Category: финансы

Category was added automatically. Read all entries about "финансы".

Почему нынешние элиты не способны бороться с кризисами

На самом деле никакой интриги тут нет: в прошлом  посте  уже было сказано – почему? А именно: потому, что нынешние «лучшие люди» с кризисами не просто не могут работать, а, скорее, даже не имеют понимания: что же это такое. Поскольку во время всего своего существования в качестве «лиц, принимающих решение», они не разу не сталкивались с данным явлением. Подобная мысль может показаться странной: ведь и в 1980 годах, и в 1990, и в 2000 кризисы, вроде как, наличествовали. В том смысле, что и «черный понедельник» 1987 года, и знаменитый «азиатский кризис» 1997-98, и «крах доткомов» 2000, и «ипотечный кризис» 2008 совершенно явственно присутствуют в мировой истории. Что – в совокупности с выходом из последних – вроде-как должно свидетельствовать и о том, что кризисы нынешним властителям знакомы. (И о том, что те могут хоть как-то выходить из подобного состояния.)

Но эта мысль неверна. В том смысле, что, во-первых, указанные кризисы называть их «кризисами» можно весьма условно. А, во-вторых, никакого …. осознанного выхода из них не было. Да, именно так: указанные события действительно имели определенные признаки «экономического кризиса» - такие, как падение биржевых индексов и снижение роста ВВП (а порой даже снижение оного) – однако в действительности их влияние на жизнь развитых стран было на порядки более слабым, нежели влияние «классических» экономических кризисов XIX-XX столетия. Когда происходило массовое разорение производителей и целых отраслей производства, наступала массовая безработица и падение уровня жизни населения. Тут ничего этого нет: разумеется, некоторые фирмы и биржевые трейдеры действительно разорялись, но дальше этого процесс не шел.

Разумеется, на «периферии» было несколько пожестче. Скажем, , во время азиатского кризиса 1998 года случился «дефолт» в РФ, при котором рубль «упал» в четыре раза. Но даже тут подобное состояние оказалось временным – уже через два года (в 2000) «разорившийся средний класс» начал вновь «нагуливать жирок». Что же касается властителей, то им, вообще, не пришлось практически ничего делать: разумеется, правительство Примакова-Маслякова ликвидировало наиболее деструктивные элементы «новорусской экономики», сложившейся в 1990 годы. Но ни о какой системной перестройке даже речи не шло: достаточно было чуть ослабить «утилизаторскую удавку», и экономика поперла вверх. Исключительно за счет своих «внутренних резервов»: просто вводились в строй простаивающие до этого мощности.

Я, кстати, хорошо помню это время, когда вдруг оказалась, что работа инженером или слесарем может давать хоть какой-то доход. И можно вести не нищенское существование, как это было ранее, а более-менее «нормальную жизнь». Тогда, «неожиданно» в магазинах появилось множество «отечественных товаров», поперло вверх жилищное строительство и т.д. В общем, открылась очередная надежда на лучшую жизнь, которая стала лейтмотивом «сытых 2000 годов». Разумеется, тут нет смысла подробно разбирать данное событие. Поскольку причин для этой «сытости» было множество – начиная с указанных «примаковско-масляковских действий» и заканчивая общеизвестным ростом цен на нефть.

Но одна вещь в данном случае была более, чем очевидной: в это время никаких существенных изменений сложившейся во время «развитого ельцинизма» элитарной системы не произошло.Collapse )

Итоги года. Лузеры и винеры среди государств 1

Итак, от отдельных политических деятелей – кои рассматривались в прошлом посте – переходим к государствам. И посмотрим, кого в данном случае можно считать выигравшим, а кого проигравшим.

Впрочем, в данном случае вопросов с «винером» нет: это, конечно же, Китай. Страна, которая и до этого года демонстрировала неплохие успехи – и, по существу, может рассматриваться, как победитель, как минимум, последних десяти лет. Тем не менее, тут сразу же надо сказать, что на начало 2020 это самое «винерство» выглядело не столь однозначно. Во-первых, потому, что уже несколько последних лет главное основание «китайского успеха» - экономический рост – неуклонно снижался. (С 12% экономического роста в 2010 году она упала до 6% экономического роста в 2019.) А, во-вторых, поскольку этот рост, в значительной мере, опирался на рост государственного и частного долга страны. Причем, если госдолг тут достаточно низкий – порядка 10% ВВП (скажем, в США он превысил 116% ВВП) – то долг частный на порядок больше.

Именно поэтому в конце прошлого – начале нынешнего года многие аналитики вели разговоры о том, что Китай может утерять свои ведущие экономические позиции. И даже погрузиться в кризис с развалом, массовой нищетой и т.п. вещами – вплоть до развала. Разумеется, это наиболее «радикальные» прогнозы, однако и без них положение КНР выглядело – по мнению «лучших умов» Запада – не слишком хорошо, особенно на фоне продолжающейся «торговой войны» с США. Которая привела не только к подписанию пресловутой «сделки», но и к тому, что значительная часть экспорта данной страны оказалась под санкциями. Например, это коснулось корпорации Huawei, которая была избрана Штатами для «показательной порки». Причем, не только смартфонов, но и коммуникационного оборудования, включая знаменитые «сотовые сети стандарта 5G».

* * *

По последнему поводу, впрочем, надо писать отдельно. В том смысле, что этот запрет может быть обозначен, как реакция Запада на утрату своего технологического лидерства. (До указанного момента все технические новинки приходили или из Европы, или из США – но никак не из азиатской страны) Пока же только можно отметить, что в целом план «показательной борьбы» с Китаем провалился. В том смысле, что падение продаж Huawei было компенсировано ростом продаж иных китайских фирм – китайские производители Xiaomi и OPPO, которые «приняли» на себя вытеснение Huawei. (И сумели, например, выдавить американский Apple из тройки лидеров по продаже смартфонов.) Впрочем, это уже будут частности. Поэтому тут можно только еще раз указать, что в целом для Китая американские «санкционные меры» оказались не такими чувствительными, как это планировали американцы.

Так же, как и политические меры подобного рода – например, стимуляция антикитайских настроений в Гонконге. Напомню, что еще в 2019 году были люди, которые считали, что там станет возможным провести очередной акт пресловутой «Оранжевой революции». Однако в действительности уже 2019 год показал, что «оранжад» возможен только при очень специфических условиях. А в 2020 эта тема, вообще, ушла с политической арены, смененная «мегатемой» пресловутого COVID-19.

Впрочем, если говорить о «ковиде», то он так же в начале года виделся, как причина, способная ввергнуть Китай в небытиеCollapse )

Что бы ждало Россию без Революции?

Пока писал предыдущий пост, рассматривал материалы об Индии. И нашел много чего забавного. Например, вот: "Жители индийской деревни приговорили двух девушек к изнасилованию." Если кратко, то там про то, что в индийском штате Уттар-Прадеш жители деревни приговорили 23-летнюю Минакши Кумари (Meenakshi Kumari) и ее 15-летнюю сестру к изнасилованию за то, что их брат сбежал с замужней женщиной. Еще раз: сами женщины тут совершенно не причем, это их брат решил совершить "возмутительный поступок". Нет, он никого не убил, и даже не избил, не украл денег, не присвоил чужого имущества, и даже не танцевал в храме. Он просто взял, и влюбился в женщину, находящуюся замужем и уехал с ней.

И за это с его сестрами решили совершить публичный акт насилия. Поскольку это - с т.з. обитателей данной деревни - позволяет восстановить "порушившуюся гармонию мира". Правда, сделать это не удалось, поскольку те успели сбежать. Но скольким этого не удалось? Кроме того, надо учитывать, что эти женщины оказались просто нищими, лишенными полностью имущества, с единственной перспективой в виде тяжелой и грязной работы. (Впрочем, останься они на месте - и перспективы эти были бы теми же самыми.) Ну, а самое главное: подобные сообщения из "Страны чудес" не являются сколь-либо уникальными. Скорее наоборот - подобные вещи давно уже никого не удивляют. Ну, разве что, сторонники "рассовой чистоты" могут повозмущаться "этим дикарям". (Последнее, кстати, забавно, поскольку индийцы не только не дикари, но и самые "эталонные" представители пресловутой "арийской расы".)

Так вот: почему это важно. А потому, что современная Индия, по существу, реализует тот самый путь, который был выбран российским руководством конца XIX века. А именно: "соединение народных традиций и мощного государства". (Иначе говоря, "православие, самодержавие и народность".) Причем, путь этот реализуется вполне удачно - в том смысле, что индийская экономика растет вместе с индийским населением, создана мощная армия и флот (еще раз, авианосцы строятся), имеется достаточно развитая наука и современные отрасли производства. Правда, исключительно в крупных городах - так это и в Российской Империи было то же самое. В том смысле, что Санкт-Петербург, Москва, Варшава, Гельсингфорс (Хельсинки) "образца 1914 года" - это развитые города, не уступающие, а порой и превосходящие города европейские.

Так и Дели или Мумбаи (Бомбей) - это мегаполисы, не уступающие Нью-Йорку или ЛондонуCollapse )

Что стоит за современным "антизападничеством". Часть вторая

Итак, как было сказано в предыдущем посте , современное «антизападничество», делающее акцент на «разрушение традиций в современной «Гейропе», в значительной мере служит для отвлечения людей от реальных их проблем. Кстати, отмечу, что зачастую это делается вовсе не из-за какой-то корысти, а просто из-за стремления хоть как-то переключиться от «тяжести» текущего бытия. Поскольку, обеспечить себя, например, гарантированной медициной, средний гражданин не может никак. А вот побороться с «засилием геев», напротив, имеет все возможности. (Даже если ближайший представитель «сексуальных меньшинств» находится на расстоянии нескольких десятков километров.)

Впрочем, сейчас все это выглядит уже прошлым. В том смысле, что «борьба с Гейропой» - с ее сексменьшинствами, феминизмом и мигрантами – постепенно сходит с первого плана «правого антизападничества». Поскольку для него появилась новая «мишень», которая именуется «неправильная экономика». А точнее – что очень важно – «неправильная капиталистическая экономика», неправильность которой, разумеется, связана с наличием неких «социалистических элементов». Эта самая особенность Запада начала активно форсится где-то с год-два назад: еще в 2015-17 годах основной упор в «антиевропейском дискурсе» делался на «разрушение традиционной семьи» и «заполненность мигрантами» с небольшой примесью «русофобии». А в 2018 – началось обвинение в «неправильном капитализме».

* * *

Разумеется, понятно с чем это было связано: как раз в 2018 году в РФ произошел очередной рывок в плане продвижения к тому, что сейчас принято называть «неолиберальной моделью» экономики. (Фактически же – к возврату «классического капитализма». С его жестким делением на немногочисленную богатую «верхушку» и огромную нищую «массу».) А именно: был повышен пенсионный возраст. Разумеется, тут сразу же можно сказать, что этот пенсионный возраст был повышен не только у нас: за последние десять лет подобный процесс захватил практически все страны – от Германии до США. (Причем, практически везде – под бравурные завывания о «росте продолжительности жизни».) Тем не менее, для России подобный процесс оказывается наиболее болезненным, поскольку новый «порог» выхода на пенсию после данного действа вплотную приблизился к «порогу» средней продолжительности жизни. И поэтому обосновать данное повышение чем-либо оказалось очень трудно. (Разумеется, это не значит, что попытки обоснования «для народа» не делались – но выглядели они очевидно жалко.)

Особенно на фоне того, что одним из оснований нынешнего политического режима выступает убежденность населения в том, что этот самый режим основывается на «социально-экономическом партнерстве» народа и власти. (Для чего постоянно подчеркивается его «разница» с теми же 1990 годами.) Поэтому – для «спасения» данной модели – именно с 2018 года началось активное «насаждение» концепции о том, что «надо жить по средствам». Разумеется, эта самая – кстати, в чистейшем виде, неолиберальная – модель использовалась и раньше: например, постоянно подчеркивалось, что у РФ чуть ли не самый низкий государственный внешний долг в мире. Причем, это неплохо «работало»: «дефолт» 1998 в свое время так напугал россиян, что они долгое время само понятие «государственные долговые обязательства» воспринимали, как личную опасность. А проводимую руководством РФ политику этих самых «долговых обязательств» сокращения – как наиболее разумную в текущих условиях.

Тем не менее, время шло – и кошмар «трехкратного падения рубля» постепенно стал забыватьсяCollapse )

Китайский год

Кстати, удивительно: но если для кого 2020 год и может быть назван удачным, так это для Китая. Разумеется, понятие "удача" тут довольно условна. Поскольку Китай, в принципе, не мог не упасть. И потому, что он первым столкнулся с пресловутым коронавирусом - причем, еще тогда, когда о нем было ничего неизвестно. И потому, что мировое падение экономики не могло ее не затронуть в связи с высоким уровнем интеграции КНР с последней.

Однако прохождение КНР подобных вызовов произошло поразительно легко. Точнее сказать, поразительно легко на фоне тех фейлов, которые буквальным образом покрыли весь остальной (почти) мир. Поскольку столкнувшись с неизвестной для себя (и для всех остальных) вирусной угрозой - китайцы сумело успешно локализовать ее в одном, фактически, городе - Ухани. После чего смогли с минимальными потерями подавить ее: на весь полуторамиллиардный Китай пришлось всего 90244 случаев заражения. (И 4736 погибших.) И это при том, что - в связи с неизвестностью угрозы - реально никто ему помочь не мог.

Что же касается экономических потерь,то по - сравнению с тем, что перенесли другие страны - они выглядят довольно щадящими. Ну да: в абсолютных величинах сумма огромная, но в относительных... Судите сами: коронавирус принес КНР 6,8%% экономического падения в первом квартале 2020 года. (Много, порядка 6,5 трлн. долларов.) Однако уже во втором квартале в данной стране началось восстановление с ростом порядка 3,2%, в результате чего общее падение в первом полугодии составило всего 1,6%.

Для сравнения - у тех же Соединенных Штатов в первом полугодии падение составило 5% - и это при том, что у них наличествовал такой действенный инструмент стимуляции экономики, как "печатный станок". Впрочем, и это не предел, поскольку за второй квартал экономика Штатов обвалилась на немыслимые 31,2%. (Если ориентироваться на развитие эпидемии, то сравнивать надо "китайский 1 квартал" именно с "американским 2 кварталом".) Поэтому указанное выше падение экономики КНР - при учете того, что значительная часть ее была изначально ориентирована на экспорт в те же Штаты, а так же в другие, сотрясаемые кризисом, западные государства - может считаться очевидным успехом.

Впрочем, самое интересное тут даже не это. А то, что еще в прошлом году - еще до всякого коронавируса - положение Китая казалось довольно сложным.Collapse )

Главная проблема современной России - или еще о "сырьевой империи"

На самом деле главная проблема современной России состоит в том, что единственно адекватной для нее формой существования является пресловутая "сырьевая империя". Ну да, та самая, которую в свое время (в 2003 году) придумал Чубайс, однако которая на самом деле стала складываться задолго до этой самой придумки. (Так что считать "главваучера" каким-то ее автором или вдохновителем было бы огромной глупостью. Он только артикулировал то, что уже было создано.)

Суть этой самой "сырьевой империи" состоит в том, что страна - а точнее, крупные собственники, являющиеся главными бенефициариями текущего государственного устройства - продают за рубеж сырье. (Т.е., нефть, газ, возможно алюминий и другие продукты первичного передела.) Ну, и за счет этого получают прибыль - которая оказывается так велика, что часть ее вполне можно отдавать на функционирование указанного государства. Причем, государства, имеющего вполне "имперский" масштаб - т.е., включающего в себя огромный аппарат, мощную армию и т.д.

Все же остальные могут или кормиться за счет данного государства - как пенсионеры, военные, полицейские или "бюджетники". (Не даром это государство "имперское", т.е., большое.) Или же обеспечивать существование указанных выше крупных собственников-сырьевиков, скажем, выполняя некоторые нужные им работы, вроде строительства газо-нефтепроводов и т.д. Ну, или не самих собственников, а подчиненного им персонала, который нуждается в жилье или питании.

Впрочем, это касается только тех элементов обеспечения существования, кои невозможно купить за рубежом за проданное сырье: скажем, торговых центров и ресторанов, разного рода развлекательной инфраструктуры, ну и т.д., и т.п. Если же с закупками проблем нет, то лучше покупать "вовне", т.к. это гораздо дешевле и выгоднее со всех точек зрения. (Имеются в виду т.з. собственников, "их персонала" и аффилированного с ними государства.) Поэтому в те же 2000 годы руководители РФ не стеснялись заявлять, что им не надо собственного авиастроения, собственной оборонной промышленности и т.д.

На самом деле, кстати, это не сказать, чтобы самая худшая из возможных ситуаций. Скорее наоборот: сам факт занятия хоть чего-то на сверхзатоваренных рынках 2000 годов, есть однозначная удача. Поскольку альтернативой этому выступает условное failed state. Более того: при определенных условиях данная схема довольно устойчива и, вообще, выглядит неплохо. Поэтому по ней живут не только пресловутые "арабские монархии Ближнего Востока" (причем, живут так, что им все вокруг завидуют), но и такая "развитая страна", как Норвегия.

Другое дело, что получить арабский или норвежский уровень жизни для россиян не получается - по той простой причине, что последних много больше, а природные условия России много хуже. (Пресловутая коррупция в данном случае выступает фактором второго порядка.) Но, все же, по сравнению с иной ситуацией - например, с тем, что было в РФ в 1990 годы, или с иными государствами бывшего СССР, не получившими доступ к международным рынкам - даже "РФ образца 2000 годов" выглядела довольно сносно.

Но именно выглядела. Поскольку указанная модель имела одну, но очень важную, проблему.Collapse )

Почему надо изучать СССР. Крестьянский вопрос. Часть первая

На самом деле при внимательном изучении советской истории – а главное, при соотнесении ее с экономическими, социальными и даже техническими реалиями – становится понятным, что в ней не только не было ничего инфернального. В смысле, направленного на увеличение страданий людей, на разрушение их бытия. Но и осуществлялась немыслимая до того «деинфернализация» наличествующей реальности. То есть – поиск и разрешения фундаментальных и застарелых проблем, которые буквально пронизывали «старое российское общество», приводя к превращению жизни огромного числа людей в настоящий Ад, причем, усиливающийся год от года.
Например, таким Адом было пресловутое «аграрное перенаселение», в котором Россия оказалась с последней четверти XIX столетия. Состояло оно в том, что количество земли, используемой средним крестьянским хозяйством – напомню, что в рамках последних существовало более 80% населения страны – было недостаточным для полноценной жизни населения. А технологии обработки земли оставались все теми же архаичными – что вело, в свою очередь, к ухудшению жизни миллионов крестьян.

Самое же неприятное в подобном положении было то, что всем этим людям невозможно было даже взять – и покинуть свой земельный клочок, поскольку потребности в их труде просто не было. Иначе говоря, город не ждал их, не имел потребности в их труде. (Скажем, в качестве наемных рабочих.) Более того: город, как таковой, в данной ситуации мог существовать, только за счет жизни этих самых несчастных, буквальным образом «питаясь» их страданиями. (В том смысле, что изымая не только прибавочный, но часто – и необходимый продукт из крестьянских хозяйств.)

Наверное, не надо говорить, что подобное положение действительно может быть описано, как Инферно. Самое классическое, которое подразумевает: «desine sperare qui hic intras». То есть, попадание в классическую ловушку, выбраться из которой возможно только путем полного уничтожения системы. (Сиречь смерти – причем, не только в смысле смерти социума.) Кстати, самым ярким примером данной инфернальности выступает попытка Российской Империи все же разрешить данную проблему путем того же переселения крестьян из европейской части страны на Восток, предпринятая Столыпиным. Надо ли тут говорить, что этот эксперимент провалился – в том смысле, что снизить демографическое давление не удалось. Хотя всего переселенцев оказалось более 3 млн., но по сравнению с сотней миллионов обитателей европейских губерний это было каплей в море.

* * *

Основная проблема тут была, конечно, в том, что у крестьян не было средств на обустройство на новых местах. И одновременно – средств не было у государства, которое основным способом получения денег имело… как раз изъятие его у населения. Кстати, изымались они через массу косвенных налогов, что так же имело существенный недостаток, т.к. основная крестьянская масса очень плохо участвовала в товарообмене. На этом фоне неудивительно, что получение ссуд – т.е., главное стимулирующее действо для обеспечения переселения – было нерегулярным, крайне забюрократизированным и сложно получаемыми. Впрочем, что тут говорить про переселение, если даже выделение из общины – так же реализуемое в ходе т.н. «Столыпинской реформы» - было крайне проблемным хотя бы из-за необходимости оплаты межевания земли. Поэтому к 1916 году из общины вышло всего 10% хозяйств – цифра совершенно недостаточная для превращения их в какой-то действенный экономический фактор.

Впрочем, даже если вышло бы 90% - что, конечно, в реальности не было, но можно, хотя бы представить подобное – то даже подобное изменение вряд ли значило что-то хорошее. Поскольку данное действо не было способным изменить агротехнику на менее архаичную. Дело в том, что добавочный продукт в российском индивидуальном сельском хозяйстве был крайне низок. Настолько низок, что его не хватало на приобретение современной техники и технологии, а так же на развитую агрономию. На этом фоне даже снижение государственного давления в виде уничтожения всех поборов и платежей – кои, как уже говорилось, часто приводили к изъятию даже части необходимого продукта – не помогло бы. Как показал пример НЭПа – когда на крестьянах «оставили» только щадящий продналог – даже этот фактор не позволяет им интенсифицировать производство.

Ну, а нет прибавочного продукта – нет и развития городской промышленности.Collapse )

Про локальную эффективность 2

Итак, как было сказано в прошлом посте , локальная экономическая эффективность очень часто не приводит к экономической эффективности в общем плане. Скорее наоборот – она, в большинстве случаев, ведет к ухудшению общего положения, к стягиванию на себя большинства доступных ресурсов при возрастании их недоступности для остальных. Ну, в самом деле, разве имеет смысл вкладывать средства в ту же инфраструктуру или промышленное производство, если существуют пресловутые «стартапы», которые начинают стоит миллиарды через несколько месяцев после своего появления? При том, что реально затраты на создание указанных «стартапов» оказываются где-то около нуля. Ну, скажем, тот же Uber, по существу, представляет собой несколько серверов в дата-центрах, а стоит более 100 млрд. долларов. (Ну ладно, сейчас он несколько подешевел, но сути это не меняет.)

Понятно, что в подобном случае – а Uber в действительности лишь из множества «умных компаний» - рассчитывать на инвестиции в классическое производство было бы глупым. Ну, разве что в случае, если это производство «пристегнуто» где-то сзади модного стартапа – как в той же «Тесла». В любом случае все эти миллиарды – а в совокупности и триллионы «экономического роста» - поразительным образом оборачиваются для большей части населения жирным кукишем. А так же постоянным повышением цен на недвижимость – в той же Калифорнии она давно уже недоступна для обычных людей именно из-за «стартаперов» - повышении нагрузки на инфраструктуру, подорожание продуктов питания и т.д. То есть, данный подъем приносит для большинстват даже не нулевое, а отрицательное «улучшение жизни». (То есть, ее ухудшение.)

Подобное положение заставляет задуматься о соответствии реальности господствующих сейчас догм, согласно которым успех общества складывается из локальных успехов его составляющих. А так же о том, действительно ли для людей – по крайней мере, большей их части – выгодно формирование некоего «бизнес-фронтира», некоего слоя передовых предпринимателей, способных задавать «восходящие тренды» в экономике. Поскольку – как показывает сегодняшняя практика – эти понятия («стартаперы» и «восходящие тренды) являются далеко не тождественными «улучшению жизни». Кстати, тут даже на «Силиконовую долину» можно отсылок не делать. (Сразу скажу, что я знаю, что она на самом деле «Кремниевая». Но «Силиконовая» звучит лучше в данном контексте – с отсылкой к пресловутой «силиконовой груди» и прочим имитациям реальности.) Поскольку подобная ситуация прекрасно наблюдается и в «Богоспасаемой», где в роли Калифорнии находится Москва. Точнее сказать, «московская успешная жизнь», высасывающая все человеческие и финансовые ресурсы со всей остальной России.

* * *

То есть, локальный подъем – т.е., подъем в каком-то локальном месте ( скажем, в некоей отдельной отрасли или на отдельном предприятии) – гарантированно приводит только к одному: росту затрат всех остальных. Положительные же эффекты тут получаются "опционально". (Чаще всего, не получаются вообще.) Разумеется, в подобном случае возникает вопрос: а как же тогда происходило общественное развитие раньше? В том смысле, что если общепринятая модель – состоящая в том, что экономический или, скажем, научно-технический подъем – возникает в отдельных отраслях или, даже, отдельных фирмах, и затем распространяется на весь остальной социум, неверна, то как же в действительности это происходит? Данная проблема выглядит действительно сложной, поскольку совершенно очевидно, что сразу «по всем фронтам» прорыва быть не может.

Тем не менее, ответ на нее, в общем-то, прост. И состоит он в том, что в действительности ситуация, при которой экономический подъем (сам по себе) оказывается благом для подавляющего числа обитателей того или иного социума, является довольно "молодой".Collapse )

Про локальную эффективность и ее глобальные последствия

Наверное, все помнят, как в период перестройки было принято ругать советскую экономику за «неэффективность». Дескать, по сравнению с Западом тут принято тратить больше ресурсов и использовать больше людей при получении некоей единицы товара. Разумеется, причину этой «неэффективности» видели в плановой экономике в частности, и в социализме вообще. Поэтому считалось, что стоит сменить такой «неэффективный» строй на рыночную экономику – и уровень производства в стране вырастит то ли в разы, то ли на порядки.

Самое забавное тут, разумеется, то, что указанное улучшение должно было – по мнению некоторых обитателей СССР образца 1988-1990 года – наступить чуть ли не сразу после введения свободного рынка. (При тех же самых станках и работниках, что и раньше.) Впрочем, были и менее «радикальные» мыслители. Которые рассчитывали «получить профит» через некоторое время – за которое новоявленные частные владельцы предприятий должны были обязательно превратить убогие совковые заводы в современные японские предприятия. (Япония тогда выглядела образцом промышленной культуры, практически недосягаемой для нашей страны.)

Конечно же, тут не надо говорить о том, насколько наивными были указанные представления, и насколько кардинально они отличались от того, что же на самом деле произошло после рыночных реформ. В том смысле, что последние буквальным образом уничтожили большую часть постсоветской промышленности, превратив заводы в груды металлолома, а высококвалифицированных работников – в лучшем случае, в «челноков». (В худшем же они просто спивались дешевой водкой, а то и выступали жертвами бесчисленных межнациональных конфликтов.) И единственным исключением в данном случае стали те предприятия, которые оказались… в минимальной степени вовлечены в рыночные отношения. Скажем, та же «оборонка», которая до определенного времени существовала в тесной связи с государством. (Кстати, удачнее всего катастрофу 1990 годов совершил Росатом – изначально Министерство по атомной энергии РФ – которое, по известным причинам, оказалось наименее «рыночным» в то время.)

* * *

То есть, вместо улучшения произошло разрушение. Значит ли это, что указанная модель была ошибочной? В первом приближении, конечно же, да! Однако, при этом всем, в определенном смысле она несла в себе верную идею, состоящую в том, что действительно, рынок отбирает «наиболее эффективных». Однако эффективных именно в плане рынка, а не в плане получения благ населением страны – или в плане недопущения страданий этим самым населением. Поэтому тот факт, что вместо передовых производств РФ покрылась ларьками с паленым алкоголем, означает только то, что торговать техническим спиртом, смешанным с водой, оказывалось гораздо «рыночно эффективнее», нежели производить космические корабли. или, хотя бы, телевизоры. Правда, людям, населяющим страну, от этой «эффективности» оказывалось с каждом годом все хуже и хуже – но смысла это не меняет.

Не меняет этого и тот факт, что – в определенной степени – «выигрывшими» могут оказаться и вполне «респектабельные» предприятия. Начиная с производителей программного обеспечения, и заканчивая крупными сельхозхолдингами. Поскольку – несмотря на то, что они выглядят гораздо более конструктивными, нежели пресловутые продавцы «паленого» алкоголя – смысл их существования для общества оказывается примерно тем же самымCollapse )

Коронавирус, bigdata и власть...

Итак, как было сказано в прошлом посте , реальная эпидемия коронавируса развивается совершенно иным образом, нежели предполагалось в изначально созданных моделях. На самом деле в данном случае нет ничего страшного: как уже говорилось, данные модели создавались при практически полном незнании «параметров» указанного заболевания. Тогда даже не было представления о том, как данный вирус распространяется – то ли воздушным, то ли капельным путем – сколько он живет на поверхностях и т.д. Поэтому неудивительно, что данное заболевание предполагали гораздо более «универсальным» и патогенным, нежели сейчас. Ну, а самое главное – старались в расчетах вообще не использовать данные о вирусе, предпочитая реальному моделированию экстраполяцию имеющихся данных.

Т.е., проще говоря, пытались найти тенденцию в имеющихся случаях заражений – и на этом основании выстраивать «функцию» распространения болезни. (Получались те или иные варианты «экспоненты», но это не суть важно.) То есть, по существу, пытались использовать столь любимые сейчас методы big data, «больших данных» - которым в настоящее время придается буквально магическое значение. Напомню, что «бигдата» сейчас выступает в качестве некой магической палочки, при помощи которой возможно получить модель любой, сколь либо сложной, системы. Разумеется, прежде всего, данный метод получил популярность в отношении общества и возможности управления им. В том смысле, что современные властители считают необходимым сбор любой информации о подчиненных им гражданах, поскольку именно там они надеются найти ключ к «абсолютному подчинению» их своей воле.

* * *

Кстати, забавно – но в этом смысле «бигдата» сменила, по сути, пресловутое НЛП. («Нейролингвистическое программирование».) Которое еще лет двадцать назад виделось тем же самым «золотым ключом», открывающим путь к полному контролю государства над подданными или корпораций над покупателями. Обычно подобное применение именовалось «политтехнологиями» (в бизнесе «маркетинговой компание»), обеспечивая хлеб с маслом (а часто и черной икрой) несметному множеству политтехнологов и рекламщиков. Кои осаждали всех, более-менее влиятельных, лиц и организации с предложениями обеспечить тому «абсолютную власть». (Гарантированную победу на выборах, 100% продаж в бизнесе и т.д.)

Однако в последнее время это самое «всемогущество политтехнологов» несколько померкло – особенно когда стало понятным, что реальная победа на тех же выборах обеспечивается совокупностью админресурса и правильного подсчета голосов. (Собственно, это было верно и раньше – но казалось, что «волшебные технологии» из «умных западных книг» так же чего-то значат.) И поэтому сейчас этих самых «политтехнологов» с побитыми молью переводными учебниками для рекламных агентов, сменили специалисты по «бигдате». Которые так же предлагают несбыточную мечту для любого, наделенного властью, человека – а именно, уверенность в том, что он все может предсказать в своей жизни, и все выстроить по собственному желанию.

Ради этого создаются огромные системы сбора данных, выстраиваются специальные дата-центры, разрабатываются федеральные программы, в рамках которых – по мнению их авторов – будут выискиваться скрытые тренды и направления поведения людей. (По сути же – идет работа в рамках той же самой парадигмы, что и у «энэлэперов», согласно которых «посвященный» всегда сможет манипулировать «профанами».) Причем, данная стратегия выглядит настолько очевидной, что, по существу, ее принимают и сторонники, и противники существующих властей. Другое дело, что последние видят в происходящем не добро, а зло – сиречь, пресловутый «электронный концлагерь». В котором низведенные до роли послушных биороботов граждане будут выполнять все указания «вышестоящих». (Удивительно: но то, что в свое время это делалось безо всякой «бигдаты» или «политтехнологий» - посредством банального крепостного права или иных способов порабощения – от этих «антибигдатчиков» как-то ускользает.)

* * *

Тем не менее, указанная выше проблема с моделирование коронавируса – которые в моделях оказался на несколько порядков более страшным, нежели в реальности – прекрасно показывает: в чем же состоит реальная проблема данной технологииCollapse )