Category: отношения

Category was added automatically. Read all entries about "отношения".

Про Розова, проституцию и рынок...

Недавно у меня был пост, посвященный проблеме понимания «короновирусной истерии» без учета экономики. В том смысле, что если упускать данный фактор – как обычно делается в современном мире – то можно получить только путаницу в понимании. Но подобные вещи происходят практически везде – и в том смысле, что при рассмотрении большей части явлений на экономику принято обращать внимание в последнюю очередь. (Особенно если в рассматриваемой теме об ней прямо не говориться.) С соответствующим результатом.

Вот, например, уважаемый Александр Розов поднял тему про проституцию. (Он, в общем-то, делает это неоднократно.) В смысле – про то, допустима ли проституция или нет? Разумеется, он сразу же обозначил свою позицию в плане допустимости и желательности данного явления – и конечно же, получил массу возмущенных ¬¬–комментариев со стороны «моралистов». Однако результат этих комментариев был более, чем жалким: собственно, именно ради них писатель и запустил указанную тему. Поскольку ему прекрасно известно, что с обоснованием неприемлемости проституции с точки зрения «этики и морали» дело обстоит очень плохо. (Как, собственно, с обоснованием любой иной темы.)

Действительно, возьмем, скажем, ситуацию, при которой некая женщина желает вступать в сексуальные отношения с понравившимся ей мужчиной. (Который так же не против этого.) Является ли это злом с т.з. разумного подхода? Конечно же, нет – оба участника данного действа оказываются «в плюсе». (Хотя, конечно, упертые моралисты – особенно религиозного плана – могут осуждать и данный случай.) Пойдем дальше, и немного изменим картину. Скажем, в сторону того, что женщина желает сделать то же самое с не очень нравившемся ей мужчиной. Ну, скажем, просто для «разрядки». Думаю, все согласятся, что ситуация тут не сильно меняется. (Оба участника получили все, что хотели.) Ну, а дальше – все элементарно. Предположим, что этот мужчина решит вознаградить женщину подарком. Ну, просто так, от радости за полученное удовольствие. Изменится ли «этическая ситуация»? Конечно, нет. А если заменить подарок деньгами?

Так мы приходим к убеждению о том, что «проституция это хорошо». В самом деле, разве есть тут минусы: все получают то, что надо – женщина деньги, мужчина секс? Ну, разумеется, проститутка может не получать от своей работы особого удовольствия – но разве в других местах не так? В смысле, разве уборщица, продавщица в магазине, сборщица на конвейере или, даже, офисная работница имеет много оргазмов от своих должностных действий? Да под сравнению с некоторыми работами «секс за деньги» может показаться детской игрой в плане неприятности!

Так что же остается у противников данного занятия? Религиозные убеждения? С детства выученные моральные запреты? Страх перед венерическими заболеваниями, которые, в общем-то, сейчас преодолимы? Наконец, новые идеологемы, наподобие пресловутой «объективизации женского тела» - не менее спорные, нежели то, что приведено выше? То есть – некие сложно рационализированные личные убеждения, имеющие малое отношение к реальности. А в действительности проституция есть благо, подобное иным благам рыночного конкурентного общества – например, возможности получения качественных товаров по дешевым ценам…

Впрочем, стой! Как это – качественных товаров по дешевым ценам? Collapse )

Секс, труд и город. Часть вторая

Итак, как уже было сказано в прошлом посте , в течение веков господства «дешевого труда» практически все «сексуальное поведение» человека определялось одной задачей: обеспечить высокую рождаемость. (Производство дешевых работников.) Разумеется, оставались еще некие элементы прежней, доклассовой жизни – вроде отголосков прошлых оргиастических празднеств, характерных для общинной жизни – но они, как правило, были возможны только для ограниченного числа людей. (Для «неженатой молодежи», и в определенные моменты времени.) В большинстве же своем население было вовлечено в систему жесткой регламентации сексуальной жизни, необходимой для указанной выше задачи.

