Category: экономика

Category was added automatically. Read all entries about "экономика".

Китайский год

Кстати, удивительно: но если для кого 2020 год и может быть назван удачным, так это для Китая. Разумеется, понятие "удача" тут довольно условна. Поскольку Китай, в принципе, не мог не упасть. И потому, что он первым столкнулся с пресловутым коронавирусом - причем, еще тогда, когда о нем было ничего неизвестно. И потому, что мировое падение экономики не могло ее не затронуть в связи с высоким уровнем интеграции КНР с последней.

Однако прохождение КНР подобных вызовов произошло поразительно легко. Точнее сказать, поразительно легко на фоне тех фейлов, которые буквальным образом покрыли весь остальной (почти) мир. Поскольку столкнувшись с неизвестной для себя (и для всех остальных) вирусной угрозой - китайцы сумело успешно локализовать ее в одном, фактически, городе - Ухани. После чего смогли с минимальными потерями подавить ее: на весь полуторамиллиардный Китай пришлось всего 90244 случаев заражения. (И 4736 погибших.) И это при том, что - в связи с неизвестностью угрозы - реально никто ему помочь не мог.

Что же касается экономических потерь,то по - сравнению с тем, что перенесли другие страны - они выглядят довольно щадящими. Ну да: в абсолютных величинах сумма огромная, но в относительных... Судите сами: коронавирус принес КНР 6,8%% экономического падения в первом квартале 2020 года. (Много, порядка 6,5 трлн. долларов.) Однако уже во втором квартале в данной стране началось восстановление с ростом порядка 3,2%, в результате чего общее падение в первом полугодии составило всего 1,6%.

Для сравнения - у тех же Соединенных Штатов в первом полугодии падение составило 5% - и это при том, что у них наличествовал такой действенный инструмент стимуляции экономики, как "печатный станок". Впрочем, и это не предел, поскольку за второй квартал экономика Штатов обвалилась на немыслимые 31,2%. (Если ориентироваться на развитие эпидемии, то сравнивать надо "китайский 1 квартал" именно с "американским 2 кварталом".) Поэтому указанное выше падение экономики КНР - при учете того, что значительная часть ее была изначально ориентирована на экспорт в те же Штаты, а так же в другие, сотрясаемые кризисом, западные государства - может считаться очевидным успехом.

Впрочем, самое интересное тут даже не это. А то, что еще в прошлом году - еще до всякого коронавируса - положение Китая казалось довольно сложным.Collapse )

Главная проблема современной России - или еще о "сырьевой империи"

На самом деле главная проблема современной России состоит в том, что единственно адекватной для нее формой существования является пресловутая "сырьевая империя". Ну да, та самая, которую в свое время (в 2003 году) придумал Чубайс, однако которая на самом деле стала складываться задолго до этой самой придумки. (Так что считать "главваучера" каким-то ее автором или вдохновителем было бы огромной глупостью. Он только артикулировал то, что уже было создано.)

Суть этой самой "сырьевой империи" состоит в том, что страна - а точнее, крупные собственники, являющиеся главными бенефициариями текущего государственного устройства - продают за рубеж сырье. (Т.е., нефть, газ, возможно алюминий и другие продукты первичного передела.) Ну, и за счет этого получают прибыль - которая оказывается так велика, что часть ее вполне можно отдавать на функционирование указанного государства. Причем, государства, имеющего вполне "имперский" масштаб - т.е., включающего в себя огромный аппарат, мощную армию и т.д.

Все же остальные могут или кормиться за счет данного государства - как пенсионеры, военные, полицейские или "бюджетники". (Не даром это государство "имперское", т.е., большое.) Или же обеспечивать существование указанных выше крупных собственников-сырьевиков, скажем, выполняя некоторые нужные им работы, вроде строительства газо-нефтепроводов и т.д. Ну, или не самих собственников, а подчиненного им персонала, который нуждается в жилье или питании.

Впрочем, это касается только тех элементов обеспечения существования, кои невозможно купить за рубежом за проданное сырье: скажем, торговых центров и ресторанов, разного рода развлекательной инфраструктуры, ну и т.д., и т.п. Если же с закупками проблем нет, то лучше покупать "вовне", т.к. это гораздо дешевле и выгоднее со всех точек зрения. (Имеются в виду т.з. собственников, "их персонала" и аффилированного с ними государства.) Поэтому в те же 2000 годы руководители РФ не стеснялись заявлять, что им не надо собственного авиастроения, собственной оборонной промышленности и т.д.

На самом деле, кстати, это не сказать, чтобы самая худшая из возможных ситуаций. Скорее наоборот: сам факт занятия хоть чего-то на сверхзатоваренных рынках 2000 годов, есть однозначная удача. Поскольку альтернативой этому выступает условное failed state. Более того: при определенных условиях данная схема довольно устойчива и, вообще, выглядит неплохо. Поэтому по ней живут не только пресловутые "арабские монархии Ближнего Востока" (причем, живут так, что им все вокруг завидуют), но и такая "развитая страна", как Норвегия.

Другое дело, что получить арабский или норвежский уровень жизни для россиян не получается - по той простой причине, что последних много больше, а природные условия России много хуже. (Пресловутая коррупция в данном случае выступает фактором второго порядка.) Но, все же, по сравнению с иной ситуацией - например, с тем, что было в РФ в 1990 годы, или с иными государствами бывшего СССР, не получившими доступ к международным рынкам - даже "РФ образца 2000 годов" выглядела довольно сносно.

Но именно выглядела. Поскольку указанная модель имела одну, но очень важную, проблему.Collapse )

Почему надо изучать СССР. Крестьянский вопрос. Часть первая

На самом деле при внимательном изучении советской истории – а главное, при соотнесении ее с экономическими, социальными и даже техническими реалиями – становится понятным, что в ней не только не было ничего инфернального. В смысле, направленного на увеличение страданий людей, на разрушение их бытия. Но и осуществлялась немыслимая до того «деинфернализация» наличествующей реальности. То есть – поиск и разрешения фундаментальных и застарелых проблем, которые буквально пронизывали «старое российское общество», приводя к превращению жизни огромного числа людей в настоящий Ад, причем, усиливающийся год от года.
Например, таким Адом было пресловутое «аграрное перенаселение», в котором Россия оказалась с последней четверти XIX столетия. Состояло оно в том, что количество земли, используемой средним крестьянским хозяйством – напомню, что в рамках последних существовало более 80% населения страны – было недостаточным для полноценной жизни населения. А технологии обработки земли оставались все теми же архаичными – что вело, в свою очередь, к ухудшению жизни миллионов крестьян.

Самое же неприятное в подобном положении было то, что всем этим людям невозможно было даже взять – и покинуть свой земельный клочок, поскольку потребности в их труде просто не было. Иначе говоря, город не ждал их, не имел потребности в их труде. (Скажем, в качестве наемных рабочих.) Более того: город, как таковой, в данной ситуации мог существовать, только за счет жизни этих самых несчастных, буквальным образом «питаясь» их страданиями. (В том смысле, что изымая не только прибавочный, но часто – и необходимый продукт из крестьянских хозяйств.)

Наверное, не надо говорить, что подобное положение действительно может быть описано, как Инферно. Самое классическое, которое подразумевает: «desine sperare qui hic intras». То есть, попадание в классическую ловушку, выбраться из которой возможно только путем полного уничтожения системы. (Сиречь смерти – причем, не только в смысле смерти социума.) Кстати, самым ярким примером данной инфернальности выступает попытка Российской Империи все же разрешить данную проблему путем того же переселения крестьян из европейской части страны на Восток, предпринятая Столыпиным. Надо ли тут говорить, что этот эксперимент провалился – в том смысле, что снизить демографическое давление не удалось. Хотя всего переселенцев оказалось более 3 млн., но по сравнению с сотней миллионов обитателей европейских губерний это было каплей в море.

* * *

Основная проблема тут была, конечно, в том, что у крестьян не было средств на обустройство на новых местах. И одновременно – средств не было у государства, которое основным способом получения денег имело… как раз изъятие его у населения. Кстати, изымались они через массу косвенных налогов, что так же имело существенный недостаток, т.к. основная крестьянская масса очень плохо участвовала в товарообмене. На этом фоне неудивительно, что получение ссуд – т.е., главное стимулирующее действо для обеспечения переселения – было нерегулярным, крайне забюрократизированным и сложно получаемыми. Впрочем, что тут говорить про переселение, если даже выделение из общины – так же реализуемое в ходе т.н. «Столыпинской реформы» - было крайне проблемным хотя бы из-за необходимости оплаты межевания земли. Поэтому к 1916 году из общины вышло всего 10% хозяйств – цифра совершенно недостаточная для превращения их в какой-то действенный экономический фактор.

Впрочем, даже если вышло бы 90% - что, конечно, в реальности не было, но можно, хотя бы представить подобное – то даже подобное изменение вряд ли значило что-то хорошее. Поскольку данное действо не было способным изменить агротехнику на менее архаичную. Дело в том, что добавочный продукт в российском индивидуальном сельском хозяйстве был крайне низок. Настолько низок, что его не хватало на приобретение современной техники и технологии, а так же на развитую агрономию. На этом фоне даже снижение государственного давления в виде уничтожения всех поборов и платежей – кои, как уже говорилось, часто приводили к изъятию даже части необходимого продукта – не помогло бы. Как показал пример НЭПа – когда на крестьянах «оставили» только щадящий продналог – даже этот фактор не позволяет им интенсифицировать производство.

Ну, а нет прибавочного продукта – нет и развития городской промышленности.Collapse )

Про локальную эффективность 2

Итак, как было сказано в прошлом посте , локальная экономическая эффективность очень часто не приводит к экономической эффективности в общем плане. Скорее наоборот – она, в большинстве случаев, ведет к ухудшению общего положения, к стягиванию на себя большинства доступных ресурсов при возрастании их недоступности для остальных. Ну, в самом деле, разве имеет смысл вкладывать средства в ту же инфраструктуру или промышленное производство, если существуют пресловутые «стартапы», которые начинают стоит миллиарды через несколько месяцев после своего появления? При том, что реально затраты на создание указанных «стартапов» оказываются где-то около нуля. Ну, скажем, тот же Uber, по существу, представляет собой несколько серверов в дата-центрах, а стоит более 100 млрд. долларов. (Ну ладно, сейчас он несколько подешевел, но сути это не меняет.)

Понятно, что в подобном случае – а Uber в действительности лишь из множества «умных компаний» - рассчитывать на инвестиции в классическое производство было бы глупым. Ну, разве что в случае, если это производство «пристегнуто» где-то сзади модного стартапа – как в той же «Тесла». В любом случае все эти миллиарды – а в совокупности и триллионы «экономического роста» - поразительным образом оборачиваются для большей части населения жирным кукишем. А так же постоянным повышением цен на недвижимость – в той же Калифорнии она давно уже недоступна для обычных людей именно из-за «стартаперов» - повышении нагрузки на инфраструктуру, подорожание продуктов питания и т.д. То есть, данный подъем приносит для большинстват даже не нулевое, а отрицательное «улучшение жизни». (То есть, ее ухудшение.)

Подобное положение заставляет задуматься о соответствии реальности господствующих сейчас догм, согласно которым успех общества складывается из локальных успехов его составляющих. А так же о том, действительно ли для людей – по крайней мере, большей их части – выгодно формирование некоего «бизнес-фронтира», некоего слоя передовых предпринимателей, способных задавать «восходящие тренды» в экономике. Поскольку – как показывает сегодняшняя практика – эти понятия («стартаперы» и «восходящие тренды) являются далеко не тождественными «улучшению жизни». Кстати, тут даже на «Силиконовую долину» можно отсылок не делать. (Сразу скажу, что я знаю, что она на самом деле «Кремниевая». Но «Силиконовая» звучит лучше в данном контексте – с отсылкой к пресловутой «силиконовой груди» и прочим имитациям реальности.) Поскольку подобная ситуация прекрасно наблюдается и в «Богоспасаемой», где в роли Калифорнии находится Москва. Точнее сказать, «московская успешная жизнь», высасывающая все человеческие и финансовые ресурсы со всей остальной России.

* * *

То есть, локальный подъем – т.е., подъем в каком-то локальном месте ( скажем, в некоей отдельной отрасли или на отдельном предприятии) – гарантированно приводит только к одному: росту затрат всех остальных. Положительные же эффекты тут получаются "опционально". (Чаще всего, не получаются вообще.) Разумеется, в подобном случае возникает вопрос: а как же тогда происходило общественное развитие раньше? В том смысле, что если общепринятая модель – состоящая в том, что экономический или, скажем, научно-технический подъем – возникает в отдельных отраслях или, даже, отдельных фирмах, и затем распространяется на весь остальной социум, неверна, то как же в действительности это происходит? Данная проблема выглядит действительно сложной, поскольку совершенно очевидно, что сразу «по всем фронтам» прорыва быть не может.

Тем не менее, ответ на нее, в общем-то, прост. И состоит он в том, что в действительности ситуация, при которой экономический подъем (сам по себе) оказывается благом для подавляющего числа обитателей того или иного социума, является довольно "молодой".Collapse )

Про локальную эффективность и ее глобальные последствия

Наверное, все помнят, как в период перестройки было принято ругать советскую экономику за «неэффективность». Дескать, по сравнению с Западом тут принято тратить больше ресурсов и использовать больше людей при получении некоей единицы товара. Разумеется, причину этой «неэффективности» видели в плановой экономике в частности, и в социализме вообще. Поэтому считалось, что стоит сменить такой «неэффективный» строй на рыночную экономику – и уровень производства в стране вырастит то ли в разы, то ли на порядки.

Самое забавное тут, разумеется, то, что указанное улучшение должно было – по мнению некоторых обитателей СССР образца 1988-1990 года – наступить чуть ли не сразу после введения свободного рынка. (При тех же самых станках и работниках, что и раньше.) Впрочем, были и менее «радикальные» мыслители. Которые рассчитывали «получить профит» через некоторое время – за которое новоявленные частные владельцы предприятий должны были обязательно превратить убогие совковые заводы в современные японские предприятия. (Япония тогда выглядела образцом промышленной культуры, практически недосягаемой для нашей страны.)

Конечно же, тут не надо говорить о том, насколько наивными были указанные представления, и насколько кардинально они отличались от того, что же на самом деле произошло после рыночных реформ. В том смысле, что последние буквальным образом уничтожили большую часть постсоветской промышленности, превратив заводы в груды металлолома, а высококвалифицированных работников – в лучшем случае, в «челноков». (В худшем же они просто спивались дешевой водкой, а то и выступали жертвами бесчисленных межнациональных конфликтов.) И единственным исключением в данном случае стали те предприятия, которые оказались… в минимальной степени вовлечены в рыночные отношения. Скажем, та же «оборонка», которая до определенного времени существовала в тесной связи с государством. (Кстати, удачнее всего катастрофу 1990 годов совершил Росатом – изначально Министерство по атомной энергии РФ – которое, по известным причинам, оказалось наименее «рыночным» в то время.)

* * *

То есть, вместо улучшения произошло разрушение. Значит ли это, что указанная модель была ошибочной? В первом приближении, конечно же, да! Однако, при этом всем, в определенном смысле она несла в себе верную идею, состоящую в том, что действительно, рынок отбирает «наиболее эффективных». Однако эффективных именно в плане рынка, а не в плане получения благ населением страны – или в плане недопущения страданий этим самым населением. Поэтому тот факт, что вместо передовых производств РФ покрылась ларьками с паленым алкоголем, означает только то, что торговать техническим спиртом, смешанным с водой, оказывалось гораздо «рыночно эффективнее», нежели производить космические корабли. или, хотя бы, телевизоры. Правда, людям, населяющим страну, от этой «эффективности» оказывалось с каждом годом все хуже и хуже – но смысла это не меняет.

Не меняет этого и тот факт, что – в определенной степени – «выигрывшими» могут оказаться и вполне «респектабельные» предприятия. Начиная с производителей программного обеспечения, и заканчивая крупными сельхозхолдингами. Поскольку – несмотря на то, что они выглядят гораздо более конструктивными, нежели пресловутые продавцы «паленого» алкоголя – смысл их существования для общества оказывается примерно тем же самымCollapse )

А рожа не треснет?

Увидел забавную новость - госсекретарь Помпео заявил, что Китай должен выплатить в качестве компенсации "за коронавирус"  9 трлн. долларов. Цифрами - 9 000 000 000 000 $. (Надеюсь, не напутал в нулях.) Если что, то три атомных авианосца класса "Джеральд Форд" обошлись Штатам в 42 млрд. долларов - т.е., Штаты хотят стребовать с КНР более 600 (!) атомных авианосцев. 

Напомню, что месяц назад Трамп заявлял о том, что намерен в качестве санкций против КНР анулировать находящиеся в китайских руках трежерис на сумму чуть больше 1 трлн. долларов. Тогда это казалось фантастической суммой - но, судя по всему, аппетиты приходят во время еды.

Правда, так же совершенно очевидно, что Китай не даст Штатам не то, чтобы девять триллионов - но и 1$. И даже обнулить облигации в полном масштабе вряд ли получится - КНР начала активно сливать пресловутые "трежарис", сократив с начала года их количество более, чем на 10 млрд. $. Сливать быстрее не получается из-за опасения потери цены - но если опасность "обнуления" станет явной, то, думаю, это ограничение перестанет действовать.Collapse )

США - как глобальный "Сбербанк"

Года три назад вышел забавный материал. Точнее, забавным он начал выглядеть сейчас – почему, будет сказано чуть ниже. А тогда воспринимался достаточно серьезно, и посвящен был достаточно серьезной теме: вопросу о критичности американского государственного долга. Напомню, что тогда – в 2017 году – этот самый долг впервые в истории превысил размер ВВП, «взяв» планку в 20 трлн. долларов. Тогда это выглядело действительно страшно –поскольку всего за 10 лет до этого размер подобного показателя был меньше 10 трлн. $, и это казалось очень много. Поэтому в то время немало людей на данном основании делали отрицательные прогнозы для американской экономики.

Однако находились и те, кто заявлял обратное. Причем – если говорить о постсоветском пространстве – одним из главных оппонентов «критикам США» выступал Сбербанк в лице своего руководителя Германа Грефа. Который всегда был не просто одним из западников и либералов, а, наверное, «ультразападником» и «ультралибералом». Ну, и разумеется, «ультраамериканистом», в смысле – убежденным сторонником всей проводимой США политики. Поэтому неудивительно, что в данном случае он – разумеется, автором материала стал не Греф, но сути это не меняет – не упустил возможность еще раз объяснить: почему 20 трлн. долларов американского долга не есть плохо.

* * *

В общих чертах «сбербанковское» объяснение выглядело следующим образом: «…США отчасти работают как мировой банк - привлекают дешёвые деньги и вкладывают в высокодоходные активы». То есть, это никакой не долг, а инвестиции. На самом деле, кстати, подобная идея не сказать, чтобы была совершенно абсурдна: государственные облигации действительно являются способом вовлечения финансов в раскрутку экономики, и они действительно могут приносить реальный доход и покупателю, и продавцу. Более того, в истории тех же Штатов уже бывали моменты, когда их государственный долг превышал ВВП, и при этом никакого коллапса экономики не происходило – скорее наоборот. Речь идет, разумеется, о периоде Второй Мировой войны и первых послевоенных годах – времени, когда американская экономика переживала один из самых больших подъемов в своей истории.

То есть, если рассматриваться картину «формально», то, действительно, поводов для беспокойства нет. Скорее наоборот – инвесторы дают Штатам деньги, кои те размещают в своей экономике, Штаты на эти деньги поднимают производство, которое, в свою очередь, приносит прибыль. Ну, а данная прибыль, во-первых, дает увеличение национального богатства, а, во-вторых, позволяет выплачивать проценты держателям облигаций. (Т.е., увеличивать привлекательность данного инструмента.) Ну, а затем можно поступать по желанию: или снижать количество государственного долга, заменяя его на вложения разбогатевших «резидентов». Или же стараться еще больше увеличить размер экономики, создавая новые производства и захватывая свободные рынки. Собственно, и исторический опыт свидетельствует именно о подобном – как уже говорилось, именно этот процесс происходил в 1950 годы, когда Соединенные Штаты стали самой большой экономикой в истории.

Однако есть тут одно «но». Collapse )

Текущее кратко

В последние дни среди лоялистов и государственников всех мастей популярными стали высказывания типа - "пускай карантин покажет, какая работа важна, а какая нет". Дескать, пускай закрываются все кафе, собачие парикмахерские (обычные, кстати, тоже закрылись) и прочие представители "паразитической экономики". Ну, а пресловутый "офисный планктон" пускай узнает, почем фунт лиха! Кстати, если его тоже уволят, то ничего страшного.

Разумеется, вопрос о том, к кому же относят себя эти лоялисты, остается открытым. (Поскольку, ИМХО, слесарей среди ни немного.) Впрочем, тут хочется сказать несколько о другом. О том, что реально пресловутое "НеЧС" охватило не только магазины, маникюрные салоны и спортзалы, но и промышленные предприятия. Да, именно так - заводы (причем, относящиеся к оборонной отрасли) перешли на минимально возможный режим работы. (В отличие от упомянутых лоялистов.) По крайней мере, в городе, где я живу.

Разумеется, это не означает, что все "ужас-ужас-ужас" - хотя понятно, что срок выполнения контрактов однозначно сдвинется. И это не говоря уж о прямых экономических потерях.Collapse )

Почему легкого возврата к «реальной экономике» не будет

Господин Лукъяненко – если кто не знает, то это такой известный российский фантаст, автор нашумевших «Дозоров –  решил в своем Фейсбуке пофантазировать на тему: что же будет «после короновируса». Ну да: желание законное, и к тому же, вполне лежащее в рамках профессиональных навыков писателя. Поэтому получилось довольно эпично – в том смысле, что «мир к прежнему состоянию не вернется» . Ну, и вообще: «Возрастет ценность реальной экономики…ценность медицины, биологии, как практической так и теоретической… Переформатируется система образования.»  А так же изменятся оптимальные стратегии поведения в нашем мире:  «Вы красили ногти в салонах красоты или стригли собак? Возможно, вам стоит освоить профессию медсестры или санитарки. Если совсем молоды - подумайте, сможете ли получить профессию врача.Вы хотели стать профессиональным спортсменом? Это хорошо, значит вы физически сильны, вы можете пойти служить в армию, работать в строительстве, в шахте и т.д.Вы планировали после школы пойти в юристы или экономисты? Подумайте о работе инженера. Они будут нужны.»

Разумеется, подобные изменения выглядят крайне желанными для очень многих. В том смысле, что повышенная ценность в современном мире совершенно бессмысленных занятий – кстати, главные из них у Лукъяненко предусмотрительно не приведены (о них будет ниже)– и, наоборот, хроническая недооценка занятий полезных, давно уже вызывает то ли раздражение, то ли досаду. В том смысле, что ситуация, в которой популярный блогер, известный спортсмен или популярный артист может получать намного больше, нежели врач, инженер или учитель, действительно выглядит нелогичной. (Ведь если не будет «работы» тех же деятелей эстрады, то ровным счетом ничего не изменится. А вот если исчезнут медики, то даже представить страшно, что произойдет!) Ну, и разумеется, надежда на то, что подобное положение изменится «хотя бы после вируса» оказывается вполне логичной.

* * *

Правда, несколько отрезвляет то, что подобные ожидания уже были. Скажем, после «кризиса 2008 года», когда, на какое-то время, «популяция российского гламура» (возьмем пока нашу страну) получила первый удар. Тогда многие тоже ожидали, что время «гламурных кис» обоего пола закончилось. И что вот-вот, и они пойдут заниматься настоящим делом – в смысле, убирать улицы, мыть полы и вытирать попы детям. Однако, как нетрудно догадаться, ничего этого не случилось. В том смысле, что после небольшого «провала» - с закрытием ряда глянцевых журналов и сокращением разного рода кинематографических и музыкальных тусовок – указанная категория вновь вернулась в жизнь. Уже в виде бесконечных «модных блогеров», разного рода коучеров и тренеров, специалистов по фитнесу и ногтевому сервису, ну и т.д., и т.п. Причем, в увеличившемся количестве и с увеличившимся уровнем доходов.

То же самое можно сказать и про 1998 год – который тогда так же был посчитан, как «конец среднего класса». Под коим тогда подразумевали разнообразных личностей, подвизающихся в процессе утилизации страны. (Понятно, что об уходе главных утилизаторов все разумные люди даже не задумывались – это с самого начала выглядело невозможными.) Причем, на какой-то момент также могло показаться, что это действительно произошло – и что быть тем же инженером в нашей стране может быть не менее выгодно, нежели «менеджером по маркетингу». Но уже в первой половине следующего десятилетия стало понятно, что все возвращается на круги своя – и что виртуальная экономика в любом случае побеждает реальную. (Собственно, упомянутые в предыдущем абзаце «гламурные кисы» и были следствием этого процесса.)

Нет, разумеется, нельзя сказать, что по сравнению с 1990 годами ничего не изменилось – некоторые подвижки в плане поддержки экономики реальной действительно были сделаны. Однако переменить «общественные приоритеты» они не смогли. Не удалось это сделать и после – ни в 2009, ни в 2015 году. Поэтому ожидать  «смены парадигмы» после нынешнего кризиса вряд листоит. Нет, конечно, Лукъяненко – как писатель фантаст – может мечтать о чем угодно, включая прилет инопланетян. Однако все остальные должны понимать, что это – и контакт с иной цивилизацией, и то, что после короновирусной (или какой иной) эпидемии люди, создающие реальные ценности и поддерживающие само существование цивилизации будут цениться выше, нежели представители того же шоу-бизнеса – события, в общем-то, имеющие нулевую вероятность.


* * *

Впрочем, и причина этого явления, в общем-то, хорошо известна.Collapse )

О грядущей смерти современной экономики и тому подобных вещах

На прошлой неделе в мире – а конкретно, в США – произошли два крайне интересных события. Которые, несмотря на формальное отсутствие связи друг с другом, в действительности стали прекрасной иллюстрацией для описания одного важного явления. А именно: США начали беспрецедентную в истории «накачку» экономики деньгами. Во время которой в экономику было влито более полутора триллионов (!) долларов, начат прямой выкуп «мусорных долгов» и даже разработан план раздачи денег напрямую населению! (Всего хотят потратить более 4 трлн. долларов!) Подобная «экономическая стимуляция» стала максимальной во всей экономической истории, превзойдя все предыдущие попытки. (Скажем, то, что проводилось в 2008-2009 годах.)

И одновременно – они (Штаты) осуществили вывоз из Италии более 500 тыс. тестов на короновирус. Для собственного использования, разумеется. Данное действо, разумеется, вызвало резкий всплеск возмущения своей неэтичностью – дескать, как можно вывозить из страдающей от эпидемии страны что-то, необходимое для борьбы с инфекцией. Но на самом деле оно показало проблему не в этике – с последней, кстати, все нормально: Штаты забрали то, что сами заказали итальянским производителям – а в экономике. Поскольку оказалось, что страна с «величайшей экономикой», а главное – с наиболее «высокотехнологичной экономикой» - вынуждена использовать обращаться к зарубежным организациям для производства даже таких относительно простых вещей.
* * *

То есть: невероятный «экономический подъем» - «самый длинный экономический подъем в истории», как писали еще недавно – причем, «подъем» в «высокотехнологической области», куда входят и биотехнологии, оказывается фиктивным. В том смысле, что в виртуальном пространстве «экономическая мощь» Штатов исчисляется исчисляться триллионами долларов, а в реальном – она не может обеспечить тот или иной крупный проект. (На самом деле, кстати, это не первый случай за последнее время.) То есть, можно сказать, что в современных США механизм «превращения» заложенного в пресловутой «виртуальной экономики» отчужденного труда людей в труд реальный перестает работать. Впрочем, и не в Штатах тоже – везде, включая Китай, пресловутая «рыночная мощь» оказывается бессильной при условии необходимости в чем-то реальном. Другое дело, что в КНР оказалось возможным включить нерыночные механизмы – и, прежде всего, армию. (И медицину.) Которые, судя по всему, с рынком там оказывается «развязанными». Западные же государства подобной возможности оказываются лишенными.

Поэтому достаточно щадящая эпидемия поставила их (т.е. Запад) перед околокатастрофическим положением. Ну да, это было ожидаемо: в последние тридцать лет (а может быть и больше) все пытались действовать за счет будущего. В смысле – влезали в долги в надежде на то, что рост производительности труда позволит компенсировать все долговые проценты. Так жили и отдельные граждане, и целые государства. Однако этот самый рост производительности так и не случился.

Нет, конечно, статистика исправно показывала увеличение данного показателя, однако по факту все товары продолжали производиться исключительно китайцами, южными корейцами и прочими представителями Юго-Восточной Азии.Collapse )