысле, что пресловутое «ужесточение» видится неким универсальным способом, могущим кардинально изменить мир к лучшему.

Ну, в самом деле, разве мы не слышали чего-то, вроде: если все будут железно выполнять законы, то в России наступит необычайная благодать! Кстати, это касается не только лоялистов – скажем, «наши либералы», по сути, исповедуют то же самое. Это именно они еще недавно по малейшему поводу поминали пресловутый Сингапур, где за брошенный на землю окурок полагаются огромные штрафы. (Впрочем, и в случае с текущим «недокарантином» «либералы» так же, в подавляющем большинстве, выступали и выступают за его ужесточение.) Да и вообще, нынешние «либералы» о «либеральных правах» в классическом понимании начали вспоминать только тогда, когда их оттерли от власти. А то чуть ли не каждый день отсылали к столь любимому ими Пиночету, который железной рукой установил «правильную рыночную экономику».
Ну, и наконец, надо признать, что огромное количество людей, именующих себя «левыми» - а порой даже «коммунистами» - так же видят в нечем не ограниченном насилии главный способ решения проблем.

* * *

Поэтому можно говорить об «универсальном» явлении, охватывающем значительное количество умов – вне занимаемой их носителями политической позиции. Которое можно назвать «антигуманизмом», или «антидемократизмом». Причем, происхождение данной концепции вполне понятно – во-многом, оно является «порождением 1990 годов». Точнее – порождением «отражения» этого времени в господствующем общественном сознании, где данный период стал символом ничем не ограниченной «вольницы». Дескать, тогда была полная свобода – и в итоге мы получили полную катастрофу. С этим согласны даже «либералы» - другое дело, что под «вольницей» они подразумевают немного не то, что все остальные. (Дескать, тогда была «слишнком большая свобода для быдла», кое не позволяло активным и эффективным построить «правильный капитализм».)

Тем не менее, уже в этом доказательстве можно увидеть очевидный подлог. В том смысле, что в действительности 1990 годы были отнюдь не периодом «полного безвластия» и «потакания толпе». Скорее, наоборот: именно в это время «толпу» очевидным образом «загоняли в стойло», причем порой очень жестокими мерами. (Включая обстрел из танковых орудий.) Впрочем, и без танков количество разгонов тем же ОМОНом народных выступлений в тот период был достаточно большим. (Напомню, что в указанный период не получение зарплаты в течение нескольких месяцев было нормой, поэтому даже крайне миролюбивые постсоветские граждане порой доходили до прямых выступлений. Которые очень быстро и жестко подавлялись «демократическими властями».) Тем не менее, ожидаемого процветания в указанный период не наблюдалось – скорее, наоборот, чем жестче заворачивались гайки, тем хуже становилась жизнь. (Изменилось это лишь после того, как повышение цен на нефть позволило «хозяевам страны» хоть что-то давать людям.)

Из этого примера можно хорошо увидеть ту проблему, которая существует в мышлении «адептов жестокости». И которая состоит в том, что в данном случае «жесткое решение» принимается аналогом «правильного решения» - при том, что это совершенно неочевидно. Collapse )

Коронавирусное забавное

Кстати, интересно - но в том же Таиланде меньше 3 тыс. заболевших коронавирусом, и меньше сотни погибших от него. Что на 68 млн. человек очень и очень неплохо. (Особенно если учесть, что с медициной в данной стране не сказать, чтобы все было замечательно.) И да - судя по всему, на плато они там уже вышли, причем еще недели две назад.

Впрочем, рассуждать о том, почему в данной стране так легко справились с данной инфекцией, надо отдельно. Поскольку реальных факторов для этого может быть огромное множество - начиная с генетической предрасположенности (а точнее, непредрасположенности) к вирусу и заканчивая климатическими условиями. Для нас же тут гораздо важнее является другое.

А именно - то, что среди россиян, возвращенных из данной страны, количество заболевших оказалось чуть ли не большим, нежели у всех тайцев, вместе взятых. Причем, причина проста и очевидна: для этого вируса одним из лучших мест распространения являются аэропорты. Которые, собственно, и стали тем роковым фактором, который превратил данную, не сказать, чтобы особенно серьезную, болезнь в фактического убийству современной экономики.

На этом фоне пресловутая "массовая эвакуация" россиян "из-за границы" начинает выглядеть в весьма специфичном свете. В том смысле, что связанное с этим перемещение огромных масс людей в аэропорты - а часто еще и со значительным ожиданием там - в действительности выступило чуть ли не самым лучшим способом для их заражения. Впрочем, нет: еще "полезнее" в данном случае оказалось частичное закрытие границ, и частичное жи приостановление авиасообщений. В результате чего люди вынуждены были добираться домой через третьи страны. Порой посещая три-четыре хаба - очевидно, для того, чтобы заразиться уже гарантировано.Collapse )

Почему мы проиграли эпидемии

Давайте честно признаем: эпидемию мы проиграли. Не болезнь. Как раз с болезнью -в смысле, с борьбой против нее - ситуация обстоит достаточно неплохо. В том смысле, что врачи успевают вылечивать большинство больных, поэтому количество жертв оказывается несравнимо меньше, нежели при прошлых эпидемиях. То же самое можно сказать и о науке, которая уже запустила испытание нескольких десятков вариантов вакцины. Постепенно набираются факты и об оптимальном направлении лечения – думаю, к середине года примерные протоколы будут готовы. (К концу года, думаю, все станет еще яснее.) Однако все эти достижения относятся исключительно к «биологической» (медицинской) составляющей. С социальной составляющей эпидемии дело обстоит совершенно противоположным образом.

Поскольку развитие именно этой части идет по наименее выгодному для людей сценарию. В том смысле, что практически все принимаемые в этой области «меры борьбы», в конечном итоге, приносят гораздо больше вреда, нежели пользы. И наоборот, многие совершенно разумные, рациональные действия – вроде уже помянутого государственного производства важных составляющих для борьбы с болезнью (масок, лекарств) – оказываются отвергнутыми в принципе. На этом фоне не удивляет тот факт, что сначала распространение коронавируса просто прозевали (если говорить максимально мягко), хотя уже в конце декабря китайцы получили основные сведения о данной заразе. (Что, потенциально, позволяло минимизировать заражения в зонах риска.) Кстати, тесты на «ковид» были, так же, разработаны уже к концу января – что, потенциально, давало возможность для начала их массового (государственного) производства. Однако реальное широкое тестирование началось только через месяц!

* * *

Надо ли тут говорить о том, что все это позволило эпидемии широко распространиться по миру – захватив самые отдаленные его углы, включая Чукотку! И вот когда это случилось, наступил «второй акт» данной трагедии. Начавшийся с того, что ВОЗ объявила пандемию. Этот самый «акт» состоял в том, что практически все страны оказались покрыты пресловутой «самоизоляцией» - т.е., удержанием значительной части населения дома, с массовым закрытием предприятий, экономическим падением и прочими «прелестями». Напомню, что до того самого, «рокового», решения Всемирной Организации здравоохранения руководители большинства стран очень неохотно шли на введение даже самых элементарных карантинных мер, вроде прекращения сообщения с зараженными территориями. После же – вошли в такой запретительный раж, который еще за месяц до этого просто было невозможно представить.

Впрочем, причины подобных метаний – от фактического отрицания эпидемии до признания ее Концом Света – вполне понятны: они определяются привычными стратегиями поведения властей. Которые, во-первых, имеют желание не допустить проблем представителям крупного бизнеса – авиакомпаниям, транспортным компаниям и т.д. (Точнее сказать, это их – властей – желания определяется интересами крупного бизнеса.) А ведь транспорт – это основной потребители нефтепродуктов, поэтому тут идет «выход» на самый верх. Ну, а с другой – они вынуждены существовать в условиях жесткой международной конкуренции. Когда любой промах одной страны используется другими странами – точнее, хозяевами других стран – для обеспечения своих конкурентных преимуществ. Ну да: санкции, накладываемые по любому поводу. Особенно они стали популярными сейчас, когда опасность от данных действий начала сходить к нулю (распад единого мира), однако определенное воздействие на конкурентов осталось. (То есть, это уже не смертельный удар – на который можно ожидать соответствующую «ответку» - а «обычный» механизм для решения «обычных» целей.)

Последнее очень хорошо можно наблюдать по развитию ситуации с Китаем. Который оказался фактически назначенным «ответственным» за случившуюся эпидемию. И с
которого, судя по всему, собираются немало взыскать под подобным предлогом. (Штаты, например, поговаривают об отмене своего долга китайцам аж на 2 трлн. долларов.)Collapse )

Коронавирус и... автомобиль

Интересно, кстати, что современная ситуация с коронавирусом в определенной мере напоминает ситуацию с автомобилями. Разумеется, на первый взгляд это сравнение может показаться таким же странным, как и хрестоматийное сравнение пуганой вороны с письменным столом. Однако это только на первый взгляд. Дело в том, что речь тут идет вовсе не об указанных предметах – вирусе и автомобиле – а об отношении к ним общества.

Дело в том, что и то, и другое явление вызывает в нашем обществе определенные проблемы. Разумеется, в отношении к автомобилю критичным выступает не само техническое устройство – как раз оно абсолютно полезно, и является не проблемой, а решением. Речь идет об его использовании в условиях современного мегаполиса – где доминирование подобного транспорта приводит к резкому ухудшению экологического состояния, а так же ведет к появлению «сверхтрат» на дороги и стоянки. (Кроме того, следует учитывать и затраты самих граждан на приобретение и обслуживание машин, кои оказываются отнюдь не бесплатными.) Причем, эти проблемы ухудшают жизнь людей настолько, что возникает очевидная потребность в поиске их решений.

* * *

Так вот: очень многие в подобном случае сходятся на мысли о том, что «надо запрещать». Да, именно так – концепция «запрещения личных автомобилей» еще недавно входила в состав «базового корпуса» любого прогрессивного человека. Разумеется, не всегда это высказывалось прямо – часто используются эвфемизмы, вроде «создания приоритета для общественного транспорта» (заметьте: не создание общественного транспорта, а приоритета для него), или «организаций комфортной городской среды». Но смысл всего этого один и тот же: необходимо выстраивать такую систему, при которой несознательные граждане должны оставлять свои «вонючие коробки», и пересаживаться на автобусы и метро. (Если повезет, конечно – и последнее имеется в наличие.) Впрочем, высказываются и более радикальные варианты с пересаживанием всех на велосипеды или электросамокаты (!!!) – вне имеющихся климатических и прочих особенностей – но это уже клиника.

В любом случае общее тут очевидно: автомобилевладельцы являются главными виновниками бед современного города (от автомобильных !?! пробок до экологических загрязнений), и поэтому они должны страдать и платить. Платить и страдать – и радоваться, что их не запретили вообще. (В рамках всеобщего перехода к пресловутому ЗОЖу.) Более того – создается известный образ автомобилевладельца, как хамоватого субъекта, увлеченного только своим чувством собственного величия (сиречь, понтами), и готового ради этого попирать интересы «всех остальных». (При определении, что ко «всем остальным» относится большая часть населения.) Ограничивать и унижать подобного субъекта, разумеется, совершенно не жалко.

Правда, при внимательном рассмотрении выясняется, что если этот образ и имел когда-то основания в реальности, то они остались далеко в прошлом. (В 1990 годах.) Поскольку сейчас автомобиль стал не просто «не роскошь», но, для многих, очевидная необходимость. (Особенно при наличии детей.) Collapse )

Еще про сегодняшнее государство

Уважаемый with_astronotus навел на статью о жизни кузбасских медиков. На самом деле, конечно, ничего неожиданного: недостаток СИЗ (масок, костюмов), проблемы с тестированием на коронавирус, проблемы с получением выплат и все такое. Однако один момент оттуда выглядит крайне симптоматичным:

"Нам практически каждый месяц снижают стимулирующие выплаты, снимают надбавки, зарплата падает, — утверждает она. — В марте большинство сотрудников в зарплату недосчитались по несколько тысяч рублей. Зато на Главной и Центральной подстанциях установили по двум десяткам камер видеонаблюдения во многих внутренних помещениях. Спрашивается, на какие деньги и для чего камеры?" 

В том смысле, что он показывает главную черты современной государственной власти. (Не только российской.) А именно - буквальное помешательство на идее контроля при полном "забитии болта" на все остальное. То есть - не важно, как получают врачи, как они одеты, какое у них оборудование и машины. (Разговор идет о "Скорой помощи".) Важно - обеспечить за всем этим строгий контроль. И пусть от него ни врачам, ни пациентам, ни даже начальству не будет ничего - смысла это не меняетCollapse )