И меняться данное положение стало только тогда, когда – под действием нарастающей классовой борьбы – начало меняться положение с оплатой труда. То есть, когда массам стало доставаться прибавочного продукта хоть на немного, но больше, нежели требуется для их физического выживания. Этот момент оказался ключевым практически для всего – в том числе, и для сферы «сексуального поведения». Дело в том, что в данной ситуации необходимость максимально возможной рождаемости стал отходить на второй план по сравнению с необходимостью воспитания потомства.

Да, именно так: еще в начале позапрошлого столетия 90% (если не 95%) всех детей не только не имели формального образования, но и получали минимум воспитательного воздействия вообще. Нет, конечно, им читали некоторую мораль – тем, кому повезло родиться в более-менее обеспеченной семье. (Если так можно сказать про этот мир.) Но даже это было только в лучшем случае. Чаще всего же весь «воспитательный процесс» ограничивался серией тумаков по любому поводу – и без оного – а так же, «профилактическими» порками. Ну да: «уши мальчика в его спине» - как было сказано еще на заре классового мира, но могло быть приложено к любому его периоду.

Впрочем, подробно погружаться в вопросы детского воспитания в данной теме нет смысла – об этом надо говорить отдельно. Тут же можно только заметить, что смена «модели воспроизводства работников» с концепции: как можно больше дешевых и «некачественных» носителей рабочей силы – на более «человечную» концепцию, согласно которой людей может быть и поменьше, но подготовлены они должны быть получше – очень сильно повлияло на «семейную жизнь». В том смысле, что это потребовало улучшения «климата в семье» - в том смысле, что взаимоотношения супругов могут существенно изменить подготовку (воспитание, обучение) ребенка.

Поэтому возникла необходимость в «подборе» сексуального партнера по совместимости – хотя бы на минимальном уровне. Ну да: чтобы муж не бегал за женой с оглоблей, и тем самым, не мешал учебе детей. (Какая в данном случае учеба – тут бы под лавку быстрее залезть!) То есть, иначе говоря, возникла необходимость в том, что сейчас принято именовать «любовью между супругами». Да, именно так: в течение веков никакой «любви» в семье не требовалось – понятие такое было, но оно означало исключительно подчинение неким религиозным канонам, не более того. Теперь же, с повышением цены труда, нормой стало именно хоть какое-то соответствие партнеров друг другу, вызывающее у них «симпатию». (Т.е., такое положение, при котором домашние вопросы можно решать без мордобоя.)

Впрочем, данная модель, вообще, оказалась выгодной в новых условиях. Поскольку любящий супруг/супруга, помимо улучшения «воспитательной ситуации» позволял  и лучше восстанавливать психику после трудового дня. Collapse )

Секс, труд и город. Часть первая

Сделаю пока небольшой «вбоквел» по отношению к теме «мира дешевого/дорогого труда», и рассмотрю отдельно вопрос о «сексуальном поведении» и связи его с данным вопросом. (К нему уже обращались в прошлом посте , но кратко.) И, прежде всего, укажу, что эта связь реально существует: вопреки привычным представлениям, сексуальная сфера человека определяется не некими гипотетическими «инстинктами», а тем же, чем определяются остальные сферы человеческой жизни. А именно: системой общественного производства. Которая является той самой альфой и омегой, которая дает возможность самого человеческого существования – включая существование физическое. (Просто потому, что без этого производства человек может выжить только в очень узком диапазоне условий.)

Разумеется, очень часто речь идет не о прямой зависимости, а об опосредованной, осуществляемой через другие области жизни. Впрочем, как это не парадоксально прозвучит, но сфера «сексуального поведения» оказывается связанной с общественным производством практически напрямую. Происходит это благодаря тому, что это самое поведение имеет тесную связь с очень важным производственным вопросом – а именно, с производством рабочей силы. В смысле, новых работников. Причем, в связи с тем, что в «мире дешевого труда» срок жизни этого работника невелик – 25 лет средней продолжительности жизни, это, конечно, со включением детской смертностью, но даже вне ее за 40 мало кто «выходил» - то их (работников) требовалось производить много.

То есть, необходимо было массовое деторождение. Однако только этим дело не ограничивалось. Дело в том, что ребенка было мало только родить – его надо еще и вырастить. И хотя до недавнего времени «срок выращивания» состоял не более 10 лет – в более «взрослых» возрастах ребенок уже полноценно работал и обеспечивал себя – но даже «довести» его до этого времени было очень серьезной задачей. Которую одна мать выполнить была неспособна. То есть, требовалась, как минимум, «большая семья». (Как максимум, род.) Которые бы обеспечивали относительно стабильную – пускай и «на минимуме» ресурсов – жизнь человека во время самого уязвимого его состояния. (Т.е., в раннем детстве.)

Собственно, указанные условия и создали ту модель «сексуальности», которая сохранялась у человечества в течение нескольких тысяч лет «цивилизованной жизни». (С некоторыми изменениями, не меняющими, впрочем, сути.) Которая базировалась на наличие т.н. «официального брака», любая сексуальная активность вне которого запрещалась. (Точнее сказать… впрочем, об этом будет чуть ниже.) Причем, этот брак заключался исключительно на основании «имущественных интересов» - причем, не важно, шла ли речь о низах общества или о верхах. (Разница в том, что крестьянин видел в этом возможность получить «рабочие руки» и некоторое приданное, а царь – возможность прирастить свое государство и улучшить внешнеполитические дела.)

Подобная система позволяла, с одной стороны, обеспечивать родившихся детей минимумом благ – у семьи, как минимум, из двух супругов возможностей для этого больше, чем у одной матери. А с другой – давало родителям возможность использовать подрастающее потомство в работе.Collapse )

О единстве бытия, а также – базисе и надстройках…

Итак, в   посте про "МеТоо" было сказано, что пресловутое «движение МеТоо», являющееся дальнейшим развитием идеи «харрасмента» из начала 1990 годов, в реальности выступает следствием ни чего-нибудь, а серьезных проблем, испытываемых мировой экономикой. Точнее – мировой системой промышленного производства, которая стагнирует сейчас практически по всему миру. (За исключением Китая.) Подобная идея может показаться странной, однако на самом деле она является лишь одним из «отображений» того глобального процесса, который представляет из себя существование и развитие человечества. Процесса, заключающегося в том, что разумное существо посредством сознательного изменения мира – труда – превращает окружающую его реальность в нечто, пригодное для его существования.

Именно благодаря этому homo sapiens - существо относительно слабое и малоприспособленное к жизни вне влажных тропических лесов (а точнее, вне границы влажных тропических лесов и саванны) –смог распространить свое влияние практически по всей планете. Заселив практически все -  от жарких пустынь до арктических широт – и увеличив численность с «природной нормы» в несколько тысяч особей до 7,5 млрд. человек. Ну, а самое главное – превратиться из некоего «эволюционного курьеза» (коим были прямоходящие гоминиды) в поистине геологическую силу, способную определять развитие Земли. (Пускай даже в будущем.) Все это стало возможным именно благодаря труду – тому, что и делает человека человеком

Поэтому неудивительно, что любое изменение этой трудовой, производственной основы неизбежно ведет к изменениям во всех остальных областях человеческой жизни. В том числе, и самых неожиданных, вроде сферы «сексуальных отношений». Да, именно так – пресловутый «секс», так же, как и иные формы взаимодействия людей с миром, в реальности является «надстройкой» над базисной системой производительных сил/производственных отношений. И определяется именно этим базисом – а не наоборот, как пытаются доказать бесчисленные адепты «биологической природы человека». Поскольку – вопреки идеям об «основном инстинкте» - все «сексуально обусловленное поведение» вторично относительно самого факта выживания человека, обеспечиваемого, как уже было сказано, тем, что принято именовать «общественным производством». (Поскольку если представителю homo sapiens нечего будет есть и нечем будет спасаться от холода, то вряд ли он даже вспомнит о том, что есть какие-то иные занятия, кроме поиска еды и тепла.)

Разумеется, это не значит, что только данные стремления полностью определяют поведение каждой конкретной личности в каждый конкретный момент времени. Разумеется, нет. Отдельно взятый человек вполне способен поставить на первое  место для себя т.н. «высшие проявления психики» - например, творчество или любовь. (Последняя, кстати, отлична от «секса» в привычном нам представлении.) Но в статистическом плане, в плане рассмотрения поведения «ансамбля» человеческих личностей – общества – именно «ценности выживания» оказываются самыми важными.

* * *

Однако как раз  понимание этого  в современном мире практически отсутствуетCollapse )

Сексуальная контрреволюция. Часть вторая

Итак, «сексуальная революция». На самом деле, данное название не слишком удачное – поскольку оно означается всего лишь один из моментов того великого изменения мира, которое произошло в XX веке. (Почему – будет сказано чуть позже.) Тем не менее, определенный смысл оно все же имеет – особенно если сравнивать с описанными в прошлой части вариантами «неотрадиционного» мира, приходящему ему на смену. Так что оставим данное определение – обозначив «сексуальной революцией» ряд изменений в обществе, приведших к «детабуизации» секса и перевода его из четко зарегулированной области в область того, что Фромм именовал «спонтанным». Последнее и является самым важным в указанной «революции» - и оно гораздо важнее разного рода «внешних» признаков указанного процесса.

Ведь, собственно, наверное не надо объяснять, что секс существовал и до середины XX века. Причем, не только в плане обеспечения деторождения – но и как важный элемент эмоционального существования личности. И гедонистический смысл сексуальной жизни был известен с глубокой древности – так что считать, что вплоть до эпохи хиппи никто не занимался «этим» ради удовольствия было бы глупым. Правда, была тут определенная тонкость, связанная с тем, что удовольствие от данного процесса чаще всего получал один участник. В основном мужчина – так что можно сказать, что в этом плане феминистки, безусловно, правы. Однако правота их сродни правоте остановленных часов, показывающих дважды в сутки верное время – в том смысле, что указанная ведущая роль мужчин в сексе была связана вовсе не с наличием Y-хромосомы и иных признаков их биологического. А с тем, что именно мужчина в течение длительного времени оказывался главным собственником.

Разумеется, разбирать – почему происходило именно так – надо отдельно. (Тут можно сказать только то, что гендерные роли тут вторичны, а первична система общественного производства.) Ну, и разумеется, добавить то, что в тех редких случаях, когда женщина добивалась высокого места в социальной иерархии, она сразу же превращалась в «потребителя» сексуальности. Подобные примеры хорошо известны – достаточно взять ту же Клеопатру. (И, опять-таки, она обратно становилась сексуальным объектом при появлении более серьезного «собственника», вроде Цезаря или Антония.) Так что ничего биологического или еще какого тут нет – все чисто социальное. Ну, социальное в конечном итоге восходит к производственного –однако не будем пока усложнять.

* * *

А вернемся лучше к тому, от чего начали – и отметим, что в указанных условиях (связи сексуальных ролей и собственности) неудивительно было то, что данный вопрос оказывался зарегулированным очень и очень сильно. Впрочем, и в «дособственнический» период сексуальная жизнь оказывалась далеко не спонтанной – она так же четко определялась… производственным календарем. (Собственно, это универсально: к какой бы области человеческой жизни мы не обращались – везде и всегда в конечном итоге выходим на производство.) Поэтому пресловутые «оргиастические праздники» и полевые работы всегда шли рука об руку – что, в определенной мере, ограничивало сексуальную свободу. Однако в «разрешенный период» эта самая свобода была довольно велика – что еще в древности приводила лиц, связанных с классовой производственной системой, в ужас. Или напротив, вызывала скрытую зависть – которая, тем не менее, маскировалась указанным ужасом и презрением.

Понятно, чему было завидовать – у участников древних «оргий» была хоть какая-то возможность выйти за пределы строгой регламентации жизни. Того самого отчуждения, о котором уже было столько сказано. Collapse